Следователь

…Фигаро, разумеется, уже видел Франклина Рича на газетных фотографиях и знал, что тот – мужчина немаленький. Но он оказался совершенно не готов к тому, насколько огромным Рич оказался вживую.

Узнав кто такой Фигаро, Рич кивнул и протянул следователю руку. Фигаро сглотнул и протянул в ответ свою, внутренне уже приготовившись сменить правую ладонь на пиратский крюк, но Рич лишь слегка сжал ладонь следователя (тот едва сдержался, чтобы не скривится от боли) и отпустил ее. Рука у дипломата была сухая и обветренная, как гранитная плита. И такая же крепкая.

- Я не понимаю! – пробасил он. – Я приехал сюда, чтобы просить защиты! А эта… Это… существо сидит через две комнаты от меня!

- Хотя, – добавил он уже спокойнее, – весь этот спектакль с оливковой ветвью – чистое излишество. Не более чем ритуал – красивый, но абсолютно формальный. Мы помогаем всем, кто в этом нуждается, вне зависимости от того, в какой форме поступило их прошение.

- Я понимаю, господин Рич, – Фигаро кивнул и, сделав замысловатый пасс руками, телекинезом подвинул к столу мягкое кресло. – И готов предположить, что именно нарушение некоего табу привело к тому, что Вы вынуждены просить защиты здесь и сейчас. Я прав?

…В настоящий момент все они находились в подвальном этаже тудымского Инквизитория, в комнате, напоминавшей рабочий кабинет чиновника высокого ранга: добротная деревянная мебель, широкий письменный стол, два шкафа, набитые книгами, дорогие антикварные часы на стене. Только металлические стены и тяжелая бронированная дверь напоминали, что это помещение – просто бронированная камера для особо важных персон.

Конечно же, Фигаро «гнул пальцы», применяя телекинетик не просто так. Расчет следователя был психологически прост: колдуны гораздо уверенней чувствуют себя в компании коллег. Рич же был колдуном-профессионалом, пусть даже до полного магистра ему было далековато.

- Да, господин следователь, Вы тысячу раз правы, – Рич тяжело вздохнул. – Одна чокнутая ведьма решила, что мои… торговые операции, так сказать, оскорбляют тени ее предков. Ну и решила натравить на меня своего родового духа-охранителя. Вернее, это я так поначалу думал – с призраком средней мощности я бы справился и сам… Дьявол, да я согнул бы его в бараний рог! Однако все оказалось несколько… серьезнее.

Рич с подозрением посмотрел на Фигаро, словно оценивая примерный уровень его компетенции, почесал жесткие черные кудри на затылке, мотнул головой и выпалил:

Глаза следователя превратились в две узкие щелочки. Кровь отлила от его лица; теперь Фигаро напоминал утопленника трехдневной давности.

Рич ничего не сказал, только зло и коротко кивнул.

- Пошли. Сейчас же.

- Да. Я хочу ее видеть.

Френн был бледен, как Смерть, но казался спокойным.

- Открывайте.

- Отлично. Вперед.

По ту сторону одностороннего зеркала была еще одна комната – довольно большая. Выглядела она так, словно ее проектировщик сбежал из желтого дома: темно-серые стены были утыканы ровными рядами здоровенных – в локоть – острых черных шипов. Потолок напоминал на шахматную доску, на которой белые квадраты волею неведомого инженера превратились в мощные алхимические светильники. Дверей следователь не увидел. Из мебели в комнате имелся только один-единственный деревянный стул с высокой спинкой.

На вид ей нельзя было дать больше восемнадцати. Тонкие черты лица, густые длинные волосы цвета ночного неба, умопомрачительная фигура. Идеальные пропорции тела и легкое белое платье, почти не скрывающее грудь, намекали даже не на грубые формы плотской любви, а на нечто большее, запредельно-прекрасное, неразрывно связанное с той чувственной страстью, которой пьянят, в равной степени, улыбка гейши и девичий силуэт за прозрачной оконной занавеской.

В этом лице слились лица всех, кого следователь когда-либо любил.

Точнее, хвостов было семь. Семь пушистых, длинных, белых как снег лисьих хвостов, растущих из основания позвоночника.

- Это… Эта…

- Это стекло… Она точно не может нас видеть?

Девушка улыбнулась и помахала следователю рукой. Фигаро почувствовал, как его сердце рухнуло куда-то вниз, в озеро сладкой истомы. Он провел рукой по щеке – на пальцах остались следы соленой влаги.

- У нас проблемы, Фигаро? – инквизитор заворожено смотрел на существо по другую сторону «непрозрачного» стекла.