Страница 92 из 152
Долгая беспросветная ночь, вкупе с мыслями о погибших родных и близких вгоняла в тоску и уныние. Вскоре после празднования Нового года и Рождества двое матросов попытались покончить жизнь самоубийством. Один из них выстрелил себе в рот из автомата, а второй в грудь. Первый погиб на месте, а второго удалось спасти. После этого случая за оружием был установлен более серьезный контроль. Самоубийство вынудило Виктора Терехина сделать вывод, что мужской компании помимо ежедневного труда требуются хоть какие-нибудь развлечения. Он долго думал, чем можно занять молодые организмы, впадающие в депрессию от монотонного однообразия, и придумал занять их спортом. Командным, таким, как хоккей. Ровного льда вокруг было сколько угодно. Дело оставалось за малым: клюшками, коньками и светом, потому как в темноте играть не представлялось возможным.
С первой и второй проблемой справились относительно быстро. Весь хлам, собранный еще до выпадения снега, хранился в самом первом построенном здании. Туда складировали кучу типовых кроватей с панцирной сеткой армейского образца. Полые дужки от спинок расплющили и сделали перья клюшек, а из металлических уголков, составляющих корпус кровати, лезвия коньков с опорой под обувь. Получилось немного топорно, но в темноте не видно. С освещением ледяного поля было тяжелее. Пришлось соорудить из старого автомобильного генератора, педалей и редуктора тренажер для мышц, дающий свет. Над площадкой повесили кабель, к которому были прикреплены лампочки от фар, задних фонарей, плафонов освещения, добытых со всех обнаруженных машин на острове. Получилась длинная гирлянда из слабых лампочек, которые в сумме, кое-как освещали хоккейную площадку. За средний матч менялись три-четыре несчастных, вращающих генератор.
Терехин наотрез отказался формировать команды по национальному признаку. Делал команды смешанными, что должно было привести к улучшению взаимопонимания между русскими и американцами без особой необходимости учить язык. Благодаря этому болельщики теперь не могли выбирать национальную команду, что тоже служило объединяющим фактором. Темнокожие матросы, вообще являющиеся как бы третьей стороной, не желали играть в хоккей. Следовало придумать, как их привлечь к чему-то общему. Идеи с баскетболом не получили поддержки из-за сложности реализации этой игры в суровых условиях. Американцы предложили Терехину создать команды для американского футбола.
Спустя пару недель, еще одна площадка была расчищена от снега. Две смешанные команды, включая и темнокожих матросов в солдатских касках и самодельной защите, сошлись в борьбе.
- Молодец, Виктор! Уж лучше пусть дурь выбивают из себя таким способом. – Похвалил Татарчук Терехина, глядя, как молодежь самозабвенно предается игре. – Все меньше в голове мыслей дурацких будет.
- Спасибо, командир. Но это временная мера. Игры их отвлекут ненадолго, а потом все равно придется что-то предпринимать для поиска людей.
- Естественно, Виктор. Что-нибудь уже придумал?
- Как только сойдет лёд, попробую взять нескольких парней и пройтись вдоль побережья острова. Хочу найти что-нибудь подходящее, для того, чтобы попасть на материк.
- Например, корабль что-ли? – Удивился Татарчук.
- Нет, корабль вряд ли нам нужен. Шлюпку или лодку, такую чтоб на пару десятков человек. – Ответил Терехин. – А еще, у меня есть идея, отправится в сторону Полярного Урала, и там на каждой высокой вершине установить передатчик, чтобы люди, которые доберутся до них, могли посигналить нам, чтобы мы за ними приехали.
- Не знаю, ты вообще представляешь, как это реализовать технически?
- Что-нибудь придумаем. У нас половина офицеров инженеры, пусть напрягут мозги. Если бы нам удалось найти подходящее место в горах, можно было бы сделать там небольшой сезонный поселок, который занимался тем, что искал людей по окрестностям и устанавливал метки, для тех, кто случайно наткнется на них, чтобы они все направлялись к нам.
- Виктор, вот ты и нашел себе занятие в новой жизни. Подбирай себе команду, готовь ее, как только откроется вода, принимайтесь за дело.
Зимние дни незаметно летели в однообразных заботах. Метели сменялись морозами, морозы мягкими спокойными днями и так по кругу. Небо светлело и казалось, еще чуть-чуть и сквозь облака проглянет открытое солнце. Но этого не происходило. Падающий снег до сих пор включал вкрапления атмосферного мусора, не позволявшего солнцу осветить землю прямыми лучами.
Жизнь в Черной пещере шла своим чередом. Егор с Матвеем еще два раза наведывались на склад, чтобы забрать оттуда все припасы. Тамара дала согласие забрать все, так как считала, что со временем, когда они встретят людей, алкоголь может стать отличной валютой.
Горбуновы справили Новый Год как положено. Тамара украсила уютный домик гирляндами, вырезанными из различного подходящего мусора, собранного по пещере. Елку смастерила из куска пластиковой трубы и кусков материи, оставшейся после подгонки роб. Детям Дед Мороз принес подарки под елку. Все те же шоколадные батончики и лимонад, а родителям он положил кое-что покрепче.
Егор попробовал питаться летучими мышами, вместо осточертевшей крысятины. Водившиеся в пещере выше летучие мыши по вкусу Горбуновым совсем не пришлись, и мяса на этих крохотных животных почти не было. Поэтому новогоднее меню состояло из того же мяса крыс, приготовленного разными способами. Жареное, копченое, вареное с водорослями. Лед, становившийся все толще, затруднял добычу водорослей. Тем не менее, благодаря настойчивости и большому количеству свободного времени, голодными Горбуновы не оставались.
В один из дней неожиданно повеяло весной. Задул теплый влажный южный ветер, и солнце стало светить совсем не по-зимнему. На южных склонах снег покрылся корочкой, пополз в стороны от нагревающихся на солнце камней. Зачастили короткие, но обильные снегопады из мокрого снега. Перед входом в Черную пещеру выстроились снеговики, теряющие осанку с каждым теплым днем.