Спасти химеру

– Крошка, а ты знаешь, где папа?

– Да, – ее серые глаза казались бездонными. – Он в подвале.

Стул, на котором сидела госпожа Валлес, с грохотом упал, когда женщина вскочила на ноги.

– Ты! Дрянная девчонка! Как не стыдно врать!

– Тихо, мама, – мальчик взял ее за руку.

Во время этого драматического разговора Трог стоял в стороне и забинтовывал раненую руку салфеткой. Однако, он не пропустил ни словечка. Едва девочка сказала про подвал, Трог молча вышел из гостиной. Мы последовали за ним нестройной толпой, сопровождаемые глухими рыданиями госпожи Валлес, которая едва могла идти, опираясь на руку сына.

Короткий коридор привел нас в просторную кухню, где, в самом дальнем углу, виднелась узкая дверь в подвал. Замок был заперт, но Трог сшиб его, даже не особенно напрягаясь. И стал спускаться вниз, по крутым каменным ступеням

– Свечку бы взял, балбес! – Невен подхватил горевшую у очага свечу и тоже стал спускаться.

Я обернулась. Госпожа Валлес стояла, прислонившись к стене. Казалось, она была готова упасть в обморок. Но несмотря на бледность в лице ее было какое–то странное умиротворение.

Убедившись, что она, вроде, не собирается беситься в припадке, я последовала за мужчинами.

В повале сильно пахло спиртным – судя по мерзостному запаху, то был дешевейший и крепчайший самогон. На каменном полу, в луже розоватой жидкости лежал человек в богатой одежде. Он лежал лицом вниз, на затылке виднелась страшная рана, а чуть поодаль валялся окровавленный топор.

– Он хотел нас убить.

Я вздрогнула и обернулась. На лестнице стоял мальчик, старший сын Валлес.

– Отец в юности служил в отряде Ордена. На деревню неожиданно напали наги, и всех, кто мог держать в руках оружие, мобилизовали. Когда снаружи все стало в тумане и этих пушистых штуках, папа сказал, что это пришли химеры. И что мы все умрем.

– И решил убить собственную семью, – продолжил Невен, – чтобы избавить их от возможных мучений.

– У нас бочка самогона стояла, уже несколько лет… Папа облил нас им. И хотел поджечь. Тогда мама…

– Все ясно, – Невен обнял его за плечи. – Пойдем отсюда.

По каменным ступеням зацокали каблучки – госпожа Валлес спускалась в подвал. Когда она взглянула на труп мужа, в ее лице отразился не ужас и не вина, а лишь скорбь и усталость.

– Иди наверх, сынок, – ласково сказала она.

Мы молча подождали, пока мальчик уйдет. Тогда она сказала:

– Все кончено, теперь вы знаете… Праотцы, мне было так страшно. Я прошу только об одном – пусть позаботятся о детях. Им придется тяжело, когда, – она сглотнула, – когда меня повесят.

– Вы думаете, мы вас арестуем? – воскликнул Невен.

– Вы же из Ордена.

– Да, но… иногда на нас накатывают приступы, – он осклабился, – потери памяти.

– Правда? – она безотчетно теребила выбившийся из прически локон.

– Правда, – резко ответил Невен. – Никто не отнимет мать у ваших детей, потому что сейчас мы все поднимемся наверх, взломаем, наконец, дверь в апартаменты генерала, заберем нужные нам вещи и уйдем. И никогда не вспомним, что спускались в ваш подвал.

– Спасибо. Вот, возьмите, – она быстро расстегнула жемчужное ожерелье на шее и передала его Невену.

– О…

Он ошеломленно засунул его в карман.

– На вашем месте я все–таки подожгла бы самогон, – сказала я. – Тело должно быть похоронено, в земле ли, в огне…

– Да, вы правы, – она кивнула, поднимаясь наверх. – Так и нужно было сделать. Я просто слишком боялась. Не знаю, что на меня нашло.

Я хмыкнула. Похоже, данная взятка помогла госпоже Валлес обрести душевный покой.

– Я любила Фрема. А он любил меня. И детей. Он словно помешался, когда увидел туман и гончих. Проклятый город! Из–за него все рухнуло. Если б только мы переехали отсюда… Фрем все повторял, что Карион проклят. Химеры – это возмездие, месть локхе.

– Локхе – слепая сила, сама по себе она не способна испытывать ненависть или желать отомстить.

Тем более что я точно знаю, как химеры пришли в город и кто их позвал…

– Фрем считал, что это не так. Он сказал, что город построен на крови нежити. Мы относились к ним как к бессловесным, глупым животным. И теперь настал час расплаты. Все жители города обречены.

– С вами все будет в порядке, если не станете выходить из дому. У вас ведь достаточно еды?

– Да, думаю, припасов у нас на несколько лет хватит.

На кухне госпожа Валлес обняла своих детей. Забавно, видимо, ей нужно было совершить маленькое преступление. Дать взятку, чтобы успокоиться и смириться с убийством мужа.

– Побудьте с ребятами, мы сами найдем, где жил Хорак, – сказал Невен.

– Возьмите ключ.

Хозяйка вынула связку ключей из кармана и отстегнула от нее один – довольно большой, с затейливой бородкой.

Поднимаясь на второй этаж, Невен ножом разрезал жемчужное ожерелье на три равных части и отдал мне и Трогу наши доли.

– Трог думает, у нее можно было выманить и больше.

– Да я и этого не собирался брать, – ухмыльнулся Невен. – Но раз уж она сама совала…

– Не будь жадным, – сказала я. – Может, в кабинете Хорака есть деньги. Орден наверняка дал ему средства на войну.

– Трогу нравится твоя мысль. Трог согласен, что обобрать вдову жестоко, а украсть у генерала – святое дело.