Страница 142 из 152
Глава 12
Обещания, данные самому себе, Егор не спешил исполнять. Круговорот ежедневных дел не оставлял времени на подготовку к большому путешествию. Да и опасался он его. Одно дело сплавать на плоту на двести километров от дома и другое, отправиться за тысячи километров с неизвестным результатом. Егор понимал, что рано или поздно им все равно придется уезжать, но ждал какой-нибудь знак, который явно укажет, что пора.
И такой знак ему дали. Спустя год после смерти подводника Терехина, Катюшка подцепила какую-то заразу. Вначале она просто жаловалась на слабость и сонливость. Но Егор с Тамарой посчитали, что дело здесь в гормональном перестроении организма дочери. Девочка превращалась в девушку. Но слабость не проходила, появился кашель.
Кате скормили все антибиотики, что остались в запасе семьи. Егор с Матвеем сгоняли к Верблюду и привезли оттуда кучу всяких трав, из которых делали отвары. Все было напрасно. Катя таяла на глазах. Однажды, Тамара застала Катю читающей журнал, найденный отцом в одной из своих вылазок. То ли тень легла так на лицо девочке, то ли все так и было на самом деле, но только Тамара разглядела, как заострилось лицо дочери, как побледнела ее кожа, как трясутся пальчики, перелистывающие страницу. Тамара впервые представила, что ее дочери скоро может не стать.
Она закрыла рот ладонью, чтобы из него не вырвался плач, и бросилась к мужу.
- Егор, я больше не могу, Катю надо везти к тем людям. Нам всем надо уезжать, иначе Катюшка… – Она собрала волю в кулак, – умрет.
Егор обнял жену. Он уже и сам созрел для этого решения. В нем еще жила надежда, что какое-то чудо поможет им вылечить ребенка, но сейчас он отчетливо понимал, ожидание больше не имеет смысла.
На дворе стояла середина лета. Если быстро собраться, то можно было успеть проделать весь путь до наступления зимы на плоту. В течение трех дней Егор и Матвей готовили его к отправке. Нужно было предусмотреть все поломки, которые могли случиться в пути. Взять все необходимое, если зима застанет их в дороге.
Егор понял, одного плота не хватит, чтобы вместить всю семью и все вещи, которые решили взять в дорогу. Пришлось срочно соорудить прицеп. Для этого понадобилось разобрать стены «квартиры» и сделать из них площадку. Под неё уложили все имеющиеся пластиковые бутылки. На плот сгрузили запчасти, запасы провизии, дров, лыжи и все, что не требовалось непосредственно в самом походе.
На плот водрузили палатку. Дожди до сих пор случались чуть ли не ежедневно. Егор сделал небольшую печь для приготовления и разогрева. Пришлось еще создать некое подобие туалета. До этого мужчинам не составляло особых проблем сходить за борт. С женщинами ситуация была иная. Им требовался минимальный комфорт.
Сердце дрогнуло у Горбуновых, когда плот отчалил от берега. Тяжело было покидать привычное и удобное во всех смыслах место. Если бы не болезнь дочери, переселение можно было бы откладывать бесконечно. Может быть за семьей Горбуновых и приехал бы тогда корабль с алыми парусами, чтобы увезти их с удобствами и без вероятности трагически закончить его на полпути, но судьба решила за них.
Колесо забило лопатками по воде, преодолевая возросшую массу плота вкупе с тяжелым прицепом. Тандем медленно набирал скорость. Тамара роняла слезы, глядя на удаляющуюся гору, спасшую их и приютившую на несколько лет, как на родной дом. У Егора на душе скребли кошки. Матвей тоже готов был разреветься. Чтобы этого не случилось, он принялся проверять крепление груза на плоту. Катя понимала, что это путешествие затеялось из-за ее болезни. Она злилась на себя за то, что никак не может выздороветь и причиняет всем столько беспокойства и неудобств.
- Мам, пап, я обещаю, что когда мы найдем тот поселок и вылечим меня, я больше никогда не буду болеть.
Егор молился на погоду. Каждая задержка могла привести к тому, что зима застанет их в пути. А это значило, что они не смогут какое-то время передвигаться совсем, пока не станет крепкий лед. Каждый день задержки уменьшал возможность довезти дочь живой. Егор с сыном регулярно менялись, чтобы плот всегда находился в движении.
Если к исходу дня на горизонте появлялась гора, на ночевку приставали к ней. Если горизонт был чист, ночевали посреди воды, дежуря сменами. Тамара пару раз пыталась сесть за педали, жалея своих мужчин, но ее не привычные к таким нагрузкам ноги уставали после нескольких минут.
Горы Среднего Урала оказались самыми низкими из всей цепочки Уральских гор. В самом начале пути ночевать приходилось гораздо чаще посреди воды. В незнакомых местах ухо приходилось держать востро. Мощные течения, местами превращающиеся в жуткие водовороты, грозили затянуть плот с путешественниками в свою воронку. Где-то течения отсутствовали напрочь, и в таких местах мир начинал превращаться в тухлое болото, грозящее отравить людей своими миазмами.
Егор зарисовывал и записывал на листок все интересное, встречающееся на их пути. Однажды, далеко впереди, вдоль линии горизонта прошелся смерч. Несмотря на расстояние, он произвел на женщин неизгладимое впечатление своими размерами. Буквально через несколько минут волна, вызванная им, достигла плота, скинув за борт некоторые припасы, и чуть не перевернув плот. Егору с Матвеем пришлось вылавливать из воды все, что держалось на ее поверхности, а с чем-то пришлось попрощаться навсегда.
- Не догадались мы с тобой поплавки ко всему привязать из пустых бутылок, сейчас бы подняли бы со дна. – Посокрушался Егор на собственную недогадливость.
На том месте, где прошелся смерч, поднятая со дна грязь смешалась с верхним слоем. На поверхности воды снова плавали напоминания о человеческой цивилизации. Разнообразный мусор качался на волнах и медленно уходил на дно. Кроме мусора попадалась и всплывшая брюхом вверх рыба. Егор с Матвеем выловили несколько штук и поставили варить уху.
Путешествие немного приободрило Катю. Она, как и все дети старалась впитать в себя новизну ощущений и проникнуться романтикой больших путешествий. На свежем воздухе и под постоянным солнцем, хоть и скрытым облаками, ее лицо немного порозовело, и глаза налились внутренним светом. Тамара, каждый раз перед сном благодарила бога, за то, что он дал сил дочери и подарил им надежду на нормальное окончание путешествия.