Страница 38 из 64
Разговорчивая блондиночка по имени Элалия помогла ей одеться, застегнув на спине лиф платья, оправила длинные и широкие юбки, уложила жуткие после вчерашнего фонтана космы на голове в подобие элегантной свободной причёски, не переставая рассказывать какие-то байки из жизни хасьенды. Алисе на них было, в сущности, плевать, но она слушала из вежливости, иногда кивая. Потом Элалия принесла завтрак, который состоял из жареных тонкими полосками баклажанов, вяленого мяса и уложенных на него жареных желтков, таких огромных, что Алиса невольно представила страусиную ферму.
После еды неумолимая служанка повела «сеньору» гулять. «Сеньоре» больше всего на свете хотелось найти Мало и придушить его, ибо ничего в мире не было страшнее вот такой видимо беспечной неизвестности. Когда все делают вид, что всё прекрасно, что всё так и должно быть, но в глубине души ты понимаешь, что от тебя просто-напросто скрывают правду. Беситься повода вроде не было, Элалия удовлетворяла все желания Алисы, но беситься очень хотелось. Устроить истерику, побить посуду, вцепиться ногтями в морду усатого гвардейца с идиотским изогнутым мечом у бедра…
Эти двое сопровождали её от самых покоев. Два практически одинаковых молодых парня, всё с тем же блондом под форменными беретами с огромным пером, свисающим чуть ли не до груди, с пышными усами и жёлтыми глазами. Молодчики не отходили ни на шаг, держась всё время за спиной. Алиса спросила у Элалии, наклонившись поближе к уху:
— Зачем нам охрана?
— Мне не сказали, светлейшая сеньора, — присела в книксене девушка, пряча глаза. — Велели только ни за что на свете не отходить от гвардейцев более, чем на три шага!
— Кто велел?
— Сеньор Мало.
— Этот… — прошипела Алиса. Желание удавить паршивца кота было ещё сильнее, чем желание разгромить посудную лавку. Глубоким вздохом подавив в себе жажду убивать, Алиса оглядела большой сад, в который они как раз входили. На его территории можно было бы уместить ещё десять хасьенд, если, конечно, вырубить деревья и сравнять с землёй великолепные клумбы. Здесь не было орхидей, роз и других культурных, изысканных цветов. Только дикие, неприхотливые, полевые…
— Как здесь красиво, — выдохнула вполголоса Алиса, а потом вдохнула поглубже. Аромат неказистых на первый взгляд ромашек и тысячелистников (единственных из цветов, которых она знала по названию и могла отличить от других) смешиваясь, напомнил ей лето на площадке во дворе родного дома. Во дворах там буйствовали целые заросли высоких стеблями, но меленьких соцветиями белых зонтиков…
— Правитель очень любит простые растения, — с почтением откликнулась Элалия и вдруг присела даже не в книксене, а в глубоком реверансе. Алиса с удивлением оглянулась. По песчаной дорожке, ступая, точно гордая пава, шла ночная злобная блондинка. На ней сидело как влитое простое белое платье с расклешенными юбками, в которых виднелись вставки с цветочными мотивами. Ни кружавчиков, ни зонтика от солнца, ни шляпки… Так, так, Астубрия — это аналог Испании Старого мира, разве там не принято было полностью закрывать от взглядов грудь и плечи, носить ужасные железные корсеты и ходить с таким лицом, словно хочется съесть отбивную, но в пост все осудят?
Ладно, бог с ним, что делать? Куда бежать, прятаться или гордо вздёрнуть нос? Дать понять, что всё видела и всё знает, или заорать во всё горло «на помощь»? Да кто ей поможет, ведь эта убийца с детским личиком наверняка не последняя личность в Астубрии! Алиса сглотнула и выбрала нейтральный вариант. Раз уж она здесь в гостях, раз уж сам гранд приходил проведать, значит, надо быть вежливой, но особо не прогибаться. И она неумело присела, не склонив, впрочем, голову, подобно служанке. Блондинка сузила глаза, впилась взглядом в Алису. Да, умеет смущать и подавлять. Ишь, смотрит. Но Алиса взгляд не опустила. Если что, за ней Мало и его папаня! Папаня главнее всех, так что нефиг тут глазки щурить…
Блондинка проследовала дальше по песчаной аллее, а Алиса выдохнула и шёпотом спросила у Элалии:
— И кто это такая?
— Вы что! — шикнула на неё бедная девушка. — Не так громко!
Она с почтением увлекла Алису в обратную сторону и, оставаясь слегка за спиной, зашептала на ухо:
— Это сеньора Корделия, супруга его Великости гранда, стало быть, её Великость грандесса. Мать наследников. Очень ревнива! За его Великость может глаза выцарапать!
— А я-то тут при чём? — удивилась Алиса. — Я же не покушаюсь на её дорогого гранда!
— Ради всех святых покровителей нашего народа, — едва слышно простонала доведённая до точки Элалия. — Добавьте же хоть немного почтения в голос! Вы, хоть и гостья в хасьенде, не можете так отзываться о правителях!
Алиса только фыркнула. Она прекрасно помнила о порошке земледевы. Как и о том, кто приходил ночью в её комнату лично убедиться в том, что она обезображена.
Элалия вздохнула:
— Хорошо всё же, что сеньор Мало меня к вам приставил. Я уж прослежу, чтобы с вами тут ничего не случилось.