Страница 37 из 68
- Подарила в пару, - девушка облизнула пухлые губы, и Роман вдруг понял, что еще секунда, и у него окончательно снесет крышу от жажды обладания ею.
Последнее слово он уже не расслышал, потому что приник к ее сладким губам в долгом поцелуе. Без сопротивления проник языком в ее горячий рот, лаская и исследуя. Она такая сладкая, такая податливая, такая аппетитная. Вся его, до последнего стона, который он сорвет с ее губ, до последнего крика, когда она будет биться в агонии страсти под ним. До тихой мольбы не разжимать объятий… Голова закружилась от замелькавших перед мысленным взором жарких картинок, и ему пришлось отстраниться на секунду, чтобы глотнуть воздуха.
- Ты ведь узнал меня тогда? – вопрос раздался как гром среди ясного неба, - Скажи. Только честно. Узнал?
- Узнал, - прохрипел Роман, сжимая волчицу в объятиях.
Он действительно ее узнал. Белую волчицу из своих снов. Но будучи реалистом, не захотел верить в то, что сон по какой-то необъяснимой и более чем мистической причине обернулся вдруг правдой. У него просто не нашлось логичных объяснений. А значит, такого не могло быть.
И все-таки...
- Тогда зачем солгал? Ты знаешь… мы оба знаем, что должны быть вместе. Что тебе мешает?
Роман нехотя разомкнул объятия и с затаенной тоской взглянул на волчицу, преданно смотревшую ему в глаза. Как бы ни велико сейчас было его желание, заданный вопрос вновь заставил думать о Рае, а предавать память о своей паре он не хотел.
Ему стало стыдно перед своей погибшей женой, как будто она стояла сейчас в этой комнате и безмолвно наблюдала эту мерзкую сцену измены.
- У меня не может быть новой пары.
- Почему же? – упрямо спросила Карина.
Роман не знал, что ответить. Потому что до сих пор любил Раю? Потому что боялся поверить в возможность вновь быть счастливым? Потому что просто устал?
- Какой же ты дурак! - вновь рассердилась волчица, так и не дождавшись объяснений, - Упустишь, не жалуйся потом.
И неожиданно сильно пнула его кулачком в живот, заставляя зажмуриться от внезапного всплеска боли. Когда, через минуту, он вновь открыл глаза, музыкальная комната с роялем и отлипшими от стен обоями исчезла. Он лежал в незнакомой спальне, на незнакомой кровати. А спиной к нему, укутанная в одеяло по самый нос, спала молоденькая рыжеволосая волчица, самой Матерью подаренная ему.
Волк прикрыл глаза и задумался. Странный сон, до такой степени реальный, будто он на самом деле только что говорил с Кариной. Возможно ли такое или он просто медленно сходит с ума? Но как бы там ни было, девчонка говорила правильные слова. Словно в душу ему заглядывала. Ведь он не просто страсть к ней чувствовал, а древний животный инстинкт, по которому волки безошибочно выбирают себе в пару самую достойную, чтобы идти по жизни вдвоем. Он так остро ощущал ее аромат, что и дураку было понятно – между ним и Кариной образовалась незримая связь. Это знак. Вполне возможно, что это все-таки…
Карина неожиданно заерзала, перевернулась, утыкаясь носом ему в грудь, улыбнулась легко и радостно. И тут же все посторонние мысли испарились из его сонной головы.
- Моя девочка... Моя радость…
Он старался контролировать себя и сжимать хрупкое тельце в объятиях не слишком сильных, но воображение вновь и вновь подкидывало картинки из недавнего сна, и Роман с глухим стоном впился сонной волчице в губы, настойчиво проникая рукой под платье.
- Рая…
Не хватило сил озвучить фразу до конца, и он – для смелости – еще раз потянулся за поцелуем. Но волчица отреагировала более чем странно. Улыбка вмиг исчезла с ее лица, сменившись гневной гримасой. Она начала вырываться, кусаясь и шипя, словно змея, не желая ничего слушать. Соскочила, как ужаленная, с кровати, запутавшись в одеяле и чуть не распластавшись на полу. Одернула задравшееся до бедер платье и, выкрикнув злое «С Раей своей зажиматься будешь!», вылетела пулей из спальни.
Хлопнула дверь, оставив Романа в недоумении. Вот же глупая девчонка! Такая скорая на выводы, будто ее волкодавы за пятки кусают. Он всего-то и хотел сказать, что Рая – его прошлое, а маленькая рыжая волчица – кажется, и есть его будущее. Но эта рыжеволосая бестия, вместо того, чтобы выслушать, поторопилась с выводами.
Чего ж так сложно-то с ней! - мысленно взвыл Роман. Иди теперь, догоняй, объясняй, успокаивай ее обиженную гордость… А еще надо подумать, как быть с ее отцом и старшим братом. Они так просто не отдадут ему Карину. Вообще вряд ли отдадут. Стоит ли оно того? Надо ли ему все это, если он все равно никогда Раю не забудет и каждый раз после близости с Кэрэ будет мысленно себя попрекать и просить у мертвой жены прощения. И нужен ли такой поломанный с изуродованной душой старый волк красивой молодой, полной жизненных сил волчице?