Страница 58 из 227
- А какие у меня основания верить вам, мадемуазель? – холодно сказал Михаил, устремив на нее немигающий взгляд. – Александр, хотя мы знакомы не первый год, до сих пор никогда не упоминал о том, что у него есть сестра. Да и княгиня Софья Петровна, на моей памяти, ни разу не вспоминала о том, что у нее есть дочь.
У Кати вытянулось лицо.
- Неужели это действительно так… - тихо проговорила она.
Боль, отразившаяся на лице девушки, была такой явной, что Михаил невольно внимательнее взглянул на нее.
- Я сожалею, если обидел вас, - продолжал он, слегка смягчившись, - но вы расскажите мне всю правду и тогда посмотрим, смогу ли я вам поверить. Где вы жили до сих пор, возможно, воспитывались в монастыре? И каким образом, если вы действительно княжна Шехонская, оказались в карете содержательницы борделя?
- Ах вот что вас смущает больше всего, - Катя надменно улыбнулась, мысленно молясь, чтобы щеки не вспыхнули опять. – Это просто случайность. Если вам любопытно, я могу рассказать.
- Сделайте милость, - кивнул собеседник, отпив глоток из бокала, и поудобнее устроился в кресле. – Если я удостоверюсь, что вы именно та, за кого себя выдаете, то последующая беседа пойдет значительно легче.
- Я именно та, за кого себя выдаю, - Катя гневно сверкнула глазами. – И о том, что представляет из себя мадам Канижай, я узнала только приехав сюда, со слов Александра. Я ехала в Москву…
- Откуда, позвольте узнать?
- Из-под Новгорода. Я живу в поместье моего отца, селе Вольногорском, если вас это интересует. В пути у меня сломалась карета, и мадам Канижай предложила подвезти меня. Она была очень любезна, да и выглядела благовоспитанной дамой, так что у меня не было никаких оснований не доверять ей. Но и выхода тоже не было.
Бахметьев скептически приподнял бровь:
- Не понимаю. Вы что, ехали одна?
- Нет, разумеется. Со мной была моя гувернантка и люди.
- Что же с ними сталось, позвольте полюбопытствовать?
Катя ответила не сразу.
- Они погибли.
- Час от часу не легче! – откинувшись в кресле, Бахметьев с видимым изумлением уставился на девушку. – Да с вами не соскучишься, милочка.
- Ну все, довольно! – Катя резко поднялась. – Я не ярмарочный Петрушка и не собираюсь выворачиваться наизнанку ради вашей забавы.
С этими словами она направилась к двери, но гвардеец, быстро поднявшись, удержал ее за локоть.
- Екатерина… Юрьевна, простите, если снова обидел вас, но поймите и вы меня. То, что вы рассказываете, больше похоже на французский роман, чем на реальную историю.
Катя осторожно высвободилась, плотнее запахнувшись в покрывало, и остановилась, глядя в лицо юноши.
- Это означает только одно, сударь, - холодно отозвалась она, - что у вас на редкость мизерный жизненный опыт.
Михаил засмеялся:
- Ну хорошо. Оставим в покое скудость моего жизненного опыта, кою я горестно оплакиваю. Есть очень простой способ удостовериться в вашей правдивости.
Катя невольно напряглась, следя настороженным взглядом за молодым человеком. Подойдя к письменному столу, он взял стоявший там колокольчик:
- Я звоню и вызываю прислугу, идет? Ведь люди должны знать, кто вы такая?
- Звоните, - фыркнула Катя. – Только я сомневаюсь, чтобы кто-нибудь пришел. Что-то они не очень торопились прийти, когда мне нужна была помощь.
Михаил пожал плечами:
- Вы их не звали, вот они и не пришли. К тому же, Александр отпустил их, когда больше не было необходимости в их услугах. Они, должно быть, спят, и ничего не слышали.
С этими словами он потряс колокольчиком и его нестройный звон показался особенно громким в тишине спящего дома.
Ждать пришлось несколько минут, в течение которых Катя и Михаил молча сидели в креслах. Наконец дверные створки распахнулись, и на пороге с поклоном появился Егор, тот самый лакей, которого Катя накануне вечером встретила при входе в дом. Видно было, что он одевался второпях, да и выглядел заспанным, но поклонился очень почтительно:
- Чего изволите, барышня?
Катя улыбнулась:
- Егор, представь меня этому господину.
Лакей непонимающе кашлянул, не зная, как воспринять слова молодой госпожи. Но, рассудив, что ничего невозможного от него не требуют, развернулся к Михаилу и объявил с достоинством завзятого церемониймейстера:
- Ее сиятельство княжна Шехонская Екатерина Юрьевна.
Михаил многозначительно покачал головой и, выдержав паузу, произнес:
- Благодарю, любезный. А теперь постарайся разбудить Александра Юрьевича и привести его сюда.
Лакей вопросительно посмотрел на Катю, но видя, что она не возражает, поклонился и отправился исполнять поручение.