Страница 14 из 320
- Марк, я уверен, ты не хотел бить этого мальчика! Правда, сынок?
- Хотел. Он забрал мою машинку.
- Марк, я думаю, что вы все же помиритесь и станете лучшими друзьями!
- Нет, не станем.
- Марк, сынок, но ведь это пустяк, о котором все скоро забудут, правда, дети?
- Я не забуду.
Несчастный родитель готов был биться головой о стену и рвать на себе волосы. Он, мастер переговоров и король очарования, уверенный в том, что способен найти общий язык с любым человеком, прочувствовать его тайные желания и в нужное время надавить на нужную точку, не мог справиться с собственным отпрыском! Не мог раскусить этот крепкий орешек, пробиться сквозь стену колючек максимализма и убийственной детской честности.
- Марк, сынок, послушай... А ты не думал, почему у тебя совсем нет друзей? - как-то посреди тихого семейного вечера поинтересовался он у сына, сосредоточенно строившего замок из колоды карт. Чего-чего, а умения красиво работать у ребенка было не отнять. Тонкие листы картона послушно выстраивались в замысловатые фигурки и стояли как приклеенные, а Марк точными выверенными движениями сооружал над ними все новые и новые ярусы.
- Нет, не думал, - ответил Марк в своем обычном немногословном стиле.
- Ну, так подумай, - поскрипывая зубами и стараясь не дать зародиться раздражению, подсказал Виктор Игоревич.
Задумавшись на пару секунд, Марк уставился на родителя непроницаемым взглядом угольно-черных глаз.
- Подумал. Они мне не нужны.
Больше всего в своей блистательной жизни Виктор Игоревич ненавидел сыновью манеру разговаривать. Она была сухой, формальной, и он просто не мог придумать, за что же ему зацепиться
- Сынок, но ведь друзья нужны всем! - признанный дипломат не нашел ничего лучшего, как влепить банальную фразу из детских мультиков.
Марк, снова увлекшийся своим занятием, отстранено поинтересовался:
- Зачем?
Левый глаз Виктора Игоревича начал нервно подергиваться. Подобная манера общения подрубала на корню все его ораторское искусство и становилась непреодолимым препятствием на пути красноречия, представлявшего в большинстве своем, набор витиеватых фраз ни о чем.
- Ну-у-у... - задумчиво начал глава семейства, - Друзья нужны для того, чтобы было весело.
- Мне и так весело.
- Но ты не смеешься!
- Когда весело - не обязательно смеяться, ты сам говорил.
Виктор Игоревич шумно вздохнул, все больше понимая, почему его сына так недолюбливают и сверстники, и товарищи постарше.
- Друзья всегда придут на помощь, если у тебя случится беда, - достал он из кармана очередной козырь.
- Для этого есть родители.
"Не факт, не факт..." - вспотевая челом, подумал Виктор Игоревич.
- Друзья нужны в жизни для того, чтобы заводить с ними хорошие отношения! Потому что ничего в мире не дается просто так! Когда у тебя много друзей и знакомых, и со всеми хорошие отношения, они всегда рады помочь тебе! Что-нибудь за тебя сделать! Может быть… Даже все сделать для тебя, - с намеком добавил родитель. Марк был не по годам умным мальчиком, пора было начать раскрывать ему некоторые секреты успеха. А умение "дружить" в шкале ценностей Виктора Игоревича всегда стояло на первом месте.
- Это нечестно, - вновь возразил сын. - Нельзя делать свою работу руками других.
- Сынок, это не всегда работа! Ты даришь людям то, что они хотят - счастье, радость, обещания!
- А обещания надо выполнять, - этой фразой Марк взял да и выбил воображаемый табурет из-под ног Виктора Игоревича. Ибо водился за Казариным-старшим грешок, в котором могли упрекнуть его недруги: он очень быстро забывал о тех заманчивых вещах, о которых вдохновенно пел несколько минут назад. В большинстве случаев ему это сходило с рук, с уважаемыми и серьезными людьми Виктор Игоревич слово всегда держал. Но нередко потрясенные жертвы его обаяния понимали, что ничего из того, о чем он им нашептал, никогда не сбудется. Потому что это была всего лишь красивая песнь легкомысленного соловья, который был здесь так недолго, и улетел, оставив после себя разбитые надежды и тоску по ощущению ушедшего праздника.
- Ну, знаешь, сынок... - прошипел Виктор Игоревич, заливаясь краской, - Вот не ожидал я этого от тебя! Все вы мастера обвинять своих отцов! Конечно, вы лучше, вы честнее, умнее! А почему? Потому что росли в достатке, не заботились о пропитании, о том, где взять кусок хлеба, не мерзли в подворотнях в ожидании тепла! - он так увлёкся, что даже забыл о своем более чем сытом и обеспеченном детстве. Нет, теперь Казарин-старший выступал с позиции обделенных, движимый чувством ненависти к мажорам, у которых было все с самого рождения, просто так и ни за что.
- А ты мерз? В подворотнях?- заметно оживился Марк. Ведь глава семейства никогда не рассказывал о таком, и сыну стало очень интересно, как же его отец справлялся с трудностями, будучи маленьким. Тем более непонятной стала для него реакция родителя, который, громко выругавшись, выбежал из комнаты, на прощанье яростно хлопнув дверью.
Марк грустно вздохнул. Ну как их понять, этих странных взрослых? Маму, которая постоянно придирается, все время дергает его то за плечи, то за волосы и изводит наказаниями. Папу, который говорит словно на другом языке. Воспитателей в саду, усвоивших только одну фразу "Казарин, ты должен уважать своих товарищей!" А как их уважать, если они глупые, противные, и все время норовят укусить побольнее, как только отвернешься.