Страница 50 из 61
- Велите коляску подать, - прошептала она. – Ради Христа, пусть подадут коляску!
Наталья кивнула и поискала глазами прислугу. Передав распоряжение, она хотела что-то сказать своей поверженной сопернице, но Марья посмотрела на неё таким взглядом, что mademoiselle Урусова не решилась продолжить.
- Он убьёт Мишу, - прошептала mademoiselle Ракитина помертвевшими губами. – Я виновата, но вы тоже виноваты. Все мы виноваты, - с этими словами она отшатнулась от княжны.
Прислушиваясь к бессвязным словам Марьи Филипповны, Наталья побледнела. В голове вдруг всплыло пророчество старой ведьмы: «Твоим будет, но недолго».
Проводив глазами Марью и madame Ракитину, что, причитая, забралась в коляску вслед за дочерью, Наталья опрометью бросилась к пруду. Навстречу ей с моста сошёл Карташевский, лицо его было грустным и задумчивым. Пропустив его, княжна устремилась в беседку, где нашла Соколинского. Мишель сидел на оттоманке, закрыв лицо ладонями.
Мне надобно найти Левицкого, - он опустил руки и поднялся, глядя на Наталью и не узнавая её. – Вы не видели корнета?
- Миша, - шагнула к нему княжна, - что за вздор мне говорила Марья Филипповна? Кто грозился убить тебя?
- Никто, - Соколинский отодвинул её в сторону и, не оборачиваясь, вышел разыскивать Левицкого.
Левицкого он нашёл в компании других офицеров, среди которых уже распространилась весть о грядущей дуэли. Почти все смотрели на Соколинского с какой-то затаённой жалостью во взгляде, словно заранее хоронили его. Стараясь не поддаться панике и не обращать внимания на эти тревожащие душу взгляды, Мишель отвёл в сторону Левицкого и прямо просил его быть секундантом в дуэли между ним и Карташеским. Корнет ответил согласием, и взглянул на Дольчина, которого просил быть секундантом Павел Николаевич.
Праздник оказался окончательно испорчен столь скандальным происшествием. Гости стали собираться по домам, а те, кто приехал издалека, отправились по своим комнатам, да во флигель, где тоже были приготовлены покои.
Соколинский собирался уехать к себе, но его остановил Илья Сергеевич. Урусов предложил пройти на его половину и поговорить. Мишель равнодушно пожал плечами и отправился вместе с князем к нему в кабинет. Хотя он много раз бывал в этой комнате, но ныне у него было ощущение, что он впервые видит эту тяжёлую основательную мебель, строгое убранство, бархатные портьеры, массивный канделябр на столе.
- Сядь! – Отрывисто приказал Урусов, жестом указав на вольтеровское кресло с высокой спинкой. – Ты должен принести извинения Карташевскому! В конце концов, он не виноват в том, что Марья Филипповна - столь легкомысленная и доступная особа. Она едва не отдалась тебе на берегу реки, будучи знакомой с тобой не более двух дней… - князь перевёл дух, собираясь продолжить, но Соколинский перебил его.
- Ты, видимо, тоже имел счастье пользоваться её доступностью? – Перешёл на «ты» Мишель.
- Нет! – Отрезал Урусов, солгав: – мне она неинтересна.
- Странно, - ухмыльнулся Соколинский. – Твоя сестра говорила о том, что ты совсем потерял голову от неё.
- Натали заблуждается, - холодно возразил Илья Сергеевич. – Я делал предложение Марье Филипповне, но то было год назад. С тех пор много воды утекло. Мне не нужна женщина, готовая быть со всяким, кто её приласкает. Ты должен понимать, что она вовсе не стоит того, чтобы ради неё под пулю становиться. Карташевский – боевой офицер и он, не колеблясь, пристрелит тебя.
- Стало быть, я того заслуживаю, - Соколинский поднялся с кресла, желая окончить разговор.
- Подумай о Натали! – Урусов не сдержал гнева. – Ты уже разбил ей сердце! Не заставляй ещё и оплакивать тебя!
- Может быть, и не придётся, - Мишель остановился у дверей. – Прости, я не намерен более говорить о том. Коли останусь жив, я женюсь на Наталье Сергеевне. Это самое малое, чем я могу искупить свою вину.
Выйдя в полутёмную гостиную, где уже успели погасить свечи, Соколинский прислонился затылком к стене и прикрыл веки. Кто-то тронул его за рукав. Открыв глаза, он разглядел перед собой Левицкого.
- Сегодня на рассвете у разрушенной часовни в трёх верстах отсюда, - скороговоркой произнёс корнет.
Мишель кивнул, принимая условия.
- У тебя есть пистолеты? – Осведомился секундант Соколинского.
- Нет, - хрипло выдавил Мишель.