Исчезнувшая стихия

Постепенно вернулись чувства и ощущения, онемевшие кончики пальцев вновь обрели чувствительность. Я поднял голову и бросил взгляд на цветок. Он потускнел? Или это снова игры моего воображения? Но нет, действительно лепестки подрастеряли свои яркие краски и теперь выглядели уже не белыми, а скорее желтыми, особенно ближе к основанию. Не уверен, сколько точно прошло времени, но достаточно долго, чтобы я успел внимательно рассмотреть сводчатый потолок пещеры и пересчитать все сталактиты, попавшие в поле моего зрения. С каждым вдохом цветок менялся все больше и больше, от желтого к оранжевому и красному, словно его покидали силы, утих и изнуряющий, мешающий сделать нормальный вдох жар, теперь от растения исходило лишь вполне комфортное тепло и слабое свечение. Лепестки начали опадать один за другим, медленно и бесшумно они скользили вниз и превращались в холодный мелкий пепел, касаясь земли. На ум тут же пришла Айнелла. Ей было двадцать или около того, когда я увидел, как она разворачивает подарки на день первого совершеннолетия в своей комнате, после того как ушли гости. Она сидела на полу посреди кучи свертков, мешочков и коробочек, все еще одетая в любимое платье цвета миндальной крошки, но уже с распущенными волосами, рядом валялись туфли и стояла тарелка шоколадных пирожных. Мелкая держала в руках подарок Рика. Она не двигалась, казалось, что даже не дышала, глаза были крепко зажмурены, наверное, гадала, что там может быть. Спустя какое-то время сестра аккуратно потянула за ленту, пропуская ее между пальцев в мимолетной ласке, потом так же медленно, слой за слоем сняла вощеную бумагу, оттягивая и смакуя каждый следующий момент. К тому времени, как она наконец-то заглянула внутрь, я уже успел изрядно издергаться от любопытства и протоптать дорожку на ковре, зато понял, почему она предпочитает делать это одна. Ни у кого ведь не хватит терпения выдержать подобное. Мелькнула мысль, что Айнелла хорошо бы вписалась в коллектив наших пытателей или пытчиков (всегда чувствовал себя неуверенно в вопросах словообразования), короче, пыточных дел мастеров.

Я хмыкнул, звук получился неожиданно громким, и его эхо еще пару вдохов играло где-то под самым сводом пещеры, перебирая тонкими пальцами каменные выступы. Последний лепесток упал к ногам как раз к тому моменту, когда утих финальный, еле слышный отголосок, открывая моим глазам уже другую девчонку, но почему-то не менее важную.

Ее тело стало более плотным, осязаемым. Потеряшка перестала быть похожей на сгустившийся туман, теперь она словно светилась тьмой изнутри. Никогда бы не поверил, что ночь может сиять, если бы не увидел собственными глазами. Странное было ощущение, я словно ослеп и поэтому не замечал других цветов и оттенков, только бархатно-черный.

— Налюбовался?! — не очень приветливо поинтересовалась малышка.

— Кто-то сегодня встал не с той ноги?

— Не уверена, что это было сегодня. В этом месте туго со временем, — она резко откинула со лба прядь волос. — Что ты здесь делаешь? Я тебя не звала. Я вообще никого не звала.

— Понятия не имею. Я, если ты не заметила, имею достаточно смутное представление, где это «здесь». К тому же вполне возможно, что ты моя галлюцинация.

— Галлюцинация?! — она сложила руки под грудью и раздраженно уставилась на меня.

Ага, очень страшно, прям весь трясусь.

— Ну или сон: я же сплю.

— Тебе ведь уже говорили, что ты идиот, принц?

— Попридержи свой язычок, красавица, я могу и обидеться.

— Ой, напугал. И что ты мне сделаешь?

— Выпорю. Видимо, родители упустили этот момент в твоем воспитании.

Девчонка как-то вся скукожилась после моих слов и даже отступила на шаг.

— Отец никогда не бил меня, — прошелестела она в ответ. — И тебе не должно быть до этого никакого дела! — уже тверже, с каким-то надрывом.

— Расскажи мне о нем.

— О ком? — она нахмурилась, отступая еще на шаг, в кучку пепла, но не замечая этого.

— Об отце.

— Нет.

— Хорошо.

Девчонка еще вдох смотрела на меня недоверчиво, а потом все-таки расслабилась.

— Тогда расскажи о том, что только что здесь произошло.

— Что ты имеешь в виду? — она села напротив меня, слегка подавшись назад, и оперлась на руки.

— Что случилось с цветком?

— Пф, ты плохо меня слушал в прошлый раз, принц: я ела.

— И так происходит каждый раз?

— А сам как думаешь? — она хитро прищурилась.

— У меня два варианта. Оба на первый взгляд выглядят вполне логично, но, если вдуматься как следует, кажутся один невероятнее другого.

— Давай, удиви меня.