Страница 16 из 136
— Та-ак, приехали...
Ну вот и то, о чем он только сегодня думал. Недолго она терпела, хотя другие выдавали себя и того раньше. Пуговички сменились темнеющими пистолетными дулами, малюсенькими, но угрожающими из-за своего количества. Все, начинается бред.
Женька хотел соскочить с подоконника, но Кристина это сделать не дала. Она отставила бокал и подалась вперед, отчего неприятная ассоциация с оружием исчезла, а грудь Кристины почти коснулась Женькиной футболки.
— Зай, ты чего? Я же не собираюсь тыкать в тебя пальцем: познакомьтесь с женихом. Мы друзья, и мне казалось, у нас все ясно и так: встречаемся, если хочется и чешется, живем на две квартиры, на этом все. — Ее палец побежал по контуру милой, но странной татуировки на Женькином запястье: полураспустившийся цветок на колючей головке. Чертополох. — А юбилей папы... Ну не виноватая я, что ему стукнуло пятьдесят пять! Думаешь, будет нормально, если собственная дочь проигнорирует торжество?
— Иди одна. Я-то там зачем?
— Для меня. А если за мной будут ухлестывать всякие-разные? — Голос Кристины начал опускаться, как и ее пальцы, скользнувшие к поясу на джинсах Женьки. — Не ревнуешь? Нет? А если они захотят сделать вот так? — И ладонь Кристины замерла в районе его паха, чтобы через секунду по-хозяйски сжать это место.
Тело Женьки отреагировало до обидного молниеносно, джинсы стали ощутимо тесными.
— И да, зай, «резинка» тебе больше не нужна: я поставила спираль.
В карих глазах Тины заплясали голые бесенята, ее юбка с легким шуршанием осела на пол. Женька увидел, что ниже талии из одежды на ней только чулки, а полностью бритый лобок выглядел, как всегда, бесстыдно-вызывающе. Когда она успела снять трусики? Неужели еще в прихожей, только войдя в квартиру? И все это время готовилась к предстоящему разговору, для чего и задумала этот простой, как доска, маневр?
Как же хотелось обломать ее и отстраниться, уйти в комнату!..
Но вместо этого Женька спрыгнул на пол, так что стал еще ближе к телу Кристины, и поцеловал ее. Сильно, даже болезненно, намеренно прихватывая зубами губы, грубо сжал ее грудь под тканью блузки, а потом шлепнул раскрытой ладонью по ягодице Кристины. И еще раз, чуть сильнее, едва она застонала в ответ.
Все, свернутая внутри него пружина развернулась до отказа. Женька дернул с себя джинсы вниз, в буквальном смысле разложил Кристину на столе (хорошо, что посуду они успели убрать) и резко вошел в нее. Вот так. Так. Еще глубже. Чтобы стать одним целым; чтобы чувствовать ее раскрывающуюся нежную кожу, влажную и теплую; чтобы казалось, будто достаешь до горла. И опять хлопнуть ее по попе, почти не гася удар, потому что это простое движение распаляет Кристину больше самых тонких ласк. Выплеснуть пару грязных ругательств, а вместе с ними и раздражение от навязанной поездки. Когда же Тина не сможет сдержать свои крики и станет корчиться под ним, не дать ей насладиться оргазмом, а продолжать двигаться, грубо, жестко. И потом кончить самому.
— Я правильно поняла, зай, что это означало «да»? — Пальцы Кристины вытерли мелкие бисеринки пота с Женькиного лба. — Пошли в душ. Вечер только начинается.