Страница 41 из 50
XLIX.
Сначала Эжжи поехала на коне по дороге, ведущей к церкви. Подковы звонко защелкали по мостовой.
Но Ант внезапно заупрямился. Резко встал на дыбы, едва не стряхнув наездницу.
Эжжи усмирила и пожурила коня. Он, извиняясь, попыхал ноздрями. И замер как вкопанный, а точнее – как завороженный.
Девушка почуяла неладное.
В полутьме перед конем заколыхалось бурое облачко тумана. Повеяло запахом серы. Раздался тихий гул – как бы от плотно закрытого чайника, почти готового закипеть.
Не дожидаясь очередного видения, Эжжи развернула Анта, который – хвала Небесам! – при звуках ласкового голоса хозяйки быстро пришел в себя и тревожно-жалобно заржал, пытаясь рассказать о чем-то.
К сожалению, Эжжи легко догадалась, о чем именно.
Однако, девушка тотчас решила забыть о новой встрече с призраками. И друзья понеслись к ближайшей осиновой рощице. А затем и сквозь нее – куда глаза глядят!
Легкомыслие не всегда порождается природной глупостью. Иногда и нормальный ум пытается защитить себя от лишних внешних воздействий, заставляя хозяина на время забыться в упоении свободой, волей и радостным полетом.
Словно на крыльях легкомыслия, Эжжи летела на Анте – вперед, во тьму лесов!
Всадница не особо присматривалась к дороге, почти что грезила наяву: О, мы сможем достичь желтого лунного мира, пронзив фиолетовый мир ночи земной!
Красотка поглядывала на то и дело выныривающий из-за черных туч желтый диск, лишь слегка подтаявший с одной стороны. На линии убывания колебался белый пар, как будто луна тоже дышала холодным воздухом осени.
Эжжи ощутила себя невероятно счастливой: она, Ант и луна – едины в чувствах на гулком ночном просторе!
В сердце красотки вдруг зазвучала старинная песня, которую часто певала ее мать.
Спи, старинный дом! Спи, волшебный сад!
Никогда уже не придет назад
Ваш герой мечты, ваш любимый сын –
Он погиб в бою, он рожден иным!..
Не узнает мать, не поймет отец,
Что младенец-внук – это сын-боец,
Что явился вновь с именем другим
К брату – в сыновья! – их убитый сын!
Только конь заржет, только стает дым –
Желтый сон луны станет всем чужим.
Спи, старинный дом! Спи, волшебный сад!
Знает правду тот, кто пришел назад!..
В песне, конечно, были неясности, а также и пробелы по части логики – той четкой логики, которую преподавали в Кэрской школе.
Если «Никогда уже не придет назад», то почему «Знает правду тот, кто пришел назад»? Явное противоречие!
Как влияет исчезновение дыма и ржание коня на то, что сон луны становится чужим для всех? И о каком дыме речь? Откуда он? Из печной трубы? Или – часть тумана?..
Но Эжжи с рождения привыкла к странностям народных песен. И потому преспокойно оставляла некоторые вопросы без ответа.
Увы! Даже то, как старательно красотка пыталась избежать точных знаний о своем даре, отчасти объяснялось низким происхождением.
Знать поколениями твердит потомкам истину: «Предупрежден – значит, силен!» А вечно испуганная чернь втолковывает детям: «Слишком много знаешь – быстро помираешь!»
Даже недалекая Мадли Хаш, обрети она дар подруги, пожелала бы выведать всё, что только возможно. Чтобы обезопасить себя. Потому что, несмотря на мягкосердечие, Мадли – прирожденная аристократка, предки которой из века в век не только выживали сами, но и сживали со свету всех, кто вставал или мог бы встать на дороге их безудержных желаний.
Скача на радостном Анте и мысленно слушая любимую песню матери, Эжжи неожиданно осознала всё это. И теперь мучилась вопросом: стоит ли рискнуть и, действуя как истая дворянка, вытянуть из лекаря всю правду, которая вполне может обернуться кошмаром?..
Пробудившись от раздумья, Эжжи заметила, что Ант несется по той же дороге, на которой девушке примерещилась встреча с брошенным любовником.
Граница владений! Ах, хитрый конь! Домой собрался!
– Ант! Ну-ка, стой, негодник! – воскликнула Эжжи, смеясь. – Я ненадолго задумалась, а ты, хитрец, решил домой удрать?! И когда свернул-то на нужный путь?! Когда успел?! Ну-у? Чем тебе не угодила новая конюшня?.. Убедил, ладно! Буду чаще на тебе кататься! Только не хитри больше, Ант! Не смей везти меня в сторону дома! Дом – далеко! И, понятно, что я замечу подвох раньше, чем ты доберешься до родины!..
Уверенная, что конь ею убежден, потому что Ант вел себя тихо-смирно, помалкивал и перебирал ногами, смущенно топчась на месте, Эжжи повернула друга обратно.
Сердце ее сжалось от дурного предчувствия. Но красотка внушительно произнесла, обращаясь к самой себе:
– Беспричинный страх – просто чепуха!
Но вдали, среди дубов и вязов, озаряемых чуть подтаявшей луною, тенью замелькал силуэт рыцаря на коне.
Рыцарь появляется – и тает во тьме. И вновь стал заметен силуэт – и вновь пропал из виду...
Господин Лайм, вы ли это?!
Ах, если бы еще знать: во сне я сейчас или же наяву?!