Страница 94 из 152
Незаметно, за разговорами о будущем, они достигли скалы поднимающейся над уровнем льда не менее чем на тридцать метров. Обошли ее вокруг и не заметили ничего примечательного.
- Пожалуй, дальше можно и не ехать. Давай, отдохнем здесь и повернем обратно? – Предложил отец Матвею.
Сын согласился. Они подъехали к скале с подветренной стороны, сбросили лыжи и забрались на камни. Теплое солнце пригрело их. Между выступами скалы ветра не было совсем, и неподвижный воздух прогрелся до плюсовых температур. В этом месте пахло весной намного отчетливее. Отец вынул из своего рюкзака нехитрую снедь. После перехода отнимающего силы любая еда казалась вкуснее.
Егор почувствовал, как тепло и еда начали клонить его в сон. В природе все было так безмятежно и тихо, что ему захотелось забыться спокойным сном.
- Я, пожалуй, вздремну немного. – Доложил он сыну.
- Ладно, поспи, а я пока полазаю по скале.
Егор лег между камней и тут же провалился в глубокий сон. Матвей встряхнулся, чтобы не поддаться такому же желанию уснуть. Вначале, он немного походил по льду, обстукивая его в надежде нащупать газовый пузырь, затем бросил это бесполезное занятие и забрался на скалу.
Ветер не пощадил ее. Повсюду виднелись следы ударов, выщербившие скалу. Их как будто расстреливали из танковых болванок в упор. В тоже время острых граней у камней не было. Пескоструй выровнял и зализал все углы и неровности, состарив их на тысячи лет.
Матвей перебрался через вершину на подветренную сторону. Здесь следов разрушения было гораздо меньше. Для него скалолазание стало настолько привычным занятием, что он не задумываясь перепрыгивал с камня на камень, даже на таких высотах, от которых раньше у него кружилась голова.
Матвей прыгнул на выступ, но немного не рассчитал сил и чуть не свалился с него, после приземления. Он крепко ухватился руками за камни и подтянулся. Прямо перед ним из щели между камнями, выглядывал кусок прозрачной пленки, в которую было что-то завернуто. Егор потянул за край, и ему в руки вывалилась записная книжка. Сгорая от любопытства, бережно открыл ее.
На первой странице, ровным почерком были расписаны какие-то мероприятия и напоминалки. Матвей быстро перелистал страницы, пока не наткнулся на место, где была крупно написана дата начала катастрофы. Он жадно впился глазами в текст под ней:
«Меня зовут Гуфаров Ринат. Я и еще пятеро моих коллег прячемся в небольшой пещерке от урагана. Нас было двенадцать, но шестеро пропали почти в самом начале невозможного ветра. Мы думаем, что они уже погибли. Ураган дует с чудовищной силой и нам кажется, что с природой что-то не так. Прямо перед входом в пещеру упал камень и разлетелся на куски, как от взрыва. Грохот был соответствующий. Сергею пробило ногу в двух сантиметрах от…, впрочем, пронесло. Он лежит и стонет. Мы все ждем конца урагана или света, как получится».
Матвей пробежался взглядом по следующим страницам. Там была описана паника, охватившая людей, когда в пещеру пошла грязь. Описаны были истерики и дрязги товарищей, и их попытки сопротивляться стихии. В отличие от Черной пещеры, тоннелей в этой не было, и люди реально боялись захлебнуться в жиже. К счастью в пещере имелся уклон, и жижа поднималась только до определенного уровня.
«Ураган, который уже казался, будет всегда, наконец, закончился. Мы вышли на улицу и не узнаем мир. Кругом черная вода, голые скалы и коричневое небо, висящее над самой головой. Мы думаем, что миру пришел конец. Как выбираться со скалы, мы не знаем, да и стоит ли. Я считаю, что выживших, подобных нам, единицы, остальные теперь покоятся под толщей черной соленой воды.»
Записи вскоре заканчивались. Их концовка удивили Матвея.
«Вода внезапно опустилась метров на пять. На горизонте показалась черная полоса. Она приближается и она похожа на высокую волну. Мы с товарищами поднимаемся на самую вершину, надеясь, что там вода не достанет нас. Теперь я отчетливо вижу, что это огромная волна, подобная цунами. У меня нет времени, я прячу книжку в расщелину и бегу наверх. Если вы читаете эти строки, значит, нам не повезло»
Матвей представил, как волна, несущая перед собой весь мусор, собранный по дороге, налетает на скалу и сметает с нее всех шестерых человек, сумевших чудом спастись от урагана. Если бы товарищи укрылись южнее барьера, то могли бы выжить, так как это цунами потеряло силу всего в нескольких километрах отсюда.
Матвей сунул находку под куртку и поспешил к отцу. Егор проснулся от шума, который производил Матвей.
- На, почитай. – Сын с ходу, ничего не объясняя, сунул найденную записную книжку отцу в руки.
Егор заинтересованно пробежался по страницам.
- Где нашел?
- На той стороне, в расщелине.
- А пещеру нашел?
- Нет. Даже и не догадался.
- Пошли.
Отец попрыгал на месте, постучал себя по щекам, сделал пять приседаний. Через гору они не полезли, решив обогнуть ее по ровному льду.
Внимательно разглядывая скалу, они заметили инородное по цвету место на ней. Этим местом оказался вход в пещеру. В сравнении с размерами Черной пещеры это убежище можно было назвать пещеркой. Большую часть ее и без того маленького пространства съедала замерзшая грязь. Ничего интересного от тех шестерых товарищей в пещере не осталось. От благодарного человечества виднелись только легкомысленные росписи по стенам.
- Хоть что-нибудь бы осталось, помянули бы их этим. – Посокрушался Егор, надеявшийся поживиться имуществом погибших людей.
- Только книжка осталась. – Сказал Матвей.
- Последняя бумажная книжка. – Печально произнес отец. – Остальные будут на бересте.
- И глине, и росписи по стенам пещер.
- Про охоту на саблезубых лягушек.
Матвей хихикнул, представив себе больших саблезубых земноводных.
- Пап? – Матвей вдруг спросил серьезно.
- Что?
- А нам ведь теперь не обязательно носить фамилию Горбуновы? Теперь паспортов нет.