Страница 81 из 179
У старосты на удивление скопилось много народу, и пришли они раньше назначенного времени – в коридоре и комнате уже нечем было дышать, несколько человек спорили, до красных лиц и эмоциональных движений.
— Стряслось что-то?
Я зашла не только вместе с Катариной, но и с северным старостой одновременно. Потолкались у вешалки.
— Устали, — объяснил хозяин дома.
— Подождите. Мне нужно сначала с вами поговорить один на один. Это возможно?
Староста уже хотел дать старт совещанию – пришли все, но я его остановила. Мужчина озадачено кивнул, и не очень охотно предложил:
— Только в рабочей комнате если… тебе, думаю, можно, наместница.
Последнее – с легкой усмешкой. Миновали коридор. Я мельком улыбнулась Юргену, которого успела заметить в зале, и он ответил тем же. Его чем-то занял его староста, южный, и мы друг к другу пока не подошли.
— Проходи. Надеюсь, разговор не долгий? Там и так уже все накалены, зря раньше передовиков собрал.
— Ого. Вот это у вас картотека, больше, чем в городской библиотеке.
От пола до потолка – стеллажи с маленькими ящичками, все в пестроте табличек, резных циферок и букв.
— Архив тоже под моим присмотром.
— Пограничник Ариан, - посмотрите – на месте ли его листы? Проверьте, пожалуйста, и, если есть, - за все время, что он на службе, сколько их, примерно?
— Это действительно важно? Рядовым…
— Мне не нужна информация с листов. Я даже от двери не отойду и через плечо смотреть не стану. Посмотрите – в наличие ли?
Староста уверенно шагнул к одному из стеллажей, быстро выдвинул узкий, как пенал, ящик и завис над ним. Замычал недовольно, задвинул, потянулся к другому. Минуту он ворчал на себя – за путаницу, за старость и память, за невнимательность. Стал рыться на столе с бумагами, заглядываться на стеллажи «архив».
— Не ищите. Это не вы «напортачили» - его совсем нет, верно?
— Не понимаю. Не то, что листов, даже разделительной карточки с именем нет.
— Все ясно. Идемте, сначала собрание, потом объясню всем из узкого круга. А, кстати… мой сегодняшний вызов возьмите.
Получилось так, что Юрген поцеловал меня прилюдно – одновременно при всех и в уединении. Встретились в коридоре, у зеркала. В набитой людьми квартире, у всех на глазах, но внимания – ноль. Кому нужны эти новости чьих-то отношений, когда все люди взрослые, есть и много других важных своих забот. И поцелуй скромный – короткий, приветственный, едва соприкоснувшись губами.
Мы улучили эту минутку, пока староста организовывал тишину и начал повестку собрания. То, что Юрген рядом, мне помогло – выходить на передний план и что-то говорить, не хотелось. Подбиралась исподтишка неуверенность, страх и пресловутая неуютность всеобщего внимания. Прижалась плечом к Юргену поплотнее. Его поддержка – со мной.
— Отбой. Больше не нужно выискивать одиночек, присматриваться ко всем в поисках пропавших, остро реагировать на сбои и пустые места…
— Несколько ходов тоже нет, — перебила одна пограничница, — вы видели, что стало с…
— Отмечайте в группе, что этих ходов нет, и все. Я объясню коротко. С людьми все хорошо, они не исчезли – ни наши сослуживцы, ни те, к кому был вызов. Их жизнь изменилась где-то в очень далеком прошлом, сменив траекторию в лучшую сторону и поэтому здесь, в настоящем, их нет. Следы стираются постепенно. Память о них быстро пропадает у соседей, коллег и «шапошных» знакомых. Близких нет, якорей нет, привязанностей нет, одни только мы по роду службы еще держим в голове имена и пытаемся помнить. В полиции больше нет даже цифровых данных.
— Так что теперь с Арианом? — Подал голос наш староста.
Чтобы не ошибиться, достала распечатку Роберта и нашла всех четверых пограничников. Зачитала данные вслух.
— Уверена, все их вызовы выпадали другим, ничего не нарушилось. Все, что случилось, начиная с первого сбоя, это хорошие события. Не катастрофа, а, наоборот, - удача. Не знаю механизма, но судьба или законы грани, или тот самый незнакомец, о котором я рассказывала в прошлый раз, выбрали самых одиноких и несчастливых, вернув им полную жизнь, другую.
— А если я тоже хочу?
Кто спросил, не успела увидеть. Мужской голос, немолодой. Я спрятала взгляд в листах ненадолго, чтобы отдохнуть от множества лиц вокруг, а тут вскинула голову. Вопрос откликнулся во мне тем же – «а если…».
Если возможно вмешаться в прошлое, чтобы поправить его, значит ли, что я смогу попросить – Юля Вереска, Бога Границ, Великую Силу, кто или что бы это свершал, - исправить мою трагедию? Мне не нужна вся жизнь. Мне бы только один день пережить по иному. И мой сын…
— Я не знаю закона. Не знаю механизма… Пожалуйста, донесите до всех, что больше не нужно быть такими бдительными, паниковать или беспокоиться по всему, что случилось или еще случится. Единственное, о чем прошу – при новом сбое дайте мне знать. Я должна посетить квартиру-пустышку и осмотреть ее. Собрать данные, проследить скорость стирания человека и прочее. Возвращаемся к обычному распорядку. Еще будут рабочие темы для обсуждения?