Страница 40 из 94
- Далеко?
- Шагов двадцать, - дракончик наконец-то освоил человеческую меру длины.
- Человеческие шаги, или драконьи?
- Мои.
Понятно. Двадцать шагов уже радует. Может, и правда попробовать подкрасться, пока он колдует? Я огляделась, надеясь увидеть затаившегося среди деревьев невысокого старичка в зелёном кафтане. Именно таким он иногда являлся героям песен.
- А в какой он стороне? – и тут мои надежды были разбиты. Воротник закрутил головой, как полоумный.
- Ты чего? – я попятилась от взбесившегося дракончика, но тот уже замер.
- Там.
- Где там?
У дракончика тут же повторился припадок. Больше я спрашивать не осмеливалась. И догадывалась довольно долго, чего уж тут таить.
- Так он сейчас вертится около нас? – Воротник кивнул. Вот так новость.
- Летает?!
Я представила, как несётся среди деревьев старичок в кафтане, изо всех сил трепеща коротенькими крылышками, увёртываясь и отталкиваясь руками от стволов и толстых веток, отводя или перекусывая тонкие. Жуть!
- Нет, не летает, - разрушил видение Воротник.
- Бегает? - всё тот же старичок по-молодецки мчал через заросли, перепрыгивая корни, подныривая в кустах, хватаясь и лихо прокручиваясь вокруг деревьев на крутых поворотах. Я даже замотала головой.
- Нет, не бегает. Он - ветер. Он - тень. Он - каждый лист и каждая капля на травинке, - дракончик уже устал объяснять мне такие простые вещи.
- Но всё-таки кружится?
Дракончик снова кивнул.
- Как?
- Почувстуй, Х'иссин! Это рядом!
- Конечно рядом, - пробурчала я, - Сам говоришь, что двадцать шагов.
Но всё-таки честно попыталась вглядеться. Вот он! Нет, показалось. Какая-то птица.
- Ощути!
Я вздохнула и закрыла глаза. Ничего, кроме свербения в кончике носа и покалывания по всей голове. "Магия творится рядом!", - говорило мне тело, но толку с этого знания! Лучше бы уж я была совсем неспособной к чарам, как та же Мирослава! Я открыла глаза.
Здесь никогда не было травы и не пели птицы. Эта земля не знала дождей и потому породила лишь тени деревьев. Здесь всё было соткано из переливчатых серых струй, и даже солнце перестало быть жгучим и ослепительным, хоть и обрело давящую силу. Мир посерел, истаял до полупрозрачности, наполнился шепчущими тенями. И вертелся, неустанно вертелся вокруг нас, оставляя островок спокойствия шагов пять шириной, но тревожа и его отдельными всплесками. Я зажмурилась и изо всех сил потрясла хорошенько головой, а потом осторожно приоткрыла глаза.
- Ура! - как приятно было снова увидеть недовольную морду Мышака, втихомолку грызущего повод! Привычный мир! Какое счастье! Так вот что видят имеющие дар? Да, не повезло им. Будем надеяться, что со мной такого не повторится.
- Ты видела, - дракончик даже не спрашивал. Он утверждал.
- Видела.
- Ты поняла?
Я собиралась на него прикрикнуть, выплеснуть пережитый испуг. Но потом будто накатила запоздалая тёплая волна. И я сказала:
- Поняла.
Не знание, скорее, чувство, вело меня, не подсказывало, но овевало теплом за правильные поступки. Я быстро сложила и подожгла маленький костёр, выхватила оттуда головню, прижала её к земле и зашагала посолонь вокруг Мышака, Воротника и меня.
- Ты у меня докрутишься, - бормотала я себе под нос, - Не бегает, не летает. Крутиться он здесь вздумал, другого места не нашёл!
Головня оставляла едва заметную борозду. Приходилось огибать корни, сильнее давить на камнях, выступать вперёд, чтобы обойти дерево. Круг получался такой, что упал бы в обморок любой из деревенских шаманов, не говоря уже о придворных чародеях. В Ордене я бы хорошенько получила за такое творение розгой по мягкому месту. Сверху, наверно, всё это выглядело так, будто я пытаюсь обвести большой расплескавшийся ком грязи. Накладывать на этот круг чары осмелился бы разве что безумец. Ну и ладно, что вышло, то вышло. Я замкнула круг.
Головню вырвало из пальцев. Кольцо вспыхнуло и несколько мгновений пылало ослепительным белым светом. В стороне послышался недовольный вскрик, что-то длинно захрустело по зарослям и стихло.
- Задержи его, Воротник! – крикнула я, тряся вывихнутой кистью. Воротник резво кинулся в лес. Я - следом.
Глава восемнадцатая О чудодейственной силе пения
Ветки хлестали по лицу, корни цепляли за ноги. Пару раз я споткнулась, но остановить меня сейчас лес не мог. Точно – не сейчас.
- Воротник! Воротник! – через каждые десять шагов кричала я в чащобу. Больше всего я боялась сейчас потерять дракончика. Разнесёт нас по лесу, не дождётся меня на поляне Мышак, пропадут они без меня! Безумная была затея, о чём я только думала!
- Хиссин! –донеслось откуда-то справа. Я повернула на голос.
Как же я была рада снова увидеть его зелёный хвост!
Воротник неутомимо вышагивал вокруг узловатого старого дерева. Осина? Каким ветром в старый ельник занесло осину? Похоже было, что за долгий век дереву крепко досталось и от морозов, и от ветров, и даже от грозы. Невзгоды надломили верхушку, глубоко рассекли ствол на развилке, оставили по телу дерева круглые наросты от сломанных веток. Но оно всё равно выстояло, вцепившись корнями в землю и победно вздымая лиственную крону к небу. Весьма густую крону, следует признать, и разглядеть в ней что-либо было сложно.