Страница 8 из 34
Впрочем, хоть и не многие об этом знали, был способ избежать кары. При всей своей строгости магистр смотрела сквозь пальцы на влюбленных, целующихся по темным уголкам. И вовсе не потому, что в давно уже зачерствевшем сердце что-то ойкало от собственных воспоминаний о молодости, нет. Просто преподаватель небезосновательно полагала, что от буйства юности могли появиться дети. И если такое случалось, то девушку исключали из университета, что только подкрепляло уверенность магистра в том, что женщинам тут не место.
Потому я, ничего лучше не придумав (да и думать уже особо некогда было), рванула ничего не понимающего парня на себя так, что он едва не впечатал меня в стену, обхватила его лицо ладонями и, выдохнув:
– Только не сопротивляйся, – впилась в губы поцелуем. Впрочем, похоже, он не особо и собирался. Не знаю уж, что он там себе подумал – что я внезапно воспылала к нему страстью, или что меня прокляли, или что он настолько обаятелен – чего, кстати, я бы не стала отрицать, но мне ответили и, упершись локтем в камень у моего плеча, крепко обняли за талию и прижали к стене.
…Шаги магистра давно уже стихли где-то в глубине коридоров, а я все никак не могла собраться с мыслями и оттолкнуть молодого мужчину. Видит Ночь-Хранительница, я честно пыталась, но, вероятно, Руан оказался злым, да еще и весьма могущественным темным магом, иначе почему мне так понравилось с ним целоваться, что тело само предательски прижалось ближе к нему, а пальцы как-то сами собой растрепали собранный хвост и зарылись в распущенные волосы. Ну, если не сам заколдовал, так точно где-то амулетик в кармане спрятал. Или духи приворотные? Хотя не, эти на меня так бы не подействовали. Но точно что-нибудь намухлевал, не могла же я сама? Или могла?
Только когда стало уже не хватать воздуха, я все же попыталась освободиться, упершись ладонями в плечи парня. Руан почти тут же отстранился и шагнул назад, едва слышно огорченно вздохнув – ему, вероятно, как и мне, целоваться понравилось, и прекращать столь увлекательное занятие не очень-то хотелось. А может я была слишком высокого о себе мнения, и это был вздох облегчения. Ох, сейчас еще и объяснять придется, что на меня нашло…
– Будем считать, что это моя расплата за проигрыш вчера на паре, – нагло заявила я, решив, что лучшая защита – это нападение. Не оправдываться же мне, в самом деле, перед ним. К тому же, почему бы не повернуть произошедшее себе на пользу, убив двух зайцев сразу? – Так что пусть Ардалион требует плату теперь с тебя. И, кстати, ты так и не сказал, что ты тут делаешь?
– А сама-то, – скорее на автомате огрызнулся ошеломленный подстроенной ему подлянкой Руан.
– Лично я спать шла, – не стала скрывать я своего пути и вновь вопросительно взглянула на парня. Если он думал, что ему удастся таким нехитрым способом отвязаться от моего вопроса, то зря надеялся.
Видно понявший это молодой человек вздохнул и ответил:
– Я хотел подняться на крышу башни.
– Студентам туда ночью нельзя, не зря преподаватели дежурят, – вновь повторила я будто какая-то старая чопорная дева, для которой эти правила были смыслом всей жизни, а нарушение их было смерти подобно.
– Ты же спать шла? Вот и иди. Или побежишь звать учителей? – внезапно холодно бросил Руан и, развернувшись, быстро зашагал прочь. Слетевшая было при нашем внезапном столкновении маска холодной отстранённость вновь вернулась обратно.
Я озадаченно захлопала глазами. Вот тебе и спасибо, вот и помогай в следующий раз.
– Хотела бы позвать, не полезла бы целоваться, – пробормотала обиженно себе под нос, и, подобрав юбку, бросилась вслед за парнем. – Стой!
Я тут не для того своей репутацией рисковала, чтобы его магистр Сивьерн поймала. Нет уж, так просто он от меня не отделается, пусть даже не мечтает.
– Зачем тебе в башню? – сурово спросила у остановившегося парня.
Руан слегка раздраженно на меня взглянул, но, все же ответил, хоть и довольно скупо:
– Надо.
Ох, знаю я таких людей. Его сейчас хоть железом пытай, все равно ничего не скажет. Вон как губы сжал, да руки на груди сложил, ожидая, когда я же закончу свой допрос и пойду, наконец, спать. Меня сплавит, а сам в башню пойдет, несмотря ни на какие угрозы быть отчисленным. И что он там забыл… Видимо, что-то серьезное. С таким отрешенным лицом на свидания не бегают, да пакости не устраивают. Надеюсь, он хоть не прыгать там из окошка собрался? Впрочем, все равно дело это гиблое, да заранее на провал обреченное – магистры давно уже позачаровывали тут все. Чтобы внезапно вселившиеся в нерадивых учеников духи не поубивали их, лихо спрыгнув с окошка прямо в росшую под стенами траву.
Я еще раз внимательно взглянула на молодого мужчину, но в его облике ничего не изменилось: с одинаковым успехом он мог идти туда как на поединок, так и сочинять сонаты во славу какой-нибудь барышни.
– Стой тут, – хмыкнула я. Ничего, переживет мое общество. Если надо, даже подсоблю чуть-чуть: рифму там подскажу или подтолку слегка на краю – а то любят некоторые взобраться на зубец стены, да трястись, не решая шагнуть в пустоту. Ну а я, заодно, сеть подновлю, а то чего-то зашевелилась нежить на пустоши около Университета. – Только попробуй куда-нибудь уйти, сразу декана позову, – уже на ходу пригрозила я и убежала искать магистра Сивьерн, чтобы сделать то, что могла бы сделать намного раньше – то есть предупредить, что потащу студента на крышу.