Страница 16 из 23
- Ты офигела? – взбеленилась Грызуля, - Тебе ничего не надо, так ты о сыне подумай! Ты – голь перекатная по сути, и учитель твой тоже. Вырастет Стёпка, он где будет жить? С вами, в двушке? А когда у вас другие детки появятся? На Богданова своего не надейся. Женится второй раз на какой-нибудь прошмандовке пронырливой, и не получит от него Стёпка ни черта! Сейчас нужно брать, сейчас, пока есть возможность! Ты-то гарантированно сына не бросишь, и квартира ему достанется, а от мужиков неизвестно чего ожидать можно.
Еве ничего больше не оставалось, кроме как с тяжелым сердцем признать очевидную правоту сказанного. Кажется, только в этот момент она по-настоящему осознала, что малой кровью отделаться не удастся, что битва будет серьезной и очень болезненной.
Предварительное судебное заседание назначили только на начало апреля. Оставшиеся до указанной в повестке даты полтора месяца еще нужно было пережить.
- Судья у нас Молодцова, - расстроилась Грызуля, - Это капец.
- Почему? – удивился Арсений.
Адвокатша ответила коротко и без энтузиазма:
- Падка на театральщину. Любит, когда много разговоров. Сидит в процессах по нескольку часов, даже в самых простецких, где всех разговоров на две минуты. Самодурка. Рассматривает дела долго и скрупулезно. Худший из худших вариантов.
- Так это хорошо, когда скрупулезно, разве нет?
- Не всегда, Сеня, - покачала головой Натэлла, - Когда скрупулезность переходит в волокитство, это не есть хорошо. Она нам все мозги съест, блин!
«Блин», как понял Арсений впоследствии, было наиболее часто встречающимся и нежно любимым Грызулей эвфемизмом.
12.
Бронебойная тактика Натэллы принесла свои первые плоды даже быстрее, чем можно было себе представить.
Через четыре дня после того, как полиция приняла заявление о похищении Стёпки, Еве на мобильный позвонил Олег, стал что-то кричать – Арсению было слышно даже на расстоянии – угрожал и увещевал. Причем именно в такой последовательности: сначала вызверился с применением непарламентских выражений, потом стал запугивать, и в конце вкрадчиво принялся залезать в душу и взывать к совести. Последняя часть особенно умиляла.
Запись разговора – все беседы с мужем по настоянию Натэллы Ева должна была записывать на диктофон – они дали послушать Грызуле.
- Испугался. Подпотели пяточки-то, - обрадовалась она, - Звякну-ка я Гоше, пускай там поднажмут маленько по полицейской части, подпалят ему фитиль в заднице.
13.
Жизнь постепенно вошла в колею, устаканилась.
Ева вернулась в больницу, Арсений – в школу. Вечно сидеть дома невозможно, нужно было чем-то занять себя и мысли, чтобы постоянно не думать о предстоящем суде. Да и деньги сами в карман не прыгали, их перед тем нужно заработать.
В учительской на него больше не косились, но и разговоров затевать не спешили, за что Арсений даже был благодарен. Один только Эрих Аристархович обрадовался ему как родному и тут же, по заведенной между ними двумя традиции, позвал попить вместе чаю на большой перемене.
Первый урок по расписанию был у 5 «А» класса. Арсения даже слегка подташнивало от страха. Он хоть и скучал без «октябрят», но уже порядком отвык от всей этой суеты.
Дети встретили его тепло. Кое-кто лучисто улыбался, самые прилежные ученицы сидели смирно, сложив ручки на парте, готовые к занятиям, хулиганы с задних пар на правах авторитетов развязно поздоровались вслух. Место Стёпки за второй партой левого ряда сиротливо пустовало.
Арсений растрогался и долго не начинал урок, просто стоял, впитывая частички света, исходившие из искренних детских душ. Вот за это он любил свою работу – за возможность отдавать многое – силы знания, время, нервы, и получать взамен, как ни странно, энергию жизни. Дети заряжали его как электрическая розетка.
- Арсений Мироныч, а вы насовсем или опять уйдете? – спросил Эдик Зайцев, сосед Стёпки по парте.
- Надеюсь, что насовсем.
- Это хорошо, - решила отличница Леночка Носова, самая храбрая девочка из класса, и, самую малость смущаясь, добавила: - А то мы по вам соскучились.
- Неужели Валентина Никитишна давала вам скучать?
Класс загудел ульем:
- Да ну!
- Диктантами замучила!
-К доске вызывает!
- Мне две двойки поставила, а я болел просто!
- Ругается, что мы остолопы…
- Она неинтересно рассказывает!
- И шуток не понимает!
Последняя реплика почему-то вызвала особую реакцию: ребятня дружно засмеялась.
- А ты, стало быть, Яковлев, решил над Валентиной Никитишной подшутить? – обратился Арсений к одному из мальчишек «на Камчатке», - Это ты очень неосторожно поступил.
Смех перешел во всеобщий хохот.
- Да блин, ваще, - обиделся Яковлев.
- Не блинкай, - машинально поправил его Арсений и тут же невольно вспомнил Натэллу. Сразу надорвано заныло сердце.
14.
Олег разрешил Еве видеть сына, разборки с полицией все-таки заставили его задуматься над своим поведением и попритихнуть.
Стёпка вернулся в класс, пропустив больше половины четверти, но остался жить у отца. Ева теперь сбегала с работы, чтобы подольше побыть с сыном, как когда-то, совсем недавно, сбегала на свидание к Арсению.
Во время встреч Стёпка вел себя непривычно смирно, жался к матери и стеснялся присутствия Цветкова.
- Он ему на мозги капает, - поняла Ева почти сразу, - Всякие гадости про меня говорит. И про тебя, кстати, тоже.