Страница 193 из 222
Солнышко в окно смотрело,
На столе яйцо сверкало,
Мышки бегали по дому,
Здесь давно не убирали.
Мышка хвостиком махнула,
Со стола яйцо упало,
И разбилось на кусочки.
Деду с бабой жалко стало.
Плачет дед и плачет баба,
Курочка жалеет вдвое:
«Не печальтесь, я яичко
Вам снесу, но уж простое».
Сказка – выдумка людская,
Только надо знать, какая,
Жизни она тайно учит,
Учит, только намекая.
Ведь яичко – символ жизни,
Так им курица сказала,
Жизнь свою не разбивают,
Не начать ее сначала.
Красота была дана вам,
Душ прекрасные порывы,
Мир вокруг восторга полон,
Но его не оценили.
Чтобы жизнь простой не стала,
Когда только есть послаще,
Надо цели выше ставить,
Жизнь беречь и честь почаще.
- Ну, и как? Понравилось? - очень серьёзно спросила Роза.
- Да ничего, в общем. Читаешь ты хорошо, но поёшь лучше, - ответил Дима.
- Тогда пойдём домой, а то тётя Люся уже и свет потушила, - решительно сказала Роза, отвернувшись от парня с намерением подняться на крыльцо дома.
Дима резко вскочил, догнал девушку, прижал к себе, жадно поцеловал её щеки, лоб, чёрные завитки на висках, призывно подёргал зубами мочку левого уха и с наслаждением прижался губами к её губам.
Роза пожалела, что не успела сразу от него убежать. Она чувствовала упоительную слабость от его ласк, злилась на себя за это, но сделать что-нибудь со своими обмякшими коленями не могла, и невольно отвечала на его поцелуи и ласки.
« Господи! Да что же я делаю? Люблю я его, люблю и всё!»
- Мама спит, пойдём к тебе в комнату, - прошептал Дима.
- Нет уж! – будто очнулась девушка. – Поговорили и хватит! Если это будет продолжаться, я пересижу ночь на вокзале!
- Да что это с тобой? – удивился парень только что отвечавшей на его ласки, а теперь снова превратившейся в колючего ёжика девушку. Она теперь отталкивала его и пыталась уйти, но это ещё больше разжигало в нём страсть.
- Розалинда, Розетта, чего ты? Я же чувствую, что тебе не противен. Ты меня удивляешь! Три часа сидели, спокойно разговаривали, целовались, а теперь ты опять мне даёшь отворот-поворот? Как же так?
- А никак! Я иду спать, а ты придёшь позже, но не в мою комнату, а в свою. Мало ли что целовалась? Я невестой Миши была и буду его женой. Ничего переделать нельзя! Человек из-за меня сидит в тюрьме! Его сына надо спасать от продажи за границу! А мы тут с тобой целуемся! Что на всё это безобразие Курочка Ряба сказала бы? Где тут сохранение чести и совести, интересно?
- Ладно уж! Чего я распинался в таком случае? Тебе, Розалия, ничего доказать нельзя, ты просто играешь чувствами тех, кто имел несчастье тебя полюбить…
- Думай, как хочешь, но вспомни, кто первый всё это начал?
- Конечно, я, потому что это я тебя полюбил. Полюбил, как только увидел.
- Ну, прости! Ты мне очень-очень дорог, но Мише я нужна больше, чем тебе и это всё, что я могу тебе сказать.
И ушла.