Страница 218 из 240
— Отвратительно, — отзыв лекарю не заставил себя ждать.
— Я рад. Жду завтра.
Недовольная я потащилась за мужем, кислый вкус до сих пор был во рту и, похоже, избавиться от него будет не просто, потому что утром, как раз таки нечто подобное я и ощущала, когда проснулась. Хотя тело словно полегчало и грелось изнутри, особого эффекта улучшений не заметила. Наоборот, голова начала гудеть.
— Альтаир, постой, — позвала я мужа и вцепилась в его плечо.
Земля накренилась, и меня потянуло вниз. Судя по всему, араб подхватил меня и усадил на что-то. Единственное, что смогла разобрать из его болтовни, так это свое имя, которое муж неустанно повторял. Я зажмурилась и обхватила голову руками. Стало немного легче, пока к горлу не подкатил горький ком. Я тут же выпрямилась. Сердце принялось бешено колотиться в груди, ладони вспотели. Мне совсем не хотелось прогнать через себя эту жидкость еще раз.
— Подыши немного, — Альтаир скинул мой капюшон и убрал волосы с лица.
Тошнота отступила буквально пару минут спустя. Меня еще немного мутило, но не на столько, что, казалось, стоит и пальцем пошевелить, как тут же вырвет. Я успокоилась, даже одежду поправила и, опираясь о стену, поднялась.
— Вроде… все.
Глаза мужа пристально следили за мной. Араб стоял так близко, что я слышала запах пыльной формы. Наверное, он подошел вплотную, чтобы поймать меня, если опять поплохеет. Я в принципе не переживала. Крепкие руки и большое тело мужа так и манили к себе.
— Ты афигенный, — я обняла Альтаира и принялась гладить его щекой, как ребенок мягкую игрушку. — Такой сильный и теплый!
— Идем.
Ассасину пришлось практически силой оторвать меня от себя. Я, раненая и все еще не восстановившаяся полностью, умудрилась настолько сильно вцепиться в мужа. Ведь с ним было так хорошо.
Я и не заметила, как мы вернулись к себе. Как довольный кот, который належался под солнышком, я вплыла в комнату и хлопнулась на кровать. Даже боль меня от этого не остановила.
— Иди ко мне, — сказала я мужу и похлопала по подушке.
Араб замер. Посмотрел на меня, на стол и, недолго думая, повернул в сторону кровати.
— Правильный выбор, — расплылась я в довольной улыбке.
Не успел муж дойти до кровати, как я поднялась и протянула ему руки.
— К тебе! Хочу к тебе, — Альтаир казался мне таким сильным.
Предположив, что все сразу пройдет, стоит мне быть ближе к нему, я нетерпеливо потрясла здоровой рукой. Это было странно, но муж повиновался, и, как заботливый отец, взял меня на руки. Уже обнимая его шею я, довольная и безумно счастливая, мечтательно закрыла глаза. Альтаир прошелся по комнате, видимо обходя кровать и сел.
— Как в поезде, — промычала я. — Носи меня так всегда. Ту-ту, ту-ту, — изобразила я стук колес и притихла.
Муж, однако, молчал как рыба. С того момента, как он разместился на кровати вместе со мной, он и ни слова не произнес.
— Ты тихий, — я выпрямилась, — скажи что-нибудь, мне грустно становится.
— От чего?
— Ну как. Я тут одна. Катя еще и больше никого.
— Если хочешь, мы можем съездить к твоим родителям.
— Нет, — и я опять уткнулась лбом в грудь мужа, — никак не выйдет. Их здесь нет. Никого тут нет. Мне так одиноко, Альтаир.
Ассасин больше и слова не проронил, даже не остановил мое нытье о том, как мне плохо. А я все больше и больше говорила всякие глупости, словно за язык тянули.
— Вот знаешь, я и правда влюбилась в тебя. Никогда не знала, что это вообще за чувство такое. Правда! На меня ведь никто никогда не смотрел как на девушку. Да, пообщаться можно было, сходить куда и все. Вечно я как неудачник. Что со мной не так?
Альтаир просто смотрел на меня. Я продолжила.
— Я не вру. Думаешь, почему мы не ладим. Все просто: никогда я еще не любила. Не умею. Жила для себя, а тут ты: сделай то, не делай се. Знаешь, как бесит! Вот! — я несильно ударила мужа по плечу. — Я ведь правда, правда, тебе не поверила тогда. Думала, какого черта. Такая как я никому не нравлюсь, зачем лезет ко мне. Думала, обманываешь. Знаешь, как многие делают. А ты нет… рядом. Это так важно для меня. Моя мама не живет с папой. Они… ругались, часто и было так страшно. Я не хочу также. Видимо, поэтому-то у меня и любви не было — слишком серьезная. Не хочу, как они. Я и так одна, Альтаир, не избавляйся от меня, ладно?
— Вика…
— Правда, я боюсь этого, — страх сжал мое сердце в тот момент, слезы тихо скатывались по щекам, — я в таком отчаянии. Ничего не клеится. Помню, и у родителей все неважно было. Но, знаешь, я все равно их люблю. И ты, совсем как мой папа. Не говорит, что ему плохо или что помощь нужна. Со мной он был, скажем так, неплох. А вот в отношении мамы… Вечно как будто чужие. Я не понимала, что происходит. То они любят друг друга, то папа опять в штыки. Никогда не видела его плачущим или расстроенным. Это не признак силы! Это совсем… Мой отец не воин или ассасин. Простой человек, который даже семье не решился довериться. И когда ты молчишь или сидишь допоздна у себя, когда не говоришь ничего, — заливаясь слезами, говорила я, — понимаешь, это как-то, чего ты старался избегать, но оно все равно в итоге произошло.
— Я дам тебе свое слово, — негромко произнес араб.
От этого не стало легче, наоборот, я разрыдалась сильнее, настолько, что одежда Альтаира промокла от слез.
— Не будь… Давай не будем как мои родители. Как папа, который жил сам по себе, как мама, что ограничивала меня. Я взрослая! Почему я не имею право выбора, почему должна есть только на кухне, почему должна одеваться дома нормально! Я даже выругаться не могу. Мне уже больше двадцати, а мне продолжают все запрещать! У меня ребенок есть!.. Хочу… хочу лишь одного, чтобы меня слышали. Чтобы понимали меня, не извращали мои слова, не вешали стереотипы, не думали за меня. Наверняка ты уже жалеешь о том, что не выбрал себе жену получше, — с горя добавила я.
Силой меня встряхнуло, и голова мотнулась вперед, а затем назад. Старые раны заныли и все перед глазами резко закружилось.
— Мне обидно слышать такое от тебя, — строго произнес муж.
Я и ответить не могла, лишь заныла из-за ужасного состояния. Мне стало совсем плохо — эта встряска от Альтаира здорово подкосила.
— Идиот! — я махнула рукой перед собой и, похоже, во что-то попала: араб негромко ругнулся. — Мне херово, так какого черта ты трясешь меня так!
— Тогда держи свои мысли при себе!
— А что, правда же!
— Вика!
— Не Вика мне тут! Надоело все! Достала эта боль!
Вскочив на ноги, я попыталась сделать пару шагов, но не подрасчитала, что пол будет трясти, и грохнулась.
— Отпусти меня! — я начала брыкаться, как только Альтаир попытался поднять меня на ноги.
— Вчера ты была спокойнее, — только и пробурчал муж под нос и добился своего.
— Да отстань! Ничего не хочу! Отпусти!
— Я ведь могу!
— Давай!
Я дернулась еще сильнее и в самый последний момент поняла, что араб сдержал свое слово. Учитывая головокружение и силу рывка это было плохое решение со стороны Альтаира. Он, наверное, не понял, что меня швыряет со стороны в сторону, даже если я просто лежу. Результат своего промаха араб заметил поздно. Я понять толком не успела, как упала и обо что-то ударилась. Грудную клетку перебило. Вот что запомнилось — нехватка воздуха. Задыхаясь, я села, обхватив себя руками.
— Прости, — муж выглядел довольно взволнованным, учитывая то, что я бесилась и получила по заслугам.