Страница 8 из 127
- Это… это мой кристалл! – вскричал я растерянно.
И… и тот спящий подросток, лет двенадцати на вид… которому на самом деле уже четырнадцать… это же я! Я там сплю! Точнее, там моё тело. Но… почему тело моё там, а я уже здесь, в небе?!
- Я… Я за Гранью? – голос мой дрожал, - Уже… уже всё?..
- Не туда смотришь, Вячеслав, - она сдвинула рукав, как будто собранный из осенних листьев.
И вдруг и завал, и моё тело стали почти прозрачными. За ними стали видны повороты коридора… даже стены тайного подземелья стали прозрачными. Настолько, чтобы я увидел и склад алхимиков. Вывороченные коробки. Дно хранилища, покрытое слепящей глаза смесью красных камней. Свитки… Ящики… ящики вдруг тоже стали прозрачными. И за ними лежали трое: два незнакомца в одежде простолюдинов, хотя по вышивке точно и не сказать, из какой они страны Белого края, так как уж очень распространённые в отделке мотивы использованы, и Докучай с обожжённой ногой. Докучай живой. И один из тех, воров, похоже, живой.
И они переругивались. Вор предлагал сказать Докучаю заклинание, которое поможет их переместить наружу, всех. Не факт, что сработает у незнакомого с магией, но всё же такая вероятность есть. А алхимик упорно повторял, что лучше Грань перейти, чем помогать им. Маг, злясь, повторял, что они все выберутся.
- Не туда смотришь, - сказала незнакомка.
- А куда надо? – растерянно повернулся к ней.
Она посмотрела на меня, прищурившись. Сказала грустно:
- Ах да, ты же не видишь…
Подошла ко мне – видение подземного склада и ходов осталось – и вдруг заслонила мне глаза ладонями, какими-то прохладными, уточнила.
- Так видишь?
Честно признался:
- А так вообще ничего не вижу.
Она убрала руки – взгляд у неё был усталый – и вдруг… потянулось рукой сквозь мою грудь. Там, где было сердце…
Я бы задрожал от ужаса, но…
Меня как будто не стало, вообще…
Осталась прохладная земля у обвала… затхлый воздух подземелья… с примесью какого-то неприятного запаха… и…
Всё вокруг вдруг закрыло тканью. Землю… подростка, спящего в трещине между завала… пол подземного хода, выложенный камнями… камни… балки… ящики склада… искусственные вещества, слившиеся в тонкую красную корку на дне склада…
Ткань над новой смесью искусственных веществ, разлившейся на полу хранилища алхимиков и затвердевшей, была жуткого оранжевого оттенка, резкого, неприятного. Хотелось бы снять кусочек ткани, укутавшей ноги и руку того подростка с тусклым светящимся кристаллом – тот обрывок ткани был сплетён из коричневых нитей. И только он, если б его стало много, смог бы накрыть тот образовавшийся на дне хранилища ковёр… только коричневая ткань могла спрятать или хотя бы приглушить ту плотную ткань жуткого оранжевого цвета…
Дёрнулся. Не сразу понял, что меня держит, такое мокрое и холодное. И почему вокруг темно? И воздух… воздух какой-то затхлый…
Дёрнулся, но вырваться не смог. Вроде и не руки меня держали. И горстка чего-то мелкого и мокрого соскользнула по щеке, осыпаясь.
С опозданием вспомнил, что пошёл вместе с Докучаем через тайные проходы под землёй, чтобы скорее попасть к школе алхимиков близ Связьгорода. Вспомнил и неприятную выходку молодого алхимика. И обвал. И расстроился.
А ещё мне не давал покоя тот странный сон, такой яркий. Взгляд той незнакомой женщины. Я почему-то не помнил ни какой у неё цвет волос, ни какая фигура, худая или полная. Даже понять, из какого она края, было сложно. И ещё она мне показала это подземелье, ставшее почти прозрачным… меня самого, заснувшего в обвале… и те ткани…
Запоздало понял.
Ткани! Во сне всё вдруг покрыли ткани! В складе куски и полотна ткани были очень пёстрыми, из разных нитей. На полу было вещество, которое вдруг покрыла ткань из неприятного оранжевого цвета. Из оранжевых нитей. Мне хотелось прикрыть её большим куском коричневой ткани, вроде той, чьи куски лежали у спящего меня. Из коричневой ткани, сплетённой только из коричневых нитей. Нитей… Нитей!