Безымянные

Дела в газете шли совсем неплохо. Признаться без лишней скромности – куда лучше, чем в пору редакторства старика Титоренко, которого и сменил Бирюлев.

– Жорж, не мог бы ты мне кое-что объяснить?

Он вздрогнул. Ирина отправилась в гости и не должна была вернуться до вечера – и, уж тем более, врываться с криками в его кабинет.

Что же она узнала? Сразу и не угадать…

– Ты о чем, Ириша?

– О моем доме! Проезжая мимо, я увидела, что туда въезжают люди. Мы остановились, и я вышла познакомиться с соседями, – щеки, покрытые красными пятнами, дрожали, но голос звучал твердо, совсем как у ее отца. 

– Что?

Архитектор сказал, что не въедет до тех пор, пока не вернется семья. Как такое возможно?

– Они сказали, что купили его у тебя.

Черт! Да ведь Бирюлев даже не получил деньги за проклятый особняк!

– Жорж, я жду объяснений.

– Ириша, подумай сама… Как бы я мог его продать? Да и для чего мне это делать? – он говорил на ходу, спеша в коридор. Ирина, впрочем, не отставала. – Я не представляю, что происходит. Но сейчас схожу туда и все выясню. Наверное, эти люди просто ошиблись адресом.

– И взломали замки? Дом открыт!

– А почему ты не спросила сама?

– Ты что, меня не слышал? Я спросила! Они назвали твою фамилию! – вот уже и снова крик. Но так лучше. Это больше на нее похоже и предвещает меньше неясного.

– Ириша, там явно какие-то аферисты.

– Да? Если так, то нам придется обратиться в полицию.

Да, только этого и не хватало. Вот же дерьмо!

Не застегиваясь, Бирюлев припустил вверх по улице, мало походя на солидного господина.

Ирина, разумеется, не обманула. За те несколько часов, пока он не показывался на улице, особняк успел приветливо распахнуть двери. Переезд шел полным ходом.

Расталкивая грузчиков, редактор проник в дом. Искать подлеца архитектора не пришлось – он стоял у лестницы вместе с дамой.

– Что это значит? – отдуваясь, спросил Бирюлев. – Вы, кажется, вчера говорили мне, что не въедете в ближайшее время.

Покупатель и дама недоуменно переглянулись.

– Сюрприз… Она – мне, а я – ей, – архитектор выдавил доброжелательную улыбку. – Однако, признаться, мне не совсем понятен ваш интерес, ведь сделка…

– Вы дважды нарушили наше соглашение, – перебил Бирюлев. – Боюсь, я вынужден буду аннулировать договоренность.

Дама нахмурила красивые темные брови.

– О чем вы говорите? – куда грубее уточнил архитектор.

– Вы до сих пор не рассчитались за дом.

– Что?..

– Простите, но это мошенничество и ...

Дама поднесла ладони к лицу.

– Да о чем вы? Как вы… – взглянув на испуганную жену, покупатель взял себя в руки. – Господин Бирюлев, вы, вероятно, запамятовали, что я выписал вам чек. И произошло это при свидетелях.

Дама силой воли не отличалась.

– Я так и знала, что тут что-то не то… Ты все время подводишь нас, Виктор. Зря мы сюда приехали.

Домашние ненастья бушевали, к счастью, не только в гнезде Бирюлева.

– Анюта, подожди… Господин Бирюлев ошибается. Не желаете ли пройтись, сударь?

– Извольте.

Прошли в гостиную.

– Да что происходит, черт подери?! – зашипел архитектор.

– Вы нарушили условия сделки. Боюсь, мне придется пойти в полицию.

Лучше самому озвучить такой вариант, пока архитектор не пришел в себя и сам его не предложил. 

– Как чувствовал, что с домом неладно. Не может такой особняк продаваться за бесценок. Все, что говорили про этот город…

– Мне срочно нужны наличные. Заплатите мне, а я верну ваш чек. И мы забудем о беседе.

– Да вы в своем уме? Где я возьму такую сумму?

Бирюлев пожал плечами.

– Мы расторгнем сделку, и я найду более законопослушного покупателя.

Архитектор наморщил лоб.

– У меня есть только пять тысяч в банковской ячейке.

Ого! Не у каждого хранятся такие запасы на черный день.

Но что-то подсказывало, что эта сумма вопрос Бирюлева точно не решит. Впрочем, лучше хоть что-то, чем вообще ничего.

– Хорошо. Значит, я верну их вам, когда получу остаток по чеку.