Страница 68 из 152
В первое большое плавание на плоту, отправились через день. Егор посовещался с сыном, и они вместе решили разобрать немецкий чоппер. У них была мысль применить часть узлов для создания движителя плота. Они хотели снять цепную передачу со всеми узлами, колесом, цепью и звездочками попробовать пристроить их на плот. А так же они могли захватить большое количество дров, гораздо большее, чем возили до этого прицепом к надувному матрацу.
Хорошо, что заботливый мотоциклист возил инструмент с собой. Егор, на всякий случай взял еще и инструмент из своего автомобиля. Мотоцикл вытащили на сухой берег. Отмыли его и принялись разбирать. Буквально каждый узел нес на себе следы ударов. Коробка передач была разбита, но к счастью приводная звездочка пятой передачи цела. С оси выбили шплинт и сняли звездочку. Затем скрутили заднее колесо, отсоединили его от рамы и амортизаторов.
Егор посмотрел на дело рук своих, и снял еще и переднее колесо с мотоцикла.
- Ты задумал еще, чтобы наш плот ездил по суше? – Поинтересовался Егор.
- Нет, я переделал концепцию. Хочу сделать два колеса по краям, и место сэкономим, и отдача будет выше.
Вскоре стукнули первые утренние заморозки. Выходить умываться на улицу не хотелось до самого обеда. Вода в умывальнике была ледяной, и только закаленный человек мог позволить себе такие экстремальные процедуры. Егору пришлось перетащить умывальник в пещеру. Он смастерил из радиатора отопления небольшой нагреватель, сообщающийся через пластиковую трубу с умывальником. Емкость умывальника работала, как расширительный бочок.
Под батарею он придумал ставить подогреватель, сделанный из корпуса старого термоса. Его можно было использовать как на жидком топливе, вроде смеси бензина и масла, так и на резине. Обычно использовался второй вид топлива. Егор разжигал его рано утром и к тому времени, когда просыпалась семья, в умывальнике вода нагревалась до приемлемого уровня. Эта конструкция навела Егора на идею, как сделать отопление на зиму, совместив процесс готовки пищи и обогрева помещения.
Неожиданные хлопоты отвлекли его от завершения плота. Когда с умывальником было покончено, Егор и Матвей снова приступили к работе над плавсредством. Они сделали из толстого прута, снятого с крыши фуры, ось, на которую насадили звездочку и оба колеса. Для того чтобы управлять плотом, предусмотрели механизм, рассоединяющий ось и колесо. Закрепили ведущую звездочку при помощи уголков на плоту. Приделали к ней подобия педалей. Плот защитили от брызг из-под колес, вырезанными из стенок прицепа щитами. На каждое колесо поставили по восемь штыков от небольших садовых лопаток. Они должны были играть роль гребных лопастей.
Теоретически, плот был готов к испытаниям. Для Егора это был волнительный момент. Он как будто отчитывался перед кем-то важным в том, что достиг зрелости, и теперь может содержать семью. Он сам сел на мотоциклетное сиденье. Матвей сел спереди. В руках он держал весла на всякий случай.
Женщин на борт не взяли. Они и не горели желанием. Егор сделал первый оборот педалями. Лопатки забили по воде. Плот осторожно пошел вперед. Педали крутились с большим усилием, чем ожидал Егор. Это было к лучшему. Плот откликался на его усилия понятной реакцией. Егор потянул за правый рычаг. Правое колесо остановилось, и плот стал поворачивать вправо. Отпустил рычаг. Плот по инерции еще тянуло вправо. Пришлось подкорректировать левым рычагом. Когда нос с сидящим на нем сыном, замер, Егор крутанул педали активнее. Плот потянуло вперед с заметным ускорением.
Над щитками взлетала вода и обрывки водорослей. Скорость на плоту не шла ни в какое сравнение со скоростью на утлом матрасике. По бортам журчала вода, расходящаяся волнами в стороны.
- Уууууу! – Крикнул Матвей. – Крутоооо!
Ему в ответ прокричали с берега впечатленные женщины.
Какая нужда была в том, чтобы плыть неизвестно куда, не имея четкого представления, Егор не знал. Он чувствовал позыв сделать это, как чувствовали его первопроходцы, открывающие новые земли. Было страшно и ночь, накануне отправления он почти не спал. Мозг подкидывал всякие страшные ситуации, которые могли ждать его, заставляя придумывать из них выход.
Утро Егор воспринял с облегчением. Он смастерил завтрак, разогрев вчерашний лягушачий суп и заварив ароматный чай из корней дикой вишни. Семья, почуяв съедобный запах, заворочалась и проснулась.
- Не передумал? – Спросила Тамара.
Она не видела особой необходимости в этом походе и считала, что продуктами и дровами они обеспечены на всю зиму. Опасность путешествия Тамара считала несоразмерной любым находкам. Даже если бы Егору удалось найти людей, то это, скорее всего, были бы такие несчастные, как и они. Тамара уже привыкла жить своей семьей, и ей не хотелось видеть других людей рядом, тем более, которые не могли дать чего-нибудь полезного. Другое дело, если бы муж нашел поселение, где существовали приемлемые условия для жизни и эти люди знали, как жить в новых условиях. Но это было маловероятным.
- Не передумал. Не беспокойся, Тамар. Ничего страшного не будет. Я тебе уже сто раз говорил, что буду плыть вдоль гор, чтобы не заблудится. На ночь буду причаливать, а днем плыть. Через неделю вернусь, ну или через восемь дней. Хочу сделать четыре дня в одну сторону и четыре в обратную.
Тамаре ничего не осталось, как вздохнуть. В прошлой жизни она бы закатила такую истерику, что у мужа и мысли бы не появилось настаивать на своем решении. Теперь она чувствовала, что Егор поступит так, как решил и этого не изменить. Появилась в нем черта, которой не было прежде, мягкая вежливая упертость.
Проводы были недолгими. Егор с сыном установили на плот ящики с инструментами и запчастями, спальник, палатку, недельный запас еды и воды, и еще кучу разного рода необходимых вещей. Матвей просился с отцом, но Егор его не взял. Один мужчина должен был остаться в семье, на всякий случай.