Страница 7 из 240
***
Мы собирались спать. Я устала, подруга тоже. Но, ходячему не спалось. Начал что-то спрашивать.
— Как вы приехать. Лошадь. Где… — тут он замялся. — Лошадь где ваша?
Мы тупо смотрели на него. «Какая лошадь, мы через стену пришли. Вот что ему сказать?»
Не дождавшись ответа, он уходит в другой угол и садится. Но не спит, на нас смотрит.
Потихоньку я засыпаю.
***
Меня будит какой-то шум. Еле продрав глаза и ничего не понимая, я оборачиваюсь. Секунд 30 ничего не вижу. Темно, и я только что проснулась.
— Лошадь. Как приехать. Где лошадь? — спрашивает кто-то.
«Да чего ему не спиться!»
— Катя, что происходит?
Она говорит, что сама не знает. Он ее разбудил и про лошадь спрашивает.
— Зачем тебе лошадь? — спрашиваю у Кадара.
Он сказал что-то, правда, на своем языке. Я разобрала только Масиаф. Остальное было просто набором звуков.
— Тебе нельзя никуда идти. Нельзя, чтобы кто-нибудь тебя видел, — говорит Катя.
— Почему?
— Утром объясню, сейчас мы хотим спать, — говорит подруга.
— Где лошадь? — опять начинает он.
Меня уже это бесит. Ночь. Я без сил. Этот баран мало того, что разбудил нас, и спрашивает какую-то ерунду, так он еще и орет. «Ну все…»
— Эй, ты! — говорю я. Режим гопника успешно активирован. — Что непонятного, она же сказала — утром все решим.
Он смотрит на меня.
— Как вы приехать? Где ваша ло…
«О Господи, если он еще раз скажет лошадь, я ему врежу. Это слово я уже раз 20 за эти пять минут слышала!»
— Эй, смотри сюда, — я не даю ему договорить.
— Раз, — поднимаю большой палец.
— Два, — указательный.
Катя смотрит на меня и видимо до нее доходит.
— Три, — средний.
Демонстративно отворачиваюсь и мы с Катей синхронно ложимся спать дальше.
С минуту я наслаждаюсь тишиной.
— Мне нужно…
— Может, заткнешься, наконец, и дашь поспать! — ору на русском. — Утром разберемся!
Он затихает. Проговорив что-то на своем языке, разворачивается и уходит в дальний угол. Садится и молча смотрит за нами. «Ну и фиг с тобой», — последняя мысль пролетает у меня в голове.
***
Утром меня будит Катя. Этот идиот уже на ногах и опять что-то орет.
Подруга говорит, что ему нужна лошадь, чтоб уехать. Так же она сказала, что нельзя, так как его мертвым считают. И возможно мы историю меняем. Надо сначала все обдумать.
— Тебе нельзя, — говорю я.
— Почему?
И тут Катя спасает меня.
— Ты еще не восстановился, — говорит она. Встает и отходит в сторону, к воде.
— Мне нужно идти, — твердит он свое.
— Да нельзя тебе. В Масиафе битва. Не убили здесь, так убьют там. Ты этого хочешь? Я не для этого тебя выхаживала, чтоб ты сдох за углом!
— Битва — я нужен там, — не унимается он.
Тут уже и я не выдерживаю.
— Твоя рана не зажила. Ты ходишь с трудом. Даже доехать не на чем, — говорю я.
Он как будто мои слова мимо ушей пропустил. Но тут говорит Катя.
— То, что ты остался жив — очень удобно. Никто не знает об этом. Значит, и шпион в вашем Братстве — тоже.
Тут уже и я афигеваю. Замечаю, что его рука возле оружия.
— Откуда?
Ничего хорошего в его голосе я не слышу.
— Ты выжил. Никто не знает об этом и это стратегически удобный случай. Ты же ассасин. Сейчас Робер нападет на братство…
«Ох, и не нравится мне это…» И мои опасения тут же подтвердили. Левой рукой он хватает меня за отворот майки и прижимает к стене. Правая рука у меча, но пока что он его не достал.
— Информация! Откуда? Кто вы?! — орет он и достает меч.
«Вот тебе и поговорили…» Я пытаюсь вырваться из захвата, но он держит меня крепко. Да еще и у стены прижал. На мое сопротивление, он отреагировал. Его меч теперь возле моего горла.
— Объяснить. Убью ее, — заявляет он.
Мне сказать нечего. Ситуация особо не радует. Если б не гребаный меч…
— Мы шпионы тамплиеров… — выпалила Катя.
Она медленно сглотнула.
«Мы кто?!» Я смотрю на нее с непониманием и шоком. «Вот теперь он точно меня убьет!»
========== Глава 4: О чем думать перед смертью? ==========
“Шпионы тамплиеров!” - звучало у меня в голове. “А получше придумать никак не могла. В такой ситуации для нас, а в частности для меня, выдать нас за врагов!”
Кадар, видимо, тоже не ожидал такого. Он замер на пару секунд, осознавая кто мы, и вообще, обдумывая Катино известие. Но враги есть враги, тут не поспоришь. После той фразы у него не оставалось выбора. Я была уверенна в этом. Тамплиеры враги номер 1.
Смотрю на свою “спасительницу”. До нее дошло, что она сделала. Было видно, что она начала соображать. Причем очень быстро, ибо мне грозила неизбежная смерть. “Придумай хоть что-нибудь”, - в мыслях молилась я.
Перевожу взгляд на Кадара. По его лицу понятно, что шанса у меня нет. Мало того, что он думает, что мы тамплиеры, так ведь именно я ему и угрожала, и, когда он был ранен, врезала ему. Все складывается не в мою пользу.
Его рука еще сильнее прижала к стене. Его взгляд теперь направлен тоже на меня. Ничего хорошего. Брови нахмурены, в глазах отвращение смешалось с ненавистью и желанием убить. Он убирает меч от моего горла. Замахивается, чтоб нанести удар. ” Значит это конец?” - задумываюсь я и зажмуриваю глаза что есть сил.
Сердце бешено колотится в груди. Пульс на шее отдает так, что мне его, и проверять не надо. Плечо ноет и шея тоже. Ноги почти не держат, а руки предательски трясутся. Я чувствую, как пот медленно скатывается по виску, чувствую свое частое дыхание и ритм в ушах, отбиваемый моим сердцем. Мысли проносятся в голове. О чем думать в последние секунды. “Я не хочу умирать. Так рано!” Слезы наворачиваются у меня на глазах. “Я столько не успела…”
- Стой! Нас заставили! У нас не было выбора. Дай мне объяснить все! - Катин голос нарушает тишину. Ее голос врезается мне в уши. Сознание ловит надежду, и я открываю глаза.
Меч замер в метре от меня. Он замахнулся, но так и не закончил начатое. Ее слова остановили его. Не то, чтобы он передумал. Просто это было неожиданно, и даже он отвлекся.
- Нас бы убили, если бы мы отказались помогать. Это был не наш выбор. Подумай сам, мы спасли тебе жизнь, хотя твоя еда и амуниция была ценнее для нас.
Он прислушался. Проблемы с английским не давали возможности переваривать все быстро. Требовалось время для перевода, а уже потом понимания. В эти секунды я лишь молилась и надеялась, что то, что мы спасли его жизнь, сыграет хоть какую-нибудь роль. Меня он так и не отпускал. Держал так, что если и удастся вырваться, то моя майка останется у него в руке. Да и желания вырываться не появлялось. Малейшее движение и мне конец. Меч же он так и не опустил.
- Почему спасти? Зачем? - спросил он.
Говорит он Кате, а смотрит на меня. Недоверчиво так, но не с той ненавистью.
- В стране, откуда мы родом, нас воспитывали и учили никогда не проходить мимо человека, нуждающегося в помощи. И к тому же, всю нашу жизнь нас заставляли следить за вами, собирать информацию, изучать всё, что относилось к вам. И узнавая вас ближе, мы восхищались вами, - говорила подруга. Даже меня это заворожило. Если честно, это почти правда. Мы действительно прошли игру, читали книги, видео, фильмы и это нас поглотило.
- Каждый день мы узнавали что-то новое. Мы были ближе остальных, поэтому и видели вас по-другому. Не такими, как остальные. У вас есть свобода. У нас лишь восхищение вашей свободой. Мы не просто смотрели на ассасинов, мы вам завидовали. Вы действительно как птицы в небе, а мы лишь узники нашей участи. И видя вас, свободных, мы хотели того же. Спасая тебя, мы также лишь хотели сделать что-то полезное, приблизиться хоть на чуть-чуть, - говорила подруга.