Страница 36 из 42
- Мы уже подъезжаем, - голос снова проехался по моим нервам, заставив вздрогнуть. Но с места я так и не двинулась. Всё же, эта игра никогда не измениться: я - рабыня, он - хозяин. И мне нужно делать всё так, чтобы не оскорбить и не побеспокоить своего владельца. - Скоро ты снимешь, эти чёртовы тряпки и сможешь привести себя в порядок, дорогая.
- Как прикажете, господин, - фраза, заученная до автоматизма, легко и непринуждённо слетала с моих губ всегда... Но не сейчас. Было что-то непонятное, что мешало мне называть его так и приходилось преодолевать неприязнь к этому слову, явно внушённую извне.
- Я же просил, - недовольство прозвучало в его голосе, как удар плетью. С минуту в карете царило гнетущее молчание, затем мужчина глубоко вздохнул и снова заговорил со мной нежным, даже каким-то ласковым голосом. - Сейчас, здесь, раз и навсегда прекращаешь называть меня на вы и господином, ясно? Если посмеешь нарушить этот мой приказ, будешь наказана. Так тебе понятней?
- Да, - кивнула головой, стараясь не поднимать на него взгляда. - Просто не привычно...
- Знаю, - теперь в его голосе слышалась улыбка. - Но когда ты говоришь мне «ты» и называешь по имени, - последнее он специально выделил интонацией, обращая на данный пункт моё внимание, - то перестаёшь быть безвольной куклой, дорогая. Ты снова становишься человеком.
- Это невозможно, - еле слышно прошептала, сжавшись в комок на мягком сиденье.
- Что именно?
- Снова стать человеком, - грустно улыбнувшись, покачала головой. - Мёртвые не возвращаются.
- Но ты жива, моя дорогая. Значит, сможешь вернуться к прежней жизни, - мужчина пожал плечами и откинулся на сиденье. Только сейчас обратила внимание, что сидит он на той же стороне, что и я. Ощущать его рядом с собой было как-то... Не то, что не привычно, прожив столько лет в рабстве и побывав у нескольких хозяев, трудно не научиться относится спокойно к подобным моментам. Дело вовсе не в этом.
Просто я как будто бы уже его знаю, а это пугает. И гораздо сильнее, чем предстоящая «новая» жизнь.
Неожиданно моей щеки коснулись его пальцы. Он нежно, почти неощутимо провёл линию от виска до подбородка. Чуть повернув голову в его сторону, несколько не понимающе посмотрела на сидящего мужчину. Он же, казалось, даже не заметил моей реакции. Или не пожелал видеть.
- Ах, Амира, Амира... - Протянул задумчиво Лэберт и, взяв моё лицо за подбородок сильными, уверенными пальцами, заставил наклониться к нему так, что его дыхание опалило щёку. - Ты не представляешь, как долго я ждал...
- Прости? Я не понимаю... - И это мягко сказано. Сколько уже сценариев различного развития событий пролетело в моей голове, пока я шла к карете, спала под действием его заклинания и сидела сейчас, здесь... Но не один из них не соответствовал его поведению. И не смотря на всё, что я пережила, сейчас в моей душе клокотал страх. Неизвестность и непонимание ситуации - убивает.
- А тебе и ни к чему понимать, - загадочно ответил мужчина и в следующее мгновение мои губы обжог требовательный поцелуй.
Когда ты - бессловесная тварь, у которой нет права на слово, права на ослушание и действия без ведома хозяина, то мир видеться совсем в другом ракурсе. И если раньше поцелуй казался чем-то особенным, то теперь я не воспринимала его вообще. Просто сидела и молча ждала, когда хозяину надоест.
Но, как ни странно, Лэберт не отступил и не отпустил меня. Он продолжал целовать, постепенно притягивая меня к себе.
Надо признать, делал он всё это очень умело. И даже на какой-то миг я забыла о том, где это всё происходит и кто передо мной. Пальцы против воли взметнулись вверх, к его волосам и зарылись в мягкий шёлк.
Он улыбнулся. Я почувствовала, как его губы растянулись в улыбке, и в тот же миг оказалась прижатой к стенке кареты, а надо мной навис чёрным силуэтом новый хозяин. Лица его так и не удалось рассмотреть, но откуда-то я точно знала, что его глаза невыносимого светло-голубого цвета, а волосы белее снега.
- Ты вспомнишь, я знаю, - его голос звучал несколько напряжённо. Коснувшись моих губ, провёл подушечкой большого пальца по нижней, заставляя чуть приоткрыть рот. - Обязательно вспомнишь, дорогая. И тогда мы решим всё раз и навсегда!
Карета подпрыгнула снова и замерла. Лэберт нахмурился, но отпустил меня, после чего открыл дверцу и вышел, остановившись у ступенек и чего-то ожидая. Не сразу до меня дошло, что он ждёт, когда спущусь я, а когда такая мысль посетила моё сознание, давно забытая краска смущения залила щёки.
Когда же в последний раз, кто-то обращался со мной подобным образом? Даже мой муж не поступал так... Он считал, что я должна быть самостоятельной и сама обеспечивать себя.
Прикрыла глаза, сделала пару глубоких вдохов-выдохов и заставила себя успокоиться. Нельзя показывать эмоции, всё же, не смотря на столь странное отношение к купленному товару, я его рабыня. Не больше и не меньше.
Почувствовав, что щёки перестали горесть, я открыла глаза и осторожно поставила ногу на ступеньку. К сожалению, это оказалась повреждённая нога и словно в пику мне и всем стараниям Хино, она подвернулась и я наверняка упала бы... Но сильные руки подхватили меня и нисколько не смущаясь, не обращая внимания на взгляды окружающих, Лэберт подхватил меня на руки и занёс в открытые чёрные двери огромного, мрачного особняка.