Безымянные

– Они расстреляли безоружных!

– Да ладно? Мне уже эту газетенку читали, так что лучше смотри.

«Подавляющие меры приняты сегодня утром, после того как рабочие начали стрелять в г-на Свиридова, охрану и управляющих. Как оказалось, они были вооружены армейскими винтовками – «трехлинейками» и карабинами».

– Откуда они взялись? Мы тут точно не причем! У нас вообще таких не было, – выдавая себя, выкрикнула Татьяна и оттолкнула газету.

Тридцать убитых!

– Как – не причем? Тощий их для вас искал. Вот я вашему делу и помог. Нужно оружие – получайте. Полный дом хлама.

– Половина неисправные, – заметил незнакомый седой.

– Что значит – для нас?

– Да хватит ломаться. Стриж знаешь, как разговорился? Ну, ты еще на него поглядишь, – подмигнул черный. – Вот же кретины. А ведь могли и получить свое. Все для этого имели – и людей, и оружие, и доступ. Ну, лучше надо было слушать, раз своих мозгов нет.

– Без плана дерьмово. Не понять, кому что делать, – подтвердил седой.

– Даже шпана малолетняя – и то так тупо напролом не прет. Так только в одном случае могло выйти: если бы и народу было в пару раз больше. И оружия – раз в шесть. Да еще и без цели. Чего хотели-то? Контору вставить?

Все погибли – или погибнут. Теперь всему конец.

– Подожди… Помог? Так ты с нами?

– Ну, ремесло у нас с вами одно, – согласился черный.

– «Грабь да убивай». Тощий так говорил, – заметил рыжий.

– Награбленное грабь, – уточнил черный. Их все явно забавляло. – Да только не люблю я, когда у меня крысят да за спиной крутят. Как Тощий.

Старуха всхлипнула.

– Да, мать, ты все поняла. Из-за этого ублюдка я все еще жду свою десятку… Но тут и девка твоя помогла. Не такая и дура, да?

– Боже мой…

– Что «боже»? Брат – братом, но и свой интерес иметь надо.

– Вот и Колесо так думал, – добавил рыжий.

– Там совсем другое дело.

Старуха осела в углу.

– Ты сказал, что помог нам, – Татьяна все никак не могла додумать то, что ее встревожило.

– Ага. Иначе бы это тянулось вечно. Ничего, свое я верну. Ну что, Танька? Потрепались и хорош. Собирайся. Пойдешь с нами, – черный провел пальцем по ее щеке.

Она дернулась, вскочила, непроизвольно вытирая лицо.

– Никуда я не пойду.

– Тебя кто-то спрашивает?

Рыжий встал, сделал шаг к Татьяне.

– Да оставьте хоть ее, ради Христа! Что, вам там двоих мало – не натешитесь? Или дайте хоть выйти, на срам не смотреть! – выкрикнула старуха.

– Ну ты чего, мать? За нее не бойся. У Тощего твоего паскудная болезнь. Кто же к его шалаве-то прикоснется? Я для другого ее в дело пущу. Забирай, Сухарь. Идем.

Рыжий схватил Татьяну – она вырвалась, плюнула в него.

– Дура, хуже будет, – шепнула старуха.

Так и вышло – ушастый ударил Татьяну кулаком по лицу. Что-то хрустнуло. Она упала, схватившись за нос. Потекла кровь.

Подошел и черный, наступил ей на руку. Татьяна закричала от страха и боли.

– Думала, овраг – это дворец? Нет. Никто не станет с тобой возиться.