Страница 21 из 127
А мальчик выжил! Выжил! Я хоть и запоздало, но помог ему, привёл помощь! О, как я был этому рад! Как я был рад, что даже такой никчёмный мальчишка как я смог защитить кого-то!
Я вместе с лекарскими двумя учениками проводил до дворца сестру. Неприлично ж её отпускать одну в сопровождении одного или двух незнакомых парней! Да и… брат я её! Должен её честь защищать и репутацию. Про её поездку вместе с Лагодумом мы и алхимики промолчали. Если отец, к которому нас сразу же проводили увидевшие нас стражники, что-то и понял, он промолчал. И даже не ругал ни её, ни меня за побег из столицы. Сестра осталась отмываться и отлёживаться во дворце, а я упросил отца меня сразу же отпустить обратно.
Сказал:
- Я волнуюсь за него.
Как ни странно, отец не кричал на меня и даже не ворчал. Задумчиво бороду пощипал.
- Ну, ясно. То твой первый тяжёлобольной. Иди уже.
И я, с трудом веря своему счастью, побежал. Правда, пробежав пару коридоров и вернувшись на второй этаж, подошёл к отцу, поклонился ему, в пояс. И уже потом побежал. Кажется, он там хмыкнул за моей спиной. Странно… Он, что ли, рад, что я надумал учиться лекарскому искусству? А не он ли мечтал сделать из меня воина поприличней?! Или он уже не верил, что я сгожусь для войны хотя бы простым рядовым?..
Потом я ещё с неделю был у Крепимира и болтал с тремя оставшимися у него алхимиками. Другие – учитель и два ученика, а также брат Хмеля, принёсший Лагодума – вскоре ушли обратно в Школу.
И, пока мы жили в одном доме, мне эти люди очень понравились.
Школа, которую я видел, сопровождая дядю Беловолка, и та, которою она была в обычное время, отличались. Оказывается, между собой алхимики жили дружно. Никто не кичился своими умениями и знаниями. Главное для всех – это наука и помощь людям. Своим или чужим. А ещё их знания и лекарства спасли жизнь тому мальчику. Хотя, увы, ему так и придётся всю жизнь проходить с деревянной ногой. Первую ему вырезал Лагодум…
И ещё я понял, что лекаря из меня не выйдет – мне не по себе от вида крови. Я мог заставить себя смотреть на раны, но как же мне было тяжело прикасаться к ним самому! А если ещё и самому кому-то плоть резать? Ох… Или, может, со временем я бы привык? Вот, Крепимир мне признался, что первые раз семь его рвало, а потом привык. Даже, было дело, просил у палачей трупы разрезать, чтобы увидеть, как там всё внутри. Хотя, всё же, те картины с органами и внутренностями из лекарских книг – не его рук дело.
Но мне понравились новые знакомые из «творцов камней». И ещё у них были интересные находки с лекарствами. Вот, скажем, вот это снадобье, добавляющее организму сил, «для критичных случаев, когда своих сил телу не хватает на то, чтобы выжить». Или мазь, очищающая плоть и кровь от заражения. Жаль, она «слишком сложная в изготовлении, чтобы снабдить ею всех лекарей Черноречья», ещё и «имеет некоторые побочные эффекты». Или, скорее, виноват был мой отец, который просил большую долю веществ, полезных для лекарей и войны, отправлять на снабжение нашего войска? Простым людям оставалось мало, в основном, на нужды лекарей из школы алхимиков, их близких и тех, кто рискнул обратиться к ним за помощью.
А от идеи искусственной крови, для спасения жизни людей, перенёсших большие кровопотери, я вообще был в восторге. У нас алхимики делают и такое! Хотя, правда, там тоже много побочных эффектов и пока что требовался «курс нейтрализаторов» после применения, чтобы эта смесь из искусственных веществ смогла безвредно выйти из организма. Поэтому и опыты по её применению проводились редко, в особо запущенных случаях. Вот, на этом мальчике её опробовали, но сколько отваров, из трав и смесей растений с искусственными и полу искусственными веществами, ему пришлось выпить после! Впрочем, отец его от отчаяния был готов на всё. Алхимики ему ещё и двадцать серебряных заплатили, что согласился испробовать на сыне те составы. Он вначале брать не хотел, проворчал:
- Будто я своего сына продал.
Но потом, подумав, всё же денег попросил. Сказал, вздыхая:
- Нужда поганая! Я нашим и соседям коров куплю. Может, так зиму и проживём.
Буря – один из старших алхимиков – сказал, что они мечтают в будущем научиться сращивать отрезанные конечности или выращивать новые, чтобы искалеченные или погибающие люди смогли вновь стать здоровыми! Идея была диво как хороша! Ещё покруче магии! Или… магия камней? Ведь иногда алхимию называли «магией камней»…
Словом, лекарем я не стал.
Я стал алхимиком.
Сначала изучал теорию о стыке алхимии и траволечения, потом стал увлекаться и другими её разделами.
И отец даже согласился хотя бы раз в один или два месяца отпускать меня в Школу близ Связьгорода, от пары дней до недели. В прочие дни я был обязан быть в столице и тренироваться драться.