Страница 162 из 335
— Где моя дочь? — опередила меня графиня, как только ее лошадь увел в конюшню один из сыновей Раву.
— Она вместе с Лексом, Араном и Гуром поехала к дому последней жертвы, чтобы поговорить с вдовой, — ответил появившийся в дверном проеме Виллар. — Скоро должна вернуться, если, конечно, ничего не случится, — как-то очень уж обреченно добавил волк. — Приветствую вас, ваше высочество.
— И я тебя, — я посмотрел через плечо на фей, пока не торопясь спешиваться. Сибилла расправила напряженные до этого плечи и чинно подала руку Станису, собираясь войти в спасительную прохладу дома. Сегодня погода особенно разгулялась: солнце пекло так, что даже пропитанный специальным составом плащ не спасал. Жарко было неимоверно, особенно жгло почему-то грудь.
— Я рада слышать, что с ней все в порядке, а сейчас, если это возможно, конечно, я хотела бы отдохнуть с дороги, — Сибилла гордо вскинула голову, всем своим видом давая понять, что возражения не принимаются.
Я перевел взгляд на Кэссиди, с удвоенным энтузиазмом вертящую головой по сторонам. Было заметно, что и она тоже устала, но этот маленький факт, казалось, никоим образом не влиял на степень ее любопытства. Она все тем же горящим взглядом рассматривала дом старосты, двор, небольшой сад и огород, прислушивалась к новым для себя звукам и вдыхала незнакомые ароматы. Рик, проследив за моим взглядом, закатил глаза, выражая тем самым вполне объективный скептицизм и, легко спрыгнув со своего коня, отправился в конюшню. Своего гнедого он не доверял никому, предпочитая чистить, кормить и убирать за ним самостоятельно. Что ж, его право.
— Виллар, а как... — договорить я не успел, из-за ворот донесся оглушительный детский плач, а в следующий вдох нашим удивленным взорам предстал Лекс, несущий на руках плачущую и вырывающуюся девочку лет десяти.
Что ж так жарко-то?
— Я хочу к ма-а-а-а-ме. Отпусти-и-и-и, — девочка колотила волка в грудь маленькими кулачками и извивалась всем телом. Следом за ними во дворе показались хмурый Арон и черный леопард.
Я, Кэссиди, Виллар, староста и еще демонов десять охраны с непониманием уставились на маленькую процессию.
— Итира, солнышко, не надо так кричать. С мамой все будет в порядке, — пытался достучаться до девочки Лекс. Малышка на это заявление лишь с удвоенной силой принялась колотить его по плечам. — Приветствую вас, ваше высочество, — коротко кивнул мне волк, и они вместе со Стэром поспешили скрыться в доме, больше не произнеся ни слова.
— Нет! Диана сказала, что...
Что конкретно сказала Ди, расслышать мне не удалось: ребенок захлебнулся новыми рыданиями.
— Это дочь погибшего, — проведя рукой по волосам, просветил окружающих Арон.
— Почему она в таком состоянии? — Кэссиди хмуро смотрела вслед троице, а затем перевела напряженный взгляд на фея.
— Нервное. Фина Диана сейчас с матерью и...
— Стрекозел! — проорал волк из открытого окна кухни. — Мне нужна твоя помощь! Я не могу одновременно следить за ней и за мясом.
— Да ты дебил, блохастый. Ей сейчас только кашу можно, — проорал посол и метнулся к входной двери. — Простите, ваше высочество, — крикнул он на ходу.
Час от часу не легче. Жжение стало практически невыносимым. И лишь подняв руку, я вспомнил, что, собираясь в дорогу, не придумал ничего лучше, как надеть исфит на шею. Да чтоб тебя налево! Что сделала несчастная женщина, если Сид в такой ярости? Отказалась отвечать на ее вопросы? Но я ведь отдавал четкий приказ пока не трогать семью кузнеца: слишком мало прошло времени.
Внутри меня тоже начала подниматься злость.
— Мне это не нравится, — едва слышно пробормотала себе под нос юная графиня.
— Мне тоже. Раву, объясняйте, как проехать к дому кузнеца.
— Я поеду с вами. Мало ли, вдруг понадобится помощь лекаря.
Я покосился на фею. А, духи грома с ней! Пусть едет, от Дианы никогда не знаешь, чего ожидать. Вон даже ребенка до истерики довела.
Спустя десять лучей мы уже были на месте. На крыльце с каким-то отрешенным видом сидел дознаватель, сложив руки на коленях и устремив задумчивый взгляд на яблоню. Распахнутая настежь калитка, чуть покосившийся, но все еще аккуратный забор, вымощенная мелким камнем дорожка и большой двухэтажный дом. Идеальное место для счастливого семейства, если бы не одно но: из-за витавшей здесь душевной боли и скорби дышать было практически невозможно. Я подновил щиты и помог юной графине спешиться, дознаватель медленно посмотрел в нашу сторону, все-таки привлеченный звуком брякающей упряжи и нашими тихими шагами.
— Приветствую вас, ваше высочество, — он склонил голову, медленно поднимаясь на ноги. — Я Гур.
— И я тебя приветствую. Где охотница?