Страница 43 из 108
-Есть у меня мыслишки, - наконец отвечает Степан. – Но больно уж сказочные. Да еще и нескромные слишком. Кто узнает – засмеет. Вот проверю, тогда скажу. А так лучше не лезьте ко мне. Все одно, пока мыслишку не проверю, говорить не буду. Только помешаете своими расспросами.
Степан нарочито повторяет. Человек так устроен, что с первого раза не поймет, все хочется самому проверить, узнать. Потом только локти кусать остается, так что лучше сразу предупредить. Пусть не мешают. Приукрасил, конечно, что помешают. Ничего от вопросов не измениться, но надоесть могут здорово, тем более вдвоем. Мстислав, все порывающийся что-то спросить, смотрит волхву прямо в глаза. Внезапно что-то меняется. Волхв словно засыпает. Невидяще глядит в стену. Мускул не шелохнется ни на лице, ни где бы то ни было еще. Волхв явно о чем-то думает, а то и с духами общается. У них много всяких странностей в загашнике. Сейчас хоть кол на голове теши, все одно не очнется. Помниться, как-то раз в походе, наткнулись на южного мудреца. Старик сидел, словно каменный. Весь в пыли. После перехода даже не заметили что живой. Тогда еще отроки прибились. Упражнялись целый божий день. Закалялись в среде ратников. Слушали военные байки. Ну тогда до вечера далеко было. Отроки пошли с палками упражняться. Глядят каменный истукан. Ну его и стали околачивать. Сначала осторожно: проверяли, а вдруг рассыплется. Но быстро приловчились, лупили уже в полную силу. И прямо старику по темечку. Пару минут, наверное лупили, пока тот очнулся. Покрутил головой, повертел, да и спрашивает: где это стучат? А Степан не какой-нибудь хилый дедок. Здоровый бык. До сих пор две подковы враз ломает. Мышцы крепкие. Плечи широкие. В поясе узок. Несмотря на сидячую жизнь, не раздался. Такому топором плашмя заедешь даже не поморщится. А в благородной задумчивости, хоть конь подкованный лягнет – не очнется.
Мстислав быстро пробегает взглядом зал. Из вчерашних посетителей только юноша. К тому же корчма почти пустая. Только еще один столик занят. Юноша ловит взгляд Мстислава, кивает. Воин кивает в ответ. Юноша секунду колеблется, наконец отводит глаза. Но взгляд падает на волка и словно прикипает. Мстислав с недоумением смотрит в изменившееся лицо. Непонятное выражение меняется. Перетекает в еще более непонятное. Затем в другое, третье. Как витязь не старается, но понять смятение юноши не может. Наконец парень поднимается. Быстро идет к ним. Волк почему-то вздрагивает при каждом шаге. Спина вздымается сильнее, резко опадает. Хитрый зверь усердно демонстрирует сон. Только не храпит, наверное. Наконец юноша подходит к столу. Долго смотрит на могучую спину. Волк ежиться. Прячет морду под лапу, словно боится, что рассмотрят, узнают. Глаза по-прежнему закрыты. Но веки подрагивают, словно жмурится нарочито. Уши прижаты. Спина словно ссутулилась. При каждом шорохе вздрагивает. Кончик хвоста нервно дергается.
-Хорош притворяться, - резко говорит парень. – Я вижу, что не спишь. Не увиливай!
Мстислав недоуменно глядит на юношу. Но лицо отрока абсолютно серьезно. Не сомневается, что волк понимает. Более того ничуть не боится. Командует.
-Вставай! – голос становится строгим. Как если бы отчитывал нерадивого ученика. – Если сейчас же не встанешь, накажу прямо здесь!
Волк нехотя ворочается. Ворчит. Замедленно поднимается. Хмурый и понурый. Вид жалкий. Как у искупавшейся кошки. Голову пригибает низко. Мстислав внезапно ощущает странное чувство. Бедный волк так жалко выглядит. Сильный зверь подчиняется слабому замухрышке. Пусть вчера он единственный не получил и царапины. Значит - выбирал слабых противников. Мстислав недовольно глядит на странного отрока. Парень хмурится, глядит на волка со странным чувством. Будто и переживает, и сердится. Могучий зверь все так же ворчит. Стоит секунду. Тут же опускает зад. Глядит на парня снизу вверх. Мол, поднялся, но стоять меня все одно не заставишь. Да и не указ ты вовсе. Захотелось, вот и поднялся, захотел – сел. Парень смотрит строго, но лицо спокойное. Ни один мускул не дрогнет. Волк не выдерживает взгляда, опускает голову так низко, что нос едва не задевает пол. Наконец Мстислав не выдерживает. Хмурится, двигает бровями. Напрягает мышцы изо всех сил, чтоб рожа побагровела – так выглядит страшнее. Резко поднимается. Рука стремительно приближается к шее отрока. Еще миг и пальцы сомкнуться. Внезапно что-то меняется. Какое-то движение. Витязь не успевает заметить, как парень отступает в сторону. Пальцы лапнули пустоту. А волк мгновенно взвивается на ноги, в прыжке поворачивается к Мстиславу. Бросается на грудь. Витязь даже не успевает почуять толчок. Уже на полу. Сверху – могучая фигура волка. Оскаленная пасть сверкает огромными клыками. Бисеринка слюны медленно опускается на грудь Мстислава. В ушах странный грохот. Только через миг понимает, что не грохот, а рык могучего зверя. Прочные когти то появляются, то опять прячутся в мягкие подушечки. Раздирают рубашку. Отрок недоуменно смотрит на витязя. На лице не дрогнет ни один мускул, выдавая настроение. Так смотрела бы скала. Наконец хмыкает. Пожимает плечами. Из неширокой груди вырывается тяжкий вздох. Будто не юноша – столетний старец. Все повидал, все узнал, и теперь таскает на плечах огромную гору. Волк прекращает драть Мстиславу грудь. Виновато отводит взгляд. Наконец, лизнув в лицо, сходит с распростертого витязя. Юноша тем временем уже уселся на стул Мстислава. Ждет. Волк, повертевшись, садится у ног парня. Напряженно оглядывает зал. Бдит. Мстислав поднимается. Все вроде цело. Волк только разодрал рубашку, но ни одной царапины не оставил. Умный зверь понял, что витязь хочет защитить, помочь. Но почему-то сам напал. Да и паренек оказывается не промах. Так стремительно двигаться просто невозможно. Наверное не последний трюк в арсенале отрока. Сможет выкинуть что-нить и покруче. Мстислав быстро находит свободный стул. Угрюмо поглядев на парня, садится напротив. Внимательно изучает юношеское лицо. Безусый, безбородый. Но явно не разу не брился. Глаза голубые, чистые. Взгляд острый. Не злобный и не просительно-восхищенный, как у ровесников. Видно, что паренек знает себе цену. Знает, что может и постоит за себя, если придется. Но в то же время во всем виде презрение к драке. Хотя мышцы развиты. Руки гибкие. Мстислав видел, как один южанин с такими руками размахивал сабелькой. Вроде оружие-то хилое. Но поди ж ты. Южанин с легкостью сек кольчужную рубашку из булата. И тут же без усилий – шелковый платок. Просто положил на лезвие, а тот возьми да распадись надвое. Конечно, витязь с легкостью перерубит такую рубашку с одного удара. Пусть даже на деревянный столб надета. Но, пока богатырский удар достигнет цели, умелец успеет в куски изрубить. К тому же животные так просто людям не служат. Но таких юных волхвов просто не бывает. Степан, которому пятый десяток, самый молодой на всю Русь. Он с трудом смог приобщиться к великим таинствам. Великий волхв долго думал насчет столь молодого послушника.