Страница 89 из 142
Из темноты медленно показалось белое лицо – узкое, холодное, но, без сомнения, мужское. Вспыхнувшие глаза сверкнули темным искрящимся золотом, приоткрытый рот напомнил бесформенную, и все же очень изящную окровавленную щель. Длинные волосы Бога Мертвых спускались неровным водопадом, смешивались сокружающей темнотой и тканью его неосязаемого одеяния. Лариат сливался с ночным густым туманом, был им – душил, насмехался. Таэнор почувствовал, как испуганно сжалось уже остановившееся сердце.
- Ты знаешь, кто я? – шелковым голосом спросил Лариат. По радужке золотых глаз пробежала черная тень – завораживающий и устрашающий вид.
- Да, - выдохнул Таэнор. – Ты тот, кто забирает нас…. Ты Бог Мертвых. Душ. И это значит, я….
- Ты умер, да, - Лариат спокойно кивнул юноше, словно бы успокаивая. Таэнор, вспомнив, как выглядел отец из сна, скользнул руками по груди, нащупал то место, откуда вышла стрела. Невольно палец нырнул в образовавшуюся дыру. Таэнор отнял ладонь и увидел, что она измазана багровыми подтеками.
- Стрела того лучника. Пронзила. Сердце?
- Легкое, - поправил его Лариат. – И не только его. Еще позвоночник. Ты сломал себе несколько очень важных костей при падении.
Таэнор медленно опустил глаза, не понимая, почему на него накатывает волна отчаяния, а слезы начинают душить уже мертвое горло. Холодная рука Бога Мертвых властно подняла его узкий подбородок, заставляя глядеть себе в глаза.
- Что ты чувствуешь? – прошептал Лариат, и его глаза снова ослепительно сверкнули. – Ты умер. Твои мысли…. Какие они?
- Я проиграл, - Таэнор сглотнул, не выдержав, утер глаза окровавленным рукавом. – Я не выжил. Не стал королем. Я погиб. Все погибло. У Запада…. Больше нет законного короля, нет меня. Некому воевать. Некому и не за что.
- Ты жалеешь?
- Да…. Очень горько. Не стоило разделяться. Кару….. был прав. Как и всегда.
- Но ты взлетел. Твои крылья подняли тебя. – Рука Бога Мертвых скользнула к лопаткам принца, гладя перья, и те задрожали, то ли от холода, то ли от трепета.
- Ну и что…. Это ничего не меняет.
- Может быть, это изменит многое, - загадочно проговорил Лариат, вытягивая руки. В его узких бледных ладонях, которые больше были похожи на пауков, сама собой появилась искривленная серая чаша – обычная, из стали, без каких-либо узоров или драгоценностей, если не считать несколько грубых косых царапин. Таэнор сощурился.
- Я видел твое изображение в Северном Храме. Только все было иначе. Глаза были красные. И чаша была богатой….
- Люди всегда преувеличивают то, о чем знают, но чего не видели, - произнес Лариат холодно и наклонил чашу так, чтобы парень увидел, что в ней. Заглянув, Таэнор с изумлением отметил, что чаша сама собой наполняется чем-то густым и сладко пахнущим. Не задумываясь о возможных последствиях, Таэнор опустил два пальца в коктейль и почти сразу же вынул их, обжегшийся. Чаша, постепенно раскаляясь, наполнялась алой кровью. Таэнор отшатнулся и встряхнул руку.
- Что это?
- Это то, что я требую, - спокойно произнес Лариат. Таэнор, скользнув по его лицу, понял, что Бог Мертвых, говоря или молча, почти не смыкал губ, оставляя их всегда приоткрытыми. – Это то, что чародеи, поклявшиеся мне в служении, отдают до самой смерти.
- Чья это кровь? Какого мага? Что за заклинание он требует у тебя? – Таэнор поднял глаза и смутился - Лариат глядел на него в упор, золото глаз впилась в его душу как сотня острых клинков, и растеклось горячей жижей.
- Это не заклинание, о нет…. Тот чародей, которого ты встретил. Милый мальчик Ллиарэс Энеар. Милый мальчик….
- Что он делает? – с содроганием произнес Крылатый. Кровь, быстро наполнив чашу, медленно обогнула серые края и потекла по пальцам Мертвого Бога.
- Он молится мне. И плачет. Наверное, так, как не плакал, когда погибли его родные. Он льет мне свою кровь, и я хочу посмотреть, как много он готов отдать ее мне за то, что он просит.
- Что же….
- Он просит твоей жизни, - Лариат шумно вдохнул и выдохнул – его холодное дыхание обожгло Таэнора, губы онемели. – Ты погиб, Крылатый принц. Твое тело разбито, душа здесь…. А чародей отдает свою кровь мне за то, чтобы я тебя вернул.
Таэнор задохнулся от неожиданности. Ллиарэс, который знает его так мало, льет и льет свою жизнь за него. Лариат оставался равнодушным и бесчувственным, его белое лицо не выражало никаких эмоций. Но, наверное, таким ему и требовалось быть. Холодным, суровым, отчасти, бесчувственным, но, может быть, все это была лишь маска. Кровь разлилась по неосязаемому полу. Таэнор ощутил ее своими босыми ногами и посмотрел вниз, но из-за густого темного тумана ничего не увидел.