Крылья

- Нет. Я смотрел, как он умирает. Он говорил, что мне нужно сделать, когда я останусь один. Какое заклятье произнести, каких детей забрать и сделать оперившимися. Я слушал его, но, когда он подох, я просто покинул башню. Я был ее владельцем, но не мог в ней жить. Выходя из нее, я думал о том, что я пережил за эти годы. Я разрушил ее, стер, не оставил и камня на камне. Я вернулся домой…. А после пожалел, что вернулся.

- Почему?

- Его угрозы не были пустыми, - Хэллэ, щуря глаза, смотрел в огонь. – Когда я вернулся, меня едва не вздернули тут же. Петлю закинули на шею, но затем просто… ушли и я освободился. Они говорили, что я погань, что я не человек. Потом я узнал, что когда меня забрали, деревню окружило какое-то войско. Они были похожи на людей, но не были людьми. Как оказалось, этот безумец поднял с могил мертвых. Все те годы, что я учился – они стояли на своих постах. Из селения было не выйти и не войти. Ничего не продать, ничего не купить, и не узнать никаких новостей. Люди из-за меня оказались отрезанными от остального мира. И даже весточку послать не смогли.  Мертвые, голосом колдуна сказали, зачем здесь. За каждую мою провинность, они будут вырезать по одному человеку. Тогда я этого не знал. Сначала они вырезали всех стражников и воинов, которые по несчастью оказались здесь. Мою… мою семью вырезали за ними. Мать изрубили на куски и сожрали. И так каждого в течении нескольких лет. Я не мог жить в башне, не мог жить в лесу, не мог жить, нигде. Я сбросился с обрыва, но…. Как видишь, не смог умереть, - Мужчина убрал ворот и показал Раэнэл длинный страшный шрам, что шел поперек шеи. Будто горло перерезали. - Я выжил. Я не могу умереть. И жить не могу.

Раэнэл медленно поднял ладонь, заставляя друга замолчать, а после поднялся и, расправив складки плаща, вышел на улицу. К этому времени дождь уже перестал лить. Тяжело срываясь с крыши, капли разбивались о деревянное крыльцо. На душе у Раэнэла было паршиво. Он уже трижды проклял себя за то, что спросил у Хэллэ о магии. При встрече с Темным необходимо будет спросить, что это за маг-ренегат, и почему другие сидели, сложа руки, зная, что брат бесчинствует. А они не могли не знать….

Хэллэ подошел к нему и встал рядом. Изящным движением он накинул на голову капюшон, чтобы не намокли волосы.

- Ну, а ты? – тихо спросил маг. – Никогда не думал, что увижу у тебя сына. Мне казалось, что ты будешь свободен от всех этих отцовских забот. Ты же свободный, как птица.

 - И птице положено вить гнездо, - глухо произнес Раэнэл. – Я сожалею, что так случилось. Иногда мне казалось, что участи ужаснее, чем у меня не бывает, но теперь понимаю, как я ошибался. Хотя, у каждого горя и сравнивать их….

- Не стоит. Что было, то и прошло. Теперь наше селение обходят стороной. Со мной никто не говорит. С тех пор я ни с кем не разговаривал. И тут появился ты с сыном и  женой-воином… Ты ее тренировал держать меч?

- Женой?..

- Девушка, которая была с тобой.

- Она… мне не жена, - тихо проговорил Раэнэл, глядя на друга. Он не услышал, как скрипнула половица у него за спиной. – Она моя спутница. Просто спутница. Мы встретились по дороге, когда с Тээа ушли из замка.

Выдавливая из себя каждое слово, Раэнэл коротко пересказал другу все, что с ним происходило. Было больно вспоминать и пересказывать это, поэтому Крылатый, в очередной раз, запнувшись, качнул головой, давая понять, что дальше говорить не  станет. Хэллэ внимательно выслушал, не перебивая, а после свел сухие ладони вместе. Его блеклые глаза нехорошо блеснули, но Раэнэл, погруженный в свои мысли, этого не заметил.

- Знаешь, - тихо и зло сказал маг, спускаясь по крыльцу. – Я очень сильно хотел это узнать….  Посмотреть на тебя, на него, узнать, за какой труд будет получена награда, которую назначил твой брат.

- Что? - Раэнэл сощурился. Таких ноток в голосе друга он еще не слышал. Хэллэ повернулся, и его глаза блеснули.

- Жители смирились с тем, что я живу бок о бок с ними, - прошипел маг, суя в карман мантии руку. – Но приходится подолгу уходить, чтоб не обозлились. И что-то меня дернуло… - Мужчина бросил под ноги Раэнэлу скомканный влажный серый лист бумаги. Раэнэл не наклонился и не развернул его, прекрасно зная, что написано на этом листе. Его имя. Причина, по которой его разыскивают. И награда.

- Может быть, тот безумный маг был прав, - процедил Хэллэ. – Однажды он сказал мне, что Боги прокляли меня. И что моя жизнь будет похожа на кошмар, пока я сам не совершу что-то поистине кошмарное. Я думал, что же это? На детей у меня не поднималась рука. На женщин – тоже. Так долго, бессонной ночью и безрадостным днем. И сейчас я понял. Ты, Раэнэл. Подарок моей судьбы – твой приход ко мне.

Он звонко щелкнул костлявыми пальцами. Послышался звонкий, пронзительный женский крик – это кричала Ару. Дом и крыльцо мгновенно охватило яростное ослепляющее пламя, как если бы оно было намаслено. Раэнэл соскочил с крыльца. В горячем воздухе зазвенела и сверкнула сталь – серебряная цепь жестоко обвила его шею, расцарапала кожу, и сдавила. Раэнэл дернулся, с прикосновением холодной стали к шее вернулся застарелый страх – будто вернули тот жесткий ошейник как тогда, в подземелье.

В глазах у него потемнело, запылали разноцветные искры.  Намотав цепь на руку, Крылатый второй рукой начал оттягивать ее от шеи, чувствуя, как туго она стягивается, душа его. Острая резкая боль пронзила ему правое плечо. Он увернулся, инстинктивно распахнул крылья, забил ими, пытаясь подняться. Стальной клинок был направлен к нему в лицо, и Раэнэл отпрянул. Наточенное лезвие, миновав глаз, неглубоко распороло ему скулу, по щеке у него потекла кровь. Он задыхался, все силы уходили на то, чтобы оттянуть чертову цепь, которая змеей скользнула к его крыльям, любовно и хладнокровно обвивая их.