Страница 314 из 335
— Но твое наказание однажды обернется даром.
Мужчина лишь кивнул. Богиня повернулась ко мне:
— А ты... — и тени заклубились вокруг нее сильнее. — Ты, демон, наказал себя сам.
— Верни ее, — прохрипел я.
— Зачем? — ровно, без интонаций спросила женщина.
— Я хочу, чтобы она жила. Я люблю ее. И потом, разве она не заслуживает жизни?!
— Заслуживает. Но больше она заслуживает смерти.
— Я не понимаю, — прохрипел в ответ.
— Ее дорога была длинной, сложной, тяжелой. Вся в рытвинах, ухабах и ямах. Обсидиане нужен отдых, нужен покой.
— Нет! — я не осознавал того, что кричу. — Нет! Я знаю ее. Она не привыкла сдаваться! Она бы хотела жить!
— Хотела бы жить... — повторила богиня. — Жить с тобой?
— Я...
— Ты причинил ей много боли, мальчик. Ты сломал ее, а теперь требуешь от нас вернуть ее тебе?! — сила натянутой тетивой зазвенела в воздухе.
— Пусть не мне! — я шагнул к кострищу. — Слышишь?! Я отдам тебе все. Сделаю все! Только верни...
— И корону отдашь? — прозвучал спокойный вопрос.
— Отдам!
— А жизнь друга? Или сестры? Родителей? — она словно издевалась.
— Нет, — я склонил голову. — Не могу. Я не могу выменять жизнь Обсидианы на любую другую, кроме своей. Хочешь, забирай меня.
Богиня фыркнула, впервые проявив некое подобие эмоций.
— Нам не нужна твоя жизнь, мальчик. И твоя корона тоже, — она замолчала, разглядывая толпу перед ней, Стэра, меня, Рика и продолжающую сидеть на земле Илию. — Мы вернем Обсидиану. Но не тебе и не потому, что ты просил. А потому, что она сама действительно хочет жить, хочет увидеть своими глазами мир, ради которого умер Велес. Мир, которого бы не было, если бы не они вдвоем. Ту сказку, что появится благодаря отчаявшемуся теневому и преданной охотнице. Вернем потому, что этот мир нуждается, жаждет таких, как она. Без них он погибнет, — женщина снова посмотрела на Стэра: — Тебе предстоит трудный путь, наш сын. Ты должен будешь исполнить последнюю часть пророчества, а посему мы даруем тебе наше благословление, — она коснулась губ леопарда и лба, а потом что-то зашептала на ухо.
— А если я не узнаю? — опешил мужчина.
— Только ты и узнаешь, — богиня улыбнулась и начала оседать. Бывший леопард подхватил бессознательное тело на руки.
Все замерли, казалось, само время остановилось, ожидая. Рассветные лучи коснулись обгоревших бревен, и из их тени начали просачиваться две фигуры, сотканные из тумана. Нет, из Света и Тьмы. Они беззвучно устремились к Диане. Вдох, и они в девушке. Вспыхнула за спиной луна, и еще два размытых очертания ринулись к охотнице, она едва дернулась. Из пограничья, там, где лучи солнца и луны переплетались, практически у самых ног Обсидианы, медленно вышла самая маленькая тень. Люга. Она вытянулась и, коснувшись ладошкой щеки Ди, растворилась в ней.
Первый вдох и выдох. Дрогнули веки, и пронзительный крик сорвался с губ Дианы. Сид выгнулась дугой в руках Стэра и снова застыла.
Я бросился к ритуальному костру, остановился в шаге от них.
— Возвращаться с грани, оказывается, больно. Не дай святые яйца, оно того не стоило! — хриплый звук голоса Обсидианы прорезал воцарившуюся тишину.
Я пошатнулся, застыл рядом. Улыбнулся.
Охотница открыла глаза. Свои изумительные, невероятные, золотистые глаза. Подняла голову и дрожащей рукой провела по моей щеке. Я попробовал перехватить тонкую ладонь, но не успел, наткнулся лишь на собственную щеку.
Девушка отвернулась. С жадностью рассматривала теневых, словно стараясь запомнить каждого.
— Маленькая охотница, — позвал я, почему-то снова боясь произнести имя.
Диана вздрогнула и посмотрела на Стэра.
— Так вот ты какой, мой король? — прошептала Ди.
— Девочка моя.
Обсидиана прижалась к бывшему леопарду сильнее, зажмурилась, обхватила себя руками:
— Забери меня отсюда, пожалуйста. Я очень хочу домой.
Леопард кивнул. Я поднялся на ноги, пытаясь остановить их. Но тут Обсидиана открыла глаза, и я утонул в потоке боли, не в состоянии сделать и шага, просто вдохнуть. В следующий миг за Стэром и Сид закрылась воронка портала.