Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 284 из 335

Обсидиана Забывшая

 

Люга обещала научить, Люга обещала рассказать, Люга обещала показать. И свое обещание она выполнила.

— Где мы? — собственный голос казался чужим, а слова пустыми. Я сидела напротив собственной тени, между нами стояла зажженная свеча, а вокруг плотным пологом висело густое серое ничто.

— Не все ли тебе равно?

— Просто интересно, — пожала я плечами.

— Можешь считать это место Безвременьем. Междумирьем. Здесь вся память предков, все знания поколений, — я только неверяще глядела на Люгу.— Но мне доступно лишь то, что относится к теневым. А теперь я хочу у тебя кое-что спросить: ты знаешь, что такое восьмисотлетняя война? — она притянула колени к груди и обхватила их тонкими руками.

— Думаю, что знаю.

— Рассказывай.

Я вздохнула, собираясь с мыслями.

— Около десяти тысяч лет назад нежить расплодилась на пограничных территориях людей. На тот момент познания этой расы в магии в основном ограничивались бытовыми заклинаниями, а некромантия вообще находилась под строгим запретом. Так что бороться с тварями они не могли, не хотели и по началу не считали нужным. Через два года говорить о какой-то борьбе уже не имело смысла: гнезда тех же упырей насчитывали по пятьсот особей. Они распространялись вглубь земель словно зараза, залезли на территории оборотней, гномов и горгулий, так же обычно не имеющих дела с некромантией. Остальные расы не вмешивались, выжидая по принципу «чем больше умрет — тем больше достанется», — Люга фыркнула. — Говорить о недальновидности и откровенной глупости сейчас уже поздно. В общем, через пять лет стало очевидно, что миру грозит медленное тотальное вымирание. Уж не знаю каким чудом, но жрецам удалось достучаться до вечно глухих богов, и те создали нас. Выбрали нескольких полукровок и дали им власть над тенями. Так появились теневые. Раса, предназначенная для уничтожения мертвых и не очень тварей. Нас было немного, пятнадцать тысяч на целый мир, но вместе с остальными наши предки справились. Следующие лет триста мир зализывал раны, учился думать и сотрудничать. Теневые выстроили себе город и тихо осваивались в новой изменившейся реальности, выбрали правителя. Им стал Тарий, сын короля дриад и оборотня-пумы, в его честь и назвали город. Говорили, он был невероятно сильным, обладал мощью, которая никому и не снилась, один его взгляд — и целые гнезда рассыпались прахом.

Люга снова фыркнула, но так ничего и не сказала. Она предпочитала молчать и слушать.

— Может и врут, но одно несомненно: Тарий был очень силен. И эта сила в итоге свела его с ума. Он решил, что теневые — высшая раса, а остальные не заслуживают жить. Он прорвал грань. Твари, вырвавшиеся оттуда, были намного хуже любой нежити. Нежить убивает ради еды, духи грани — из жажды убийства, крови и страданий. Война с ними длилась триста лет, Мирот утонул, захлебнулся в крови и страхе. Но в итоге с помощью все тех же теневых удалось победить безумного короля и запечатать грань. А дальше началась травля. Жители Мирота испугались силы, подвластной нам, крови, текущей в наших жилах, стихии, которая отвечала только теневым. Пятьсот лет нас преследовали и загоняли, как бешеных собак, пытали, ставили эксперименты. Последний город, Город Несущий Смерть, Архверин, Тариш, был уничтожен девять тысяч семьсот два года назад. Вместе с последними оставшимися теневыми. Вместе с ними за грань отправилась и наша стихия, и память о нас. Тогда же были прокляты старые боги и родились новые.

— Вранье! — закричала Люга так, что мне пришлось зажать уши руками. — Вранье, — повторила она уже тише. — Тарий не прорывал грань, это сделал король Никос — король дриад.

— Но...

— Без но. Его жена и дочь погибли в той войне с нежитью, он так и не оправился после их смерти. Сошел с ума. Решил, что может забрать их у богов. И первым он убил собственного сына Тария за то, что тот не смог защитить королеву и сводную сестру, попытался забрать его силу, но ничего не вышло. Стихия была глуха к его просьбам, не пожелала отвечать, в итоге Никос просто запер ее в амулете, до лучших времен. И озверел. Экспериментировал, обращался к Хаосу и Великому Ничто, пробовал запрещенную магию, силу Смерти. Он убил тысячи своих подданных, еще столько же замучил.

— Но... Это противоречит сути дриад, — я никак не могла до конца поверить в то, что говорила мне моя Основная. — Они же дающие жизнь, олицетворение рождения. Он должен был выжечь себя.

— Он и выжег, — кивнула Люга. — Выжег напрочь, и место Жизни заняли Смерть и Хаос. Он уже был не властен над собой, не понимал, что делает. Контроль над ним взяли стихии. Он забыл про жену и дочь, про богов, про свой народ. Просто прорвал грань с помощью украденной у сына силы. И тогда теневые действительно снова вмешались и действительно победили и запечатали грань, а заодно и Никоса. И каждый правитель захотел, чтобы у него на службе был собственный отряд теневых. Первым сообразил людской король. Он приказал всем теневым, оставшимся на его землях после войны, явиться на поклон. Кто-то пришел, кто-то отказался. Но все неповиновавшиеся погибли при странных обстоятельствах в течение следующего сумана. Те же, кто согласился, узнав о случившемся, взбунтовались, устроили заговор и убили короля, решив, что для остальных это послужит своего рода предупреждением. Но просчитались. Короли и правители испугались. Сильно. Было сфабриковано несколько дел о нападении на королевские семьи грунов, врайтов и горгулий, в разных участках мира участились набеги нежити, разошлись слухи о том, что теневые сошли с ума.