Страница 24 из 50
XXVIII.
Что ж! Отдохнули немного в гостеприимном клоповнике – пора собираться в путь!..
Пока кучер и охрана готовят лошадей и карету к выезду, Эжжи завершает утренний туалет.
Маленькая прислужница уже помогла барышне омыть лицо. И теперь занялась шнуровкой платья госпожи.
Эжжи вздумала нарядиться в платье из темно-зеленого бархата. Красотка сшила его сама, по личной задумке. Всего месяц назад.
Платье – не модное, зато – особенное. По крайней мере, Эжжи надеется, что это так.
Восемь отворотиков-полуовалов обрамляют горловину – четыре спереди, четыре со спины. На каждом отвороте закреплена крошка-роза из того же бархата. И хотя зеленые розы едва заметны на зеленом же фоне, платье от них становится более романтическим.
В лиф вшиты самодельные чашечки для грудей. Это избавляет Эжжи от корсажа или от корсета. Она ненавидит и то, и другое, хотя и носит временами, словно делая тайное одолжение портнихам.
Длинные рукава-буфы на запястьях стянуты и обрамлены волнами белого дахского кружева.
Грудь очерчена тканью со всем тщанием. А со спины платье напоминает плащ вольного кроя. И спереди, сразу же из-под лифа, бегут широкие вертикальные волны.
Подол платья весьма широк. Он обшит двойной бархатной лентой, усеян зелеными розочками и украшен белоснежным кружевом.
Под платье Эжжи натянула юбку и панталончики – из тонкого батиста. И подвязала лентами крест-накрест чулочки из ласкового шелка.
В карете будет тепло и душно – незачем влезать в колючие шерстяные чулки!
Черный плащ, полусапожки из телячьей кожи и ажурные перчатки довершили наряд красотки...
Собравшись, Эжжи выглядывает в окно.
Карета почти готова. Делец топчется подле нее, проверяя, удачно ли запряжены лошади.
Щепка, отколовшаяся от прогнившей рамы, вцепляется в кружево на запястье. Девушка осторожно высвобождает кружево, стараясь не испортить вычурный рисунок вязки.
Взор Эжжи случайно скользит – налево и вниз.
С третьего этажа красотке отлично видно: вышедший из трактира мужчина – в синем камзоле и длинных нешироких штанах из коричневой кожи – необычайно хорош собой!
Брат Эжжи в шутку именует таких мужчин «слишком чистокровными жеребцами».
Даже Торс Гривн, по-своему красивый и необычайно крепкий, не выдержит сравнения с незнакомцем, на которого глядит сейчас Эжжи, затаив дыхание от восторга.
Широкоплечий и крепкобедрый брюнет с прической, точь-в-точь как у Торса, – короткие волосы и треугольнички на висках, делающие светло-оливковое лицо безмерно мужественным! – брюнет накидывает на себя широкий черный плащ, завязывает его шнуры под горлом, вправляет концы шнуров в пазухи-защипы, что на воротнике камзола.
Трактирщик Сонтэл выбегает следом и протягивает господину шляпу – видимо, позабытую.
Черная ромбовидная шляпа с узкими полями и высокой тульей, обернутой черными витыми ремешками, удерживающими золотую медаль-орла по центру – надо лбом, – эта шляпа вызывает у Эжжи смутное воспоминание.
Кажется, отец как-то раз описывал такую странную шляпу. Если девушка ничего не путает, эта шляпа – подарок от принца знатному человеку за особые заслуги перед королевством!..
Сонтэл спешит к конюшне и вскоре выводит к вельможе того самого вороного кареглазика, который приглянулся Эжжи накануне.
– Господин Лайм, ваш Мэржи всем доволен! – кричит трактирщик на весь двор, почему-то называя красавца в редкой шляпе всего лишь «господином».
Быть того не может, чтобы принц приблизил к себе середняка! Все знают, как разборчив наш принц! Даже самая прекрасная женщина должна иметь весомый титул, чтобы быть замеченной его высочеством Хенри!
– Спасибо, Сонтэл! Вот тебе – за услуги! – Господин Лайм бросает мешочек с деньгами в загребущие руки трактирщика. – Дней через пять я поеду обратно, Сонтэл! Смотри же, чтобы моя комната не оказалась занята!
Пока трактирщик уверяет господина Лайма, что нужная комната всегда ждет лишь его светлость, Эжжи морщится от досады: какая же она глупая, что не догадалась вовремя спуститься вниз!
Ведь трактирщик все-таки назвал красавца «ваша светлость»! Вполне можно было бы дать шанс на знакомство с ней, с Эжжи, такому крепкому и, видимо, весьма знатному господину Лайму!
А теперь вот: тот уже сел на милягу Мэржи! Уже оправил меч и шляпу! Уже...
О! Брюнет словно бы почувствовал любопытный и жадный взгляд девушки!
Гарцуя на коне, мужчина вскинул голову и уставился на красотку блестящими черными глазами. Не то глаза господина Лайма – узки от природы, не то это всего лишь – хитрый хищный прищур?!
Сердце Эжжи заколотилось часто-часто. Дыхание перехватило, точно неотразимый господин Лайм уже сжал девушку в объятиях.
А ведь тот – только всмотрелся в личико Эжжи. И на пару секунд растянул узкие губы в насмешливой улыбке.
Эжжи бездумно поднесла руку к губам. Господин Лайм кивнул красотке – и поскакал со двора.
Девушка внезапно почувствовала себя так дурно, словно ее только что ограбили подчистую – украли все нужные вещи, и оставили совершенно ни с чем!