Страница 143 из 152
Через месяц путешествия, когда уже чувствовалось, что плот находится в северных широтах, и когда колени у Егора и Матвея опухли и стали в два раза больше обычного, случилось одно событие. Егор проверял оснастку груза на прицепе. Матвей, прикрыв глаза, в полусне монотонно вращал педали, Тамара готовила обед, и только Катюха, освобожденная от любого труда, лупилась по сторонам.
- Эй, смотрите! Смотрите, там дым! – Крикнула девочка, указывая рукой в сторону небольшой горы, едва выступавшей над водой.
С горы на самом деле поднималась струйка дыма. Впечатленные этим событием, и особенно тем, что это могут оказаться именно те люди, к которым они так стремятся, Горбуновы повернули в её сторону. Расстояние до нее составляло около пяти километров. Через полчаса, когда дыма уже иссяк, они причалили к скалистому берегу. Матвей соскочил с плота первым и собрался пуститься на разведку, но отец его задержал.
- Погоди, Матвей. Мы не знаем, что за люди это могут быть. Я сам пойду, а вы отплывите метров на пятьдесят от берега и ждите. Если все нормально, я помашу вам с горы, а если нет, плывите отсюда поскорее. – Егор сжал в руках пистолет Макарова.
- Егор, а может, не надо? – Попросила Тамара, напуганная перспективами остаться без мужа.
- Надо, Тома, надо. Не чураться же нам людей всю жизнь.
Матвей неохотно отогнал плот от берега. Он видел, как отец, прикрываясь камнями, обошел гору.
Егор обошел гору слева. Этот склон показался ему более неровным и лучше маскирующим. Он затаился, когда почувствовал близкий запах дыма. Он ждал услышать голоса, чтобы определить, что за люди находятся здесь, но не услышал. На острове царило безмолвие. Звуки издавала только природа. Посвистывание ветра в камнях, лягушачье кваканье под горой, да шуршание стеблей кустарника под ногами. Егор осторожно выглянул из-за камня. Неподалеку от него, на ровной площадке, дымилось догоравшее кострище. Рядом с ним уже никого не было.
Егор вышел на площадку. Возле костра остались следы пиршества: рыбьи головы и скелеты с хвостами. Судя по количеству остатков, еды должно было хватить человек на пять минимум. Куда же они подевались. Егор вгляделся в горизонт. Он был чист.
Мужчина спустился к воде и обнаружил следы того, что кто-то совсем недавно причаливал к берегу в этом месте. В расщелине, среди камней, остались следы от забитого деревянного колышка, к которому привязывали лодку. Рядом с эти местом на камнях лежали выпотрошенные рыбьи кишки и чешуя. Подсохшие потроха облепила мошкара. Судя по тому, что внутренности успели подсохнуть, пролежали они здесь несколько часов.
Находка впечатлила Егора не меньше, чем тот случай с капитаном Терехиным, постучавшимся в их плот. Что, если это его товарищи, участвующие в поиске выживших? Егор вернулся к кострищу. Надо было оставить о себе напоминание. С собой ничего подходящего не было. Егор огляделся и увидел рядом россыпь мелких камней. Рядом с кострищем он выложил цифру «4», затем, идущую от нее стрелку, упирающуюся в латинскую букву «N». По его мнению, любой человек должен был понять его послание, обозначающее, что четыре человека были здесь и теперь направляются на север.
Егор перешел на обратную сторону горы другим маршрутом, надеясь случайно обнаружить людей. Там даже следов их присутствия не оказалось. Он вышел на берег. Их плот, как и положено, лежал в дрейфе на расстоянии пятидесяти метров от горы. Егор помахал руками. Сын заметил его и причалил к берегу.
- Немного не успели. – Произнес Егор с сожалением. – По ходу люди останавливались здесь, чтобы перекусить. Они точно не живут на этой горе. Никаких следов, кроме костра нет.
- Может, это товарищи того военного, которого мы похоронили? – Предположила Тамара очевидную мысль.
- Я тоже так подумал. Оставил сообщение, что мы были здесь и отправляемся на север. Маловероятно, конечно, что они еще раз пристанут к этой горе.
- Ну и ладно, Егор, зато мне так спокойнее, что люди есть где-то рядом.
- Признаться, я рассчитывал получить у них медицинскую помощь для Катюхи.
- Будем считать, что это был знак для того, чтобы мы не теряли веры и продолжали движение.
- Ну, тогда в путь! Не будем терять времени.
Плот снова отправился наматывать километры пути.
Стояла уже вторая половина августа. По утрам становилось настолько промозгло и туманно, что не хотелось выбираться из палатки. Судя по горам, высоким и частым это был уже Северный Урал. Из-за этого трудно было понять, где между гор существует пролив, а где нет. Пару раз Горбуновы попадали в ловушки. Они заплывали, как им думалось между двумя вершинами, но это оказывалось долиной с единственным выходом. Приходилось плыть назад, теряя уйму драгоценного времени. Они догадывались об этом, только когда замечали появляющиеся на поверхности водоросли. Более наблюдательный Матвей указал на особенности течений там, где находились тупиковые долины. Неподвижная вода в них, встречаясь с течением, образовывала небольшие буруны. На границе этих бурунов вода отличалась оттенками. Стоячая вода всегда была темнее.
Егор уже понял, что сын намного наблюдательнее его и по умолчанию считал Матвея штурманом на «судне». Лавируя между высоких и отвесных скал, подметил, что природа здесь сохранилась намного лучше, чем в тех местах, откуда они прибыли. Попадались здесь поляны с подветренной стороны, на которых сохранились мощные сосны, почти не тронутые катастрофой. Ночевать в таких местах было сущим удовольствием. Пряный воздух растительности погружал в ностальгическую атмосферу прошлой счастливой жизни. На время можно было вообразить, что ничего не изменилось в мире. Если бы не болезнь Кати, то на такой поляне можно было бы поселиться и жить в свое удовольствие. В округе было достаточно дров и пропитания, без нужды устраивать многодневные заплывы.
По календарю, который вел Егор, на дворе наступило первое сентября. В это утро он почувствовал, как пахнуло холодом. Первым выбрался из палатки, чтобы начать готовить завтрак, и поскользнулся. Мокрые камни оледенели, превратившись в скользкий каток. Егор чуть не упал на палатку, чем мог перепугать спавшую семью. Пришлось все делать на четвереньках, потому что стоять на ногах было совсем невозможно. Собранные с вечера по округе дрова намокли и покрылись коркой льда. Егору пришлось карабкаться к плоту, чтобы набрать пропитанных жиром брусочков для розжига, оставленных для вот таких экстремальных случаев.