Страница 18 из 108
-Доброго здравия, могучий воин, - наконец обрывает молчание Алим. – Пусть не увянет твоя стать и прибавится сила, пусть боги будут благосклонны.
Воин недоуменно хмурится. Брови сшибаются на переносице. Толкаются, отпихивают друг друга. Мстислав и дядька качают головой. Тяжко вздыхают.
-Я чем-то обидел мужественного воина? – испугано интересуется вор. – Прошу простить, но с вашими обычаями я незнаком.
-Я понял, - басит незнакомый русич. – Мы давно не просим богов о помощи. Наши боги не жалуют попрошаек. Только тот, кто достоин может получить все. Это верно. Вот только достоин тот, кто смог взять. Твои слова оскорбительны для меня, но я знаком с людьми других стран. Мы не варвары, как многие думают. И воевать со всеми подряд желания не имеем. Наш народ мирно пашет землю и ищет… смысл жизни, как говорят ваши мудрецы. Наши волхвы сильны во врачевании, но никак не в порче. А положение в мире таково, что русичи зажаты со всех сторон молодыми и воинственными народами. Только с юга наши границы недолго пересекаются со странами больших песков. Тамошние люди похожи на тебя. С ними мы не воюем, а наоборот: всячески поддерживаем дружеские отношения… - упершись в скептический взгляд вора, витязь осекся. – Да мы не забыли про походы Олега на Царьград. Но это в прошлом. Понимаешь, нам пришлось быстро учиться. А вечновоюющий народ быстро пресыщается постоянными схватками. Наши дети уже не мечтают о подвигах и славной смерти, как грезили родители. Теперь в цене покой, а ветер странствий мил лишь до околицы. Земли прадеды отвоевали достаточно. Защитить бы.
Могучий воин хмуро чешет затылок, сплевывает в дворовую пыль. Алим только головой качает. Всем известно, что русичи – самый воинственный народ. Никто не заметил появления новой державы, но могучие варвары заставили считаться. В былые дни русские дружины захватывали братьев-славян по племени в неделю. А когда встретились с могучими немецкими воинами, ту же территорию захватывали за месяц. Уже поделенная Европа снова попала под нож. Перекроили королевства до неузнаваемости. Старые карты пришлось выбрасывать, а новые делать никто не собирался – границы меняются каждый день. Обстановка улеглась лишь недавно. Могучее княжество насытилось присвоенной землей. Теперь только защищается, как говорит витязь. Но и сейчас, как знает Алим, в месяц присваивают по сотне квадратных километров к необъятным пределам. Могучие витязи не успокоились. Молодое королевство растет. Люди, в поисках лучшей жизни, бегут на окраину. Поднимают хозяйства. Ставят крепости и детинцы. Границы раздвигаются от внутреннего давления люда. В столицах, говорят, не протиснешься от массы народа. Раньше уезжать боялись, но теперь никто не мешает. Опасность ушла с врагами, а от зверя отобьются. Могучие дружины – просто патрулируют границы. По приказу князя места патруля строго определены, но русичи нередко сдвигаются вглубь чужих королевств. В селениях, что появляются за границей у всех родственники, друзья. Короли соседних держав скрипят зубами, но терпят. С могучим соседом спорить опасаются. А Русь воевать перестала. Теперь налаживает торговлю. Воины становятся купцами. Дело хитрое, поддается плохо. Нередко дурят русичей, но те учатся быстро. Теперь так просто вокруг пальца не обвести. Витязи на своей шкуре познают все тонкости. Хитрят, торгуются. Среди южных торговцев даже присказка появилась: один хохол, как два еврея. Эти со странным хвостом на затылке, что именуют чубом, особенно насобачились. Бывалых торговцев дурят, словно невинных младенцев. Сами придумывают хитрости, копят секреты торгового дела. Но со своими не хитрят. Торгуют по чести. От таких выворотов южане вовсе перестали ездить в странное княжество. Конкуренция. Двадцать лет, что Русь трясла мир, взбаламутили даже тихий омут востока. Древнейшие царства вздрогнули узнав о новых варварах, что стремительно приближаются к границам. Теперь долго не дождутся покоя русичи. Едва поймут соседи, что могучее княжество не ведет воин – накинуться разом. Придется вновь хвататься за мечи и секиры мирным землепашцам, а там, глядишь, и новые варвары появятся. Так решил совет Вавилона. А к Вавилону прислушались все державы востока. Теперь жизнь на востоке снова наладилась. Все как прежде.
-Пусть будет так, - мирно отвечает витязю вор. – В твоих словах есть мудрость. Но есть ли она в сердцах детей могучего княжества?
Воин Удивленно изгибает бровь. Молодой вор говорит так, словно за ним мудрость целой жизни. Так говорят волхвы. Но южанин прав. Смогут ли отцы запретить детям уходить на битвы. Возможно, что новое поколение воинов вовсе перевернет вверх дном устоявшийся мир. А это явно по силам. Когда деды раздвигали границы крохотного племени – не знали ни железа, ни даже бронзы. Но сдюжили могучих противников. Дети и вовсе переросли отцов. Теперь у них могучие булатные секиры. Стальные доспехи. Статью прадедам ничуть не уступают, а дух выше. Бесконечные бои закаляют с младенчества. Даже мирные землепашцы не беззащитны. Каждую пятницу в деревнях проводят кулачные бои. Люди все время работают. Не дают предательскому жиру залить тело. Обрастают мышцами. Дюжина дружинников с легкостью удержит сотню южан и десяток тяжелых рыцарей. Дождут главные силы. Там, глядишь, подоспеет князь с основными силами. Но что за отец не порадуется успехам сына?
-Ты верные вопросы задаешь, южанин, - произносит воин нехотя. – Но родители не всегда в ответе за детей. А дети за родителей – тем более не отвечают.
Алим понимающе склоняет голову. Признает правоту гиганта. У самого два племянника. Сорванцы. На месте не сидят никогда. Один покрепче, явно воин, а другой ловкий, гибкий. Такой станет неплохим шпионом. Родители воспитывают сыновей умными и справедливыми. Но иногда те такое отчебучат, что стыд даже его, дядю, разъедает. Воитель весело улыбается. Широкая пятерня осторожно хлопает вора по плечу. Даже аккуратные хлопки вбивают в землю. Сгибают.