Безымянные

– Что, со мной хочешь?

– Если возьмешь.

– Присмотришь за царевной, – Алекс передал ему поводок.

– Ну, я-то присмотрю, – ухмыльнулся Сухарь.

Если Алекс не ошибся, то Тощий не дома. Он должен продолжать мутить что-то наверху.

Дверь его домишки не поддалась – заперта. На за ней кто-то возился.

– Макарка, это я. Чего средь бела дня двери запер? – приветливо спросил Алекс.

Если бы не помогло – выбил бы гребаную дверь и дело с концом, но она приоткрылась. Кучерявая девка с далеко расставленными глазами. Похожа на рыбину. Она и есть та знаменитая потаскуха?

– Позови Макара.

– А он ушел.

– Уже? Ну да. Наверх же собирался.

Девка кивнула. Глядела прямо и с интересом. Не привыкла бояться.

– Что, хозяйка, даже на порог не пустишь?

Тут, конечно, можно было и возразить. Но девка отошла в сторону, пропустила.

Внутри воняло башмаками. Дерьмово жил Тощий. Алекс почти год у него не был, и лучше точно не стало.

Он прошел в кухню, уселся.

– Угостишь?

Девка принялась шарить по ящикам. Сразу видно – не ее дом. Нашла огурцы да бутылку, поставила на стол.

– Ты, стало быть, невеста Макаркина? Татьяна?

Покраснела.

– Неужели он такое говорил?

– А как же. Каждый день о тебе болтает.

Она наморщила курносый нос:

– Я же просила…

– Да чего там – хвалит же. Но мы ему и не скажем, – подмигнул Алекс. – А так – все рассказывал. И про то, как вы встретились, говорил. Про окно. Я не поверил.

– Ну… Я случайно к нему заглянула. Так что правда. А вы…? – опомнилась.

– Друг я Макарки. Иван.

– Вы с ним вместе работаете?

– Ага.

– И как вам? – серьезно спросила девка.

Сразу свой интерес проявила.

– Да дерьмо, – отмахнулся Алекс. – Что повторяться буду – Макар же говорил.

– Нет. Не особо жалуется на своего купца-кровопийцу.

Настолько язык мало кто распускал. Разве что Колесо.

За каждым Безымянным грешки водились. Кто-то копейкой больше, чем нужно, в свой карман отправил. Кто-то кое-что из дома одолжил и не отдал. Кто-то свои личные делишки решал да Алексом прикрывался. Бывало, долги карточные возвращать не хотели да пугали: «знаешь, на кого я работаю»? На такое Алекс закрывал глаза.

Большинство понимало, что есть вещи, которых точно делать не стоит. Но не Тощий.

Однажды шкура всегда ей и останется.

– Он у нас такой.

Алекс потер лоб. Что-то сделать с этой девкой прямо сейчас – плохая идея. Спешить не стоит.

– Ну, будем, – поднял стакан. Она пить не стала. – А когда Макар вернется-то?

– Вот, пора бы…

– Беда с забастовкой.

– Вам и про это Макар говорил?

– Да. Ничего, в другой раз все выйдет.

– И я так думаю. А не хотите прийти к нам? Вместе с Макаром?

– Куда?

– А он и проводит.

– Не знаю, свидимся ли. Уезжаю я по делам купца в деревню.

– Ну, как вернетесь…

Хитра.

– Спасибо, хозяйка, за угощение. Пора мне.

План пока строился.

Царевна тихо бренчала на рояле. Одна. Поводок был привязан к лестнице. Придурок Сухарь, мать его.

– Они там дерутся, – объяснила и показала на потолок.

Алекс прокрался наверх.

Сухарь и Тощий катались по полу.

– О, кто пожаловал, – заметил Алекс дружелюбно, как мог.

Поднялись, тяжело дыша. Молчали да глядели злобно друг на друга.

– И что не поделили?

– Он хотел скрысить оружие, – сказал Сухарь.

– Да нет, говорю же! Сестру я искал.

– В запертой комнате?