Страница 44 из 108
-Здравствуйте, - прерывает парень воспоминания. – Меня зовут Александр.
Мстислав вздрагивает, возвращаясь из океана воспоминаний. Морщится, спрашивает:
-Грек что ли, али римлянин?
Паренек улыбается, задумчиво смотрит на витязя. Мстислав отвечает железным взором. В лице юноши ничего не понятно. Цепкий, бывалый глаз воина подмечает многие черты. Безусловно один из родителей русич, но второй… В лице видны даже черты монгола. Что невиданно. С татарами вражда жестокая. Женщин бесчестят, но ни одна не станет жить после такого позора. Утопится. Хотя, каких чудес не бывает на свете. А вдруг молодые друг другу полюбились. Сбежали от родителей подальше, да зажили себе. Среди татар, как ни крути, тоже люди попадаются. А в походе и не такое услышишь.
-Русский… э-э, то есть русич, - отвечает отрок. – Имя не при чем. Да и внешность тоже. Главное, кем себя считаешь.
-Что-то больно говор у тебя странный, - вставляет Степан. – Акцент не пойму. Да и слова больно ладно строишь. Где ж такому учат?
Юноша хитро улыбается. Долго глядит на волхва. Дает возможность разглядеть себя. Наконец отвечает:
-Нигде я, дядя, не обучался. Грамоту не знаю, а говорю, как люди добрые подсказали.
Волхв лишь хмыкает. Кивает. Отрок улыбается в ответ. Кажется, что оба слышат мысли друг друга, а простой язык вовсе ни к чему. Все и так понятно. Мстислав глядит то на одного, то на другого. Наконец не выдерживает:
-А раз русич, почему старших обижаешь, да животных мучишь?
Юноша грустно качает головой. Тяжко вздыхает.
-Никого я не мучу, не обижаю. Волк сам знает, как провинился. А вы, дорогой витязь, не лезьте в чужие дела. Тем более, когда хозяин с питомцем отношения выясняют.
Мстислав хмурится еще больше. Уел отрок, уел. Чего полез? Волк не кошка, сам защититься может. А раз не хочет, значит причины есть. К тому же не дело это, хозяина учить, как с животиной разговаривать.
-Но не в этом суть, - продолжает отрок. – Мой умный зверек понимает, что дальше взять с собой не могу. Я в общем-то попросил его подыскать себе нового хозяина. А он просто сбежал. Ну да ладно. Все одно нашел хороших людей. Вам не побоюсь вручить тяжкий труд заботы о любимце. Кормите, поите. Заботьтесь. А этот хитрюга, хоть как-то да послужит. Что ж прощайте…
Друзья не успели и слова вставить, как юноша исчез. Будто в воздухе растворился. Степан закрывает раскрывшийся для вопроса рот. Недоуменно смотрит на товарищей. Но натыкается на такие же тупые взгляды. А Мстислав и вовсе хмуриться. Мол, ты волхв, вот и расскажи, что здесь произошло. Степан чешет черепушку. Ответа и сам не знает. Даже не предполагает. Наконец говорит:
-Нечего над этим голову ломать. Мобыть это вовсе бог какой. Но раз собачку оставил, значит должны приютить, негоже хороших людей обманывать.
Мстислав довольно кивает, разглядывая волка. С таким охранником можно всю ночь без задних ног дрыхнуть. Если уж совсем невмоготу будет – разбудит. А так, даже не шумнет. Да и никому не даст. Зверь умными глазами смотрит в ответ. Мстислав ясно читает: хорошо, могу и охранять, могу и охотиться, только не сидеть взаперти! Мстислав лишь кивает. Потрясенно понимая, что видит мысли волка. Пытается вглядеться, еще что-нибудь прочесть. Но наваждение уже развеялось. Глаза у волка вновь стали всего лишь глазами. Даже словно нарочно потупели – ни одной мысли. Внезапно зверь вскакивает. Устремляет горящий взор на дверь. Мстислав резко разворачивается, но дверной косяк надежно перекрыт дверными досками. А волк не предупреждает, а просит: «поскорее в путь».
-Что ж, пора нам, - говорит Мстислав. – Засиделись что-то. В путь.
Алим обреченно вздохнул. Едва не заснул прямо сидя. Больно сытно поел. Ничего не хочется делать. Но тело мгновенно возвращается к жизни, едва получает приказ. С легкостью вскакивает на ноги. Мышцы отдохнули. Полны сил и энергии. Голова мгновенно проясняется. Тонкая паутина сна слетает. А всяческие чудеса отходят на второй план, перекрытые близкими заботами дорожной жизни. Мстислав уже у двери. Степан же наоборот. Еще не собирается подниматься. Напряженно думает. Задумчиво глядит на волка. Зверь послушно замер. Не шелохнет ни единым мускулом. Словно изваяние. Только уши иногда подрагивают. Чуть меняя направление прослушивания. Южанин с восхищением и завистью понимает, что звериный слух с легкостью охватывает весь зал. А уши вздрагивают для вычленения подозрительных звуков.
Степан внезапно встает. Глубоко вздыхает. Пора. Мстислав уже наверняка оседлал коней. Ждет на улице. Волк тоже быстро вскакивает. Бежит к выходу. Только у двери останавливается, поджидает спутников. Теперь маленький отряд увеличился до четверых. Что ж на Руси много дорог. В путь!