Страница 92 из 108
Кони по-прежнему обгладывают ветки деревьев, почти не сдвинулись с места, где их оставил волк. Степан наводит трубу в трупы перед таверной. Волк садиться рядом, с интересом смотрит на устланную телами дорогу. Волхв быстро вдавливает выпуклость, тут же отпускает. Из трубы сразу вылетает зеленое облако в локоть диаметром, устремляется к телам. Мертвая плоть тут же вспыхивает, едва касается зеленого облака. На дороге остается широкая черная прогалина. Волхв смотрит на зеленые цифры. Самая правая сменилась. Волхв надавливает на выпуклость, на этот раз держит долго, поводит трубкой в направлении мертвых тел. Зеленые облака сливаются в непрестанное свечение. Трупы быстро испаряются, оставляя после себя лишь темные прогалины. Зеленые цифры меняются. Самая правая просто мелькает. Средняя сменяется раз в десять медленней, а последняя не меняется вообще. Волхв быстро выжигает трупы на всей дороге. Самая левая цифра все-таки изменяется, обращаясь в ноль. Потом нулем становиться средняя, а в след за ней – и правая. Зеленые облака тут же прерываются, а цифры медленно угасают. Волхв пожимает плечами, относит странное оружие обратно в подвал. Куб в углублении рассыпается, едва пальцы Степана касаются грани. От куба не остается и следа. Волхв кидает трубку обратно в кучу. В таком бою нет доблести и чести, это оружие трусов, которые боятся взять в руки меч. Не нужно, чтобы такая вещь попала к плохому человеку, пусть лучше покоиться здесь. Вздохнув, Степан подбирает рубаху и шлем и быстро выходит из подвала. Пусть о нем не знает никто, чем грязные руки бандитов коснуться таких чудес. Волк одобрительно кивает волхву, быстро отбегает подальше от темного зева подвала. Степан быстро бурчит заклинание, с силой хлопает ладошами. Стены подвала сходятся, будто человеческие губы, плотно закупоривая вход. Степан удовлетворенно отряхивает руки. Быстро прячет рубаху и шлем в свою сумку. Сумка заметно распухает. Волк чихает, быстро стряхивает пыль с шерсти и бежит на второй этаж, проведать товарищей. Волхв, упаковав вещи, идет следом. Ступени лестницы едва слышно поскрипывают под ногами Степана.
Второй этаж встречает сумраком и тишиной. Длинный коридор протягивается через весь этаж, только в конце светлеет квадрат окна, да и тот зарос. Степан оглядывает ряды дверей по обе стороны коридора. Доски потемнели от времени, но даже на вид прочны. Хозяин делал на совесть, видимо наученный горьким опытом. Ближайшая дверь чуть приоткрыта. Степан осторожно заглядывает в комнату. Помещение вытянуто, а в дальнем конце – небольшое окошко. У боковых стен – две добротные кровати. Алим и витязь бесстыдно дрыхнут. Волхв со вздохом отступает. Досталось товарищам, нечего сказать, но на победителях раны заживают быстро, а со снадобьями так и вовсе вмиг. Скоро солнце заползет на середину неба, тогда и выедут, а пока пускай воины отдохнут. Волк, пятясь, вытаскивает из противоположной комнаты теплое одеяло, кладет рядом с лестницей. Степан недоуменно глядит на спутника. Серый крутиться, словно пес, обнюхивает одеяло, топчется. Наконец удовлетворенно фыркает, мешком валится на новую постель. До волхва тут же доноситься довольный храп. Степан только головой качает. Серый занял идеальную позицию. Здесь на лестнице слышно даже то, что твориться во дворе, а волку и подавно. Остается лишь положиться на звериный слух.
В комнате, откуда волк выволок одеяло, довольно чисто и уютно. Кровать мягкая, а широкое окно пропускает в комнату свежий воздух. Степан сладко потягивается. Мягкое ложе с готовностью принимает уставшее тело. Мышцы тут же расслабляются. По всему телу разливается блаженная слабость. Веки сами собой смежаются. Странно, всего лишь сутки в дороге, но тело уже ропщет. Видимо годы берут свое. Скоро и вовсе без клюки на улицу выйти не сможет. Ласковый ветерок шумит листьями, загоняет в комнату свежий воздух. Степан мощно вдыхает ароматы свежих листьев. Большая ветка прямо перед окном. Зеленые листочки колышутся на ветру, перешептываются. Волхв быстро засыпает под тихий шелест листвы. Натренированный организм послушно начинает отмерять время, чтобы разбудить хозяина в полдень.