Страница 52 из 73
- Откуда ты это знаешь? - потрясенно спросил Йонард.
- Я видел это в твоих глазах в тот день, когда ты чуть не убил меня.
Йонард ткнулся лицом в камни.
- Так что же, по-твоему, пусть живет и продолжает плодить своих непотребных тварей? - сдавленно спросил он. - А как же Керам? А Малика, которую я убил, не зная, что она моя сестра по несчастью?
- Малика? - неожиданно заинтересовался Дзигоро, - Пантера? Она жива.
- Жива? - Йонард резко выпрямился. - Как жива? Я, вообще, в ту ночь кого-нибудь убил, или мне все приснилось? А может, и Черной Башни не было, и то, что я был собакой... - Йонард замолчал, видя, что Дзигоро качает головой. - Откуда ты знаешь, что она жива?
- Я видел ее, - мягко ответил китаец. - Я видел их всех. Малику, Керама и Кошифа, который меня сторожил... да не усторожил. Египтянин разозлился на него и решил превратить в крысу. Но, так как эта гадина весьма ядовита, у него получилась помесь крысы с тарантулом. Оборотня так просто не убьешь, Йонард. И это, кстати, объясняет и то, что ты сам до сих пор жив. Любая нормальная собака от таких ран издохла бы на месте, а на тебе они затягивались на глазах.
- Так ты теперь скажешь, что я этого типа благодарить должен за собачью шкуру? - проворчал Йонард.
- Ну, в некотором смысле - да. По крайней мере, он дал тебе возможность заглянуть в свою душу. Мудрец дорого бы дал за такой урок.
- К Танату такую мудрость, - обозлился Йонард, - бегай на четвереньках, нюхай землю. Блохи, опять же. Нет, Дзигоро, я все-таки убью египтянина! И на этот раз убью как следует!
- Делай как знаешь, - пожал плечами китаец. - Только имей в виду: поединок меж вами неизбежен, и одни боги знают, чем он может кончиться. Возможно, ты снова станешь человеком. Если будешь готов.
- Готов? - переспросил Йонард.
- В каждом из нас с рождения сидит зверь. Он заставляет нас испытывать жадность, страх, бессмысленную ярость. Быть готовым, значит быть уверенным, что сумеешь удержать своего зверя на привязи. Ты уверен в этом?
- А если я не сумею удержать зверя? - спросил Йонард.
- Останешься навсегда собакой, - просто ответил Дзигоро. - Думаешь, ты один такой? Э! Кто знает, сколько из тех гиен, которые рыщут вокруг, когда-то были могучими и хитрыми царедворцами при дворе императора Ирана.
Китаец негромко рассмеялся. И Йонард присоединился к нему, хотя было ему совсем не весело.
Знакомый рисунок созвездий заметно сместился к западу. Ночь уходила. Луна скрылась, но солнце еще не взошло. В наступившем кратком сумраке глаза уже могли различить очертания барханов на восходе и украшавшие их колючие кустарники.
Йонард встал, с наслаждением выпрямился, потянулся.
- Пойду... пройдусь, - туманно объяснил он, - похожу на двух ногах... пока могу.
Дзигоро кивнул, не глядя на варвара. Едва могучий германец скрылся, рядом послышался знакомый шорох. Дзигоро неторопливо обернулся и увидел того, кого, собственно, и ожидал увидеть - огромного питона с головой маленькой смешной обезьянки. Он поглядел под ноги и увидел крысеныша на паучьих лапах. За спиной раздался очень мягкий удар о землю.
- Здравствуй, Малика, - улыбнулся Дзигоро, - здравствуйте, создания.
Как и в прошлый раз, ответ на невысказанный вопрос возник в его голове.
- Нас послали за тобой, человек. Тебя ждут.
- А как же луна? - удивился Дзигоро. Он не спросил, где его ждут. Послать за ним эту троицу мог только египтянин. Когда Йонард-пес притащил на его порог окровавленную тушу, и Будда отвернулся от его жилища, эта встреча стала неизбежной. Пожалуй, он знал это.
- Сегодня Врата откроются до рассвета, - только губами ответил Кошиф. - Хозяин сделает это специально для тебя.
- Я тронут, - улыбнулся Дзигоро.
- Ты пойдешь с нами? - недоверчиво спросила Малика.
- Да, я пойду, - кивнул Дзигоро. - Я готов к встрече.
- Ты готов пролить кровь одного из нас?
- Нет.
- Значит... ты собираешься пролить кровь хозяина?
- Нет.
- Я не понимаю тебя, - Дзигоро почти воочию увидел, как Малика-женщина пожимает плечами.
- Это не страшно, - ответил он. - Главное, чтобы понял Йонард.