Страница 27 из 101
- Ты говорил мне, что хочешь изменить жизнь. У тебя хватило смелости убежать со мной, теперь найди в себе силы вернуться. Это не твой путь. Не твои страдания.
- Что мне сказать им?
- Скажи, что пытался меня задержать, чтобы заслужить гордость своего отца, но теперь это уже ни к чему. Это будет твоя первая и последняя ложь моему брату. Запомни.
- А если меня казнят?
- Не казнят, - Раэнэл сжал губы в тонкую полоску и убрал руку, глядя на Кильватора. – Отвези мальчика домой. Только домой.
- Да, мой принц. Каждая бродяжка, каждая дворовая собака будет на Вас натаскана. Вас не оставят в покое. Они пойдут по следам, будут разносить вести во все дома. Вы…
- Я знаю моего брата, как пять пальцев.
Ару внимательно посмотрела на Раэнэла.
- Зачем же Вы пришли сюда, да еще и выбили мою дверь? Думаю, Раэнэл и сам знал это, - ехидно сказала она. Воины смерили ее недобрыми взглядами.
- Это наш долг.
- Долг выбивать мою дверь? – Воительница приподняла бровь, отчего Раэнэл невольно улыбнулся.
- Мы пойдем на север. - Он обратился к воинам. – Как можно дальше. Затем свернем на восток, Храму Великой. Убийства и казнь там запрещены, а магия ее такова, что людей со злыми мыслями храм не пустит.
- Я отдам Вам лошадь. – Один из воинов спешился и подвел своего коня к мужчине, передавая уздечку тому в руку. – Скажу, что она разбилась. На юге, в погоне за Вами. Вы ведь знаете, там очень острые камни. И волки.
Раэнэл медленно кивнул и оглядел их всех внимательно благодарным взглядом, после чего приложил перевязанную ладонь к сердцу.
- Я…. Я благодарен Вам всем. За вашу верность. И преданность, - Он сглотнул тугой комок в горле. – Я знаю, вы все желаете идти со мной до конца. Но я не давал вам такого приказа. И не дам. Если мне суждено уйти, я уйду, но вас я с собой не заберу. Никогда.
- Мы бы не спросили Вашего разрешения, - Один из воинов посмотрел на девушку. – Да с такой воительницей, думаю, Вам ничто не грозит. Как крепко она держит меч.
- Я держу его для своего брата, а не для этого беглеца! – рявкнула девушка на всадников, и повернулась к мужчине. – Ты получил свою лошадь. Ты можешь взять еды и воды. Убирайся!
- А я думал, что в наших селениях все весьма и весьма гостеприимны….
- Уведите погоню подальше от нас, - спокойно попросил Раэнэл. – Скажите, что мы ушли на юг. Пустите ложный след. Если повернут на север, скажите, что у меня давняя болезнь и мне холод совсем не нужен.
- Но ведь мы с Вами знаем, что у Вас на самом деле все с точностью да наоборот.… Но как же Ваш брат?
- Мой брат никогда не интересовался мной, вряд ли он и сейчас станет рыться в моих записях. Если его руки еще добрались – сожгите все бумаги. Если добрались, разыщите все, что он собрал. И опять же, сожгите.
- Мы все сделаем, чтобы помочь Вам…
Воительница, удобнее перехватив меч, направилась обратно в дом. Когда она скрылась, Кильватор тихо сказал своему повелителю:
- Угораздило же Вас остановиться у такой бабы…
- Девушки, - вежливо поправил его Раэнэл, мягко гладя гнедого жеребца по большой доброй морде. – Она не доверяет чужим, и я ее понимаю. Она и ее брат пойдут со мной. Так что, если кто-то да вдруг будет говорить что-то…. Ну, ты понимаешь…
- Да, конечно, Владыка Раэнэл… Мы… будем верны Вам до конца, даже находясь на другом конце света. Если из нас в живых останется всего один, он приедет к Вам.
- Надеюсь, этого не случится. На моих руках будет ваша кровь, а я не хочу этого. Прощайте.
Воины оседлали своих ржущих лошадей и повернули их обратно. Эрэ-Туранэ долго смотрел на Крылатого, ощущая сильное желание соскочить с крупа лошади и продолжить путь дальше, но мужчина заметно качнул головой, отговаривая его. Раэнэл долго смотрел им в след, слышал хруст снега под сильными копытами, а после поднял глаза к посеревшему небу. Тээа продолжал стоять в глухой тишине, рядом с дядей. Пока взрослые говорили, он молчал, внимательно слушая и осмысливая услышанное.
- А если нас поймают живыми, что с нами сделают? Что сделает отец, когда нас отведут к нему? – тихо спросил мальчик. – Ну, вдруг такое случится.
- Лучше тебе этого не знать. Иди в дом. Собери в мою сумку еды и воды.
- Мы что, правда, уходим?
- Да, Тээа, мы уходим, - Раэнэл не смотрел на племянника, и едва заметно качнул рукой. – Иди же. Скорее.
Он прекрасно знал, что будет с ними, когда их поймают, но уберег детскую психику от этого ужаса. Слишком рано думать о казни. Двенадцать лет это слишком рано, чтобы думать о собственной смерти.
- Ночь обязана быть тихой, - Раэнэл зашел в домик, останавливаясь на пороге, и застегнул пояс на талии, скрыв меч за плащом. Ару стояла у окна, равнодушно глядя на вошедшего мужчину. Кару же, напротив, переводил встревоженный взгляд с сестры на Раэнэла. Тээа, который брал еду из рук менестреля, все тщательно запихивал в сумку.
- Я… - неуверенно произнес песнопевец, заламывая тонкие пальцы. – Я подумал, что.… Если вы оба беглецы и вас не оставят в покое… Мы ведь уже связаны с вами. Мы помогли вам. Я сомневаюсь, что это останется в тайне и… Нам тоже придется уйти отсюда. Рано или поздно. Такой переломный момент. Но я хочу, чтобы мы пошли все вместе.