Страница 28 из 31
Мама вошла на кухню. За стойкой бара на высоком стуле сидел Алекс, уткнувшись носом в утреннюю газету, и лениво помешивал ложечкой кофе. Он поднял глаза на вошедших и вопросительно улыбнулся.
«Как хорошо, что он в рубашке», – вдруг подумала Эна. В футболке больше бросалось в глаза, какой же он еще худой, несмотря на все ее усилия.
– Познакомьтесь, мой муж... Санни Крауфорд, – выпалила Эна и поправилась: – Александр Крауфорд.
Алекс удивленно взглянул на нее.
– Алекс, это мои родители.
– «А, вот оно что», – понял Эну уже было испуганный, не подменили ли ему жену, Алекс: настолько непривычно было слышать от нее свое теннисное имя.
– Я ВСЕ знаю, – сказала мама.
– У вас что, общая посуда? – мама заметила одну тарелку и две вилки. – Немедленно изолируй его посуду.
Эна закрыла лицо руками и прошептала:
– Мама, это не заразно.
– Мне лучше знать.
Отец тем временем пожал Алексу руку и не удержавшись спросил:
– Тот самый Санни Крауфорд?
Алекс кивнул.
– Я слышал, видел пару раз, впечатляет, но я не большой поклонник тенниса.
И добавил:
– Ну вы, ребята, даете. Так же нельзя. Родители не должны узнавать последними и от посторонних. Как твои родители отреагировали?
– Моих нет в живых. Брат никак не отреагировал.
Алекс совсем забыл об Эниных родителях. Гм, неудобно получилось. А куда Эна смотрела?
От известия, что Алекс сирота, Энина мама смягчилась. Бедный парень, столько несчастий. Но тут же вспомнила, что «бедный парень» взял в жены ее девочку.
– Вам что, обязательно надо было жениться? А что теперь будет с твоей карьерой, Эна?
– С каких пор тебя волнует моя карьера? – Эна явно продолжала давний спор.
– Только я смирилась с выбранной тобой специальностью, ты опять делаешь резкий поворот. Начинать все с нуля! Это мне назло? Или Мартину? – мама осеклась, наверно, не стоит упоминать имя Мартина при Энином муже.
– Мама, я уже не ребенок, я сама могу распоряжаться своей судьбой!
Отец успокаивающе поднял руки:
– Эна, мы с дороги, может, кофе нам предложишь?
«О, – подумал Алекс, – нормальный мужик».
– Даже стола нет, – проворчала мама, попробовала печенье: – Вкусное.
– Я сама испекла, первый раз в жизни, – заулыбалась Эна.
– Сахара многовато. Хотя нет, в самый раз. Никогда не думала, что ты начнешь печь. Ты же готовить не умеешь. – Мама удивленно посмотрела на парня, ради которого Эна научилась печь.
И, между прочим, неплохо! Надо будет ей подсказать кое-что из семейных рецептов. Но опять маме вспомнилась вся горечь ситуации. Счастливым этот брак она назвать не могла.
– Ты думала, что ты делаешь? У тебя даже детей от него не может быть! Внуков не будет!
– Доктор сказал...
– Мало ли что сказал ЕГО доктор. А своей головой подумать? А лучше литературу прочитать о его заболевании, мне позвонить...
– Хорошо, – вспылила Эна, – в конце концов, у него есть брат. Здоровый. Будет донорская сперма. Не чужая. Если захотим.
Алекс хотел было что-то вставить, но не стал, а зажмурился. Отец похлопал его по руке:
– Порядок, дай им еще минут пятнадцать.
После неприятных обвинений, упреков и предсказаний, и правда, минут через пятнадцать мама и Эна успокоились и заговорили спокойно. Алекс не знал, что делать, он предпочел бы вообще исчезнуть. Спрятаться, что ли, куда-нибудь.
– Расскажи-ка мне, за что вон те медали, – выручил его отец, показывая на стену с наградами, которую было видно в дверной проем. Алекс покорно пошел показывать награды.
Эна с мамой о чем-то тихо разговаривали. Алекс перестал прислушиваться и переключился на медали. Потом отец вышел покурить на балкон и жестом пригласил Алекса составить компанию.
– Я тебя прекрасно понимаю, – затягиваясь, сказал отец, протянул зятю пачку, Алекс отказался. – Сам был молодым и влюбленным. Ты хороший парень, это видно. Но. Эна – моя единственная дочь. Пойми и нас, как-то нам по-другому все виделось. Ничего. Это нормально. Дети никогда не делают так, как хотят родители. Хочешь как лучше, а твое упрямое дитя топает своим путем. Даст Бог, сам еще узнаешь.
Отец вдруг улыбнулся:
– Моя Эна и вдруг печет печенье. Чем ты ее взял? Не этим же, – и отец показал в сторону наград. – Значит, было чем. Эх! Не так нам все представлялось. Держись, парень! Поможем чем сможем.
Отец прикурил вторую сигарету и замолчал. Алексу хотелось много ему сказать. Что он любит Эну, что... Не смог. Стоял рядом и тоже молчал.
– Эна, – шепотом спросил Алекс Эну позже, – а они надолго? И где они остановились?
– Они уезжают сегодня, – тихо ответила Эна. – Мартин им позвонил, сообщил. Они и вырвались, на один день буквально. Ох, какая же я свинья, Алекс.
– Ну-ну, – ободряюще потрепал Эну по плечу Алекс и обнял.
– О чем вы там шепчетесь?
Алекс поймал испепеляющий взгляд тещи и испуганно отдернул руку.
Эна захотела проводить своих одна, растерянный Алекс остался дома. Он слышал, как в дверях мама опять взяла прежний тон и говорила Эне:
– …Ты что, не понимаешь? Никакого контакта слизистых оболочек! Не вздумай с ним целоваться! И раздели посуду!
Алекс сидел и тупо ждал, когда Эна вернется. Впал в оцепенение. Мыслей не было. Просто сидел и ждал.