Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 30 из 84

 

Время шло, девочки росли, и только я так и продолжала выглядеть ребёнком, хотя мне уже исполнилось пятнадцать. Они, с разрешения сестры Анны, шили себе красивые платья. А я каждый день, в ванной, проверяла - не появилась ли у меня грудь, и каждый день разочаровывалась.

Цветные пряди из волос магиков вскорости исчезли. А у моих волос появился непонятный оттенок, не красный, и не рыжий, какой-то бледно-розовый. В комнате его не видно, но стоит мне выйти на солнце и он тут как тут.

Кто-то из прихожан пустил слух, что не всё прилично с моим рождением, раз я не знаю, кто мой отец, и так сильно отличаюсь от других детей.

Даже сестра Анна как-то заставила меня раздеться и внимательно осмотрела, а сестре Симе, которая пришла - ей пожаловалась Залия, сказала, что искала чёртовы метки. Сестра Сима забрала меня и теперь я больше времени провожу в лекарской, помогая ей.

 

Первый год, после побега Лира, Наталия ждала его, говорила мне, что будут трудности, и он прибежит к ней, назад попросится, но он не вернулся. Она перестала красить волосы, иногда пила вино.

А года два спустя, приехал красивый пожилой господин. Они долго разговаривали в кабинете. Потом он внимательно рассматривал меня, а я сплела руны. После он кивнул мне, и отдал Орловой какой-то конверт.

И она сразу переменилась - стала такой, какой была первое время моего обучения, строгой, требовательной, придирчивой. Заданий стало больше, она требовала чётче выполнять движения руками, и заставила меня учиться писать левой рукой. Иногда она привязывала мою правую руку к телу, и я плела руны одной левой. И запоминать приходилось всё больше и больше.

 

Только недавно она сообщила, что конверт - это приглашение на соревнования среди подмастерьев самых знаменитых артефакторов. Так как они знают умения и таланты друг друга, то за них выступают ученики. Мужчина приезжал проверить смогу ли я участвовать. В прошлый раз погиб один из учеников и теперь плохо подготовленные не допускаются.

Каждое наше занятие Наталия спрашивала не пришли ли у меня женские недомогания, и каждый раз злилась, когда я говорила "нет". Будто я в этом виновата.

 

Хой научил меня драться со стилетом, хотя мне не нравится даже держать оружие в руках, и я упорно отказывалась. Но он этого не понимает. Раз Свир сказал учить - он учит, а я должна терпеть и тренироваться. Он даже учёл то, что я не могу сильно опираться на правую ногу. Но не учёл, что я пользуюсь обеими руками, и однажды пообещал мне, что если я его коснусь, то он прекратит меня "мучить". И я коснулась, перебросив стилет в левую руку, и он отвязался.

 

Комнату я решила оставить, и теперь плачу за неё сама. И продолжаю плести кружева. Мне кажется, что, если я перестану, то мама исчезнет из моих снов. Это глупо, но я не могу перестать так думать. И пусть она приходит лишь в кошмарах, но я её вижу, пусть хотя бы и так.

Хой выполнил обещание и сводил меня в банк, я открыла счёт. Как говорит гном-управляющий, для своего возраста у меня неплохие накопления.

Помня слова Жанны, часть денег я отдаю тем, кто уходит из приюта. Вернее, их отдаёт отец Олег.

 

Мы часто разговариваем с ним, он понимает меня, как никто другой. Ему я рассказываю всё. И лишь рядом с ним я плачу. Он не врёт мне, как другие - не обещает, что всё будет хорошо. Просто даёт мне выплакаться, потом благословляет и говорит: "Терпи, живи и учись."

 

А ещё у нас с ним есть тайна.

Однажды, когда Наталия накричала на меня, я, как всегда, пришла к батюшке. Он меня выслушал, мы с ним поговорили о том, что, возможно, после приюта мне надо будет поступить учиться магии. Он обещал узнать о том, где и чему учат. А когда провожал меня, вдруг сказал:

- Я же просил! Не приходи в храм!

 

Я опешила. Он никогда такова не говорил мне...И тут я увидела девушку, которая стояла возле колонны у дверей.

Батюшка поспешил к ней. Подойдя, о чём-то с укоризной стал ей выговаривать. А я вовсю рассматривала незнакомку. У неё была странная одежда: рубашка и штаны облепляли тело плотно-плотно. Тёмно-синие штаны были сшиты...снаружи. Оранжевыми нитками?! А на рубашке...без рукавов?! Было что-то нарисовано. Её одежда была очень неприличной...И лишь то, что я была в храме, удержало меня, чтобы не сказать на кого похожа женщина, надевающая такое.

Девушка, склонив голову, слушала отца Олега, потом что-то прошептала. Батюшка на мгновение прижал её к себе и отпустил. Она развернулась и пошла к дверям.

- Только не в храме... - попросил отец Олег.

Девушка кивнула, и посмотрела на меня. Я сперва отшатнулась, потом замерла...У старухи-ведьмы были мудрые глаза, у незнакомки глаза...казалось, на меня смотрят мудрость и...пустота, которая стала затягивать меня...Я сделала шаг вперёд, другой...Понимая, что передо мной ведьма, и мне к ней нельзя, я всё же шла. Но она отвернулась и быстро вышла.

Батюшка подошёл ко мне и положил мне на плечи ладони. Серьёзно глядя мне в глаза, он сказал: