Страница 53 из 94
- Теперь я предпочитаю зваться Никтой. Надеюсь, с этим проблем нет?
- Да хоть Афродитой. Лучше скажи, как ты ментат-карту изменила.
Бородач перестал орать, окончательно превратившись в статую.
- Без понятия.
- Да ну?
Основная тайна вскрылась, и мелочи скрывать бессмысленно.
- Предположительно за счёт полного стирания памяти. Об Улье помню всё, а о себе — ничего. Незадолго до нашей встречи я очнулась на черноте с абсолютной амнезией. Даже сейчас, ты назвал меня Ланой, а в памяти ничего не всколыхнулось. Понятие не имею, кто я и на что способна.
Нас прервали самым бесцеремонным образом. В Улье шуметь нельзя, это аксиома. Стрельба привлекает заражённых, тоже аксиома. Зачастую в Стиксе выживает не тот, у кого ружьё, а тот, кто умеет обходиться без него. Судя по характерному звуку, к нам, цокая костяными пятками, спешили топтуны. Выглянув в окно, я насчитала двоих. Немного отставал жрач, а в арьергарде тащились бегуны. Запаздывают ребята. Таиться смысла не было. Князь перекинул мне автомат, а сам предпочёл остаться с пистолетом.
Счастье, что мы ещё недалеко от Чёртиков. Руберов и элиты в окрестностях просто нет, да и простых споровиков мало. Не сомневаюсь, что отобьёмся. Патронов я не жалела, стреляла в головы, и заражённые быстро падали. Князь пристрелил последнего, самого вялого, видать, сильно оголодавшего и ослабшего. Всё, бой окончен.
Надо уходить, но сначала… Я подскочила к статуе бородача и врезала по ней клювом. Статуя — слишком явная улика, чтобы её оставлять. Всё равно что написать на стене: «Здесь была Чернышиха». Пока я превращала бородача в порошок и маскировала чёрное крошево грязью, Князь наскоро обобрал остальные трупы. Не оставлять же спораны, патроны, и фляги с живцом. Убитым заражённым мы тоже уделили внимание. Потрошить расстрелянных мутантов пошли вместе — так безопасней. Князь следил за обстановкой, я вскрывала охотничьим ножом затылочные мешки. Мясницкая работа — дело нехитрое и быстрое. За полторы минуты мы стали богаче на две горошины и шестнадцать виноградин. Очень недурственный результат.
Не задерживаясь больше ни минуты, мы поспешили покинуть кластер старинных особняков. Снова потянулись штампованные многоэтажки, за ними оказался клинический центр с изрядно заросшей парковой территорией, к которой стыковался хвойный лес.
- Привал, - скомандовал Князь.
Согласна, отдохнуть не помешает. Доводить до усталости ни в коем случае нельзя, силы следует восстанавливать заранее, иначе они по закону подлости кончатся в самый неподходящий момент. Мы устроились на улице в небольшой декоративной нише, удачно прикрывавшей нас от чужих взглядов. Клинический центр прилетел довольно давно, и толп заражённых не предвиделось. Я с удовольствием вытянула ноги, достала из рюкзака тульский пряник и нехотя откусила.
- Чего кривишься? - полюбопытствовал Князь, бодро вскрывая консервную банку.
- Я так и не попробовала Машины сырники. Она обещала со сметаной.
- У-у…
Я покосилась на Князя. Сегодня он был хорош: свежий после бани, гладко выбритый, в новой одежде, которую он без сожаления заляпал соусом. Да уж, глаз радовать он будет исключительно временно. Я отвернулась, доела пряник и запила сухомятку водой.
- Ты бывал в этих местах?
- Нет. Раньше я всегда делал крюк, а сейчас мы пойдём напрямую. Время поджимает. Мы же хотим уложиться в четыре недели?
- Лично я нет. Ты обещал посуточную оплату.
Князь посмотрел на меня чуть расширившимися глазами, качнул головой:
- Ну ты и…
В ответ я тихо рассмеялась и легко поднялась. Привал окончен, пора идти дальше.