Страница 145 из 227
- Закрытое заседание палаты лордов объявляю открытым!
Аргамаков негромко рассмеялся.
- Ну и что это сейчас было? – холодно сказал Михаил. – Что за дешевый балаган?
- А ты предпочел бы трагедию со смертоубийством? – отозвался Александр. – Не будет этого, я уже сказал.
- Это не тебе решать.
Усевшись за стол, Александр откупорил бутылку вина и разлил его по стаканам. Бухвостов и Аргамаков присоединились к нему.
- Бахмет, иди к нам, - позвал Аргамаков, кладя на стол шпагу Щербатова. – Выпей и успокойся.
- Идите вы все к черту, - отозвался Бахмет.
- К черту, так к черту. Но сначала выпьем за благополучный исход драмы, - ухмыльнулся Бухвостов, чокаясь с друзьями.
- Вот только финал драмы придется прописывать самим, - сказал Аргамаков. – Какие будут идеи, господа? Я все-таки предлагаю выпороть. Так сказать, чтобы ускорить процесс раскаяния.
- Еще одно слово, - подал голос Щербатов, - и я задушу тебя голыми руками, Аргамаков. Имей в виду.
Сидевшие за столом гвардейцы покосились на юношу.
- Он так ничего и не понял, - подытожил Александр, ставя на стол опустевший стакан.
- Да где ж ему понять? – возразил Бухвостов. – Он же еще того… дитя малое.
- Ладно, - сказал Александр, поднимаясь. – Разговаривать я все равно буду не с ним.
Став рядом с Михаилом, он оперся о подоконник и пристально посмотрел в замкнувшееся лицо друга.
- Бахмет, это не выход, - помолчав, негромко сказал Александр.
- Почему это? – глухо отозвался тот.
- Потому что Катя не простит тебе еще одной смерти. Ты забыл, что было с ней после того, как ты убил Леднева? Хочешь окончательно сделать ее несчастной, чтобы она жила под тяжестью еще и этого греха?
Губы Михаила дрогнули, и он с горечью покачал головой:
- Я никак не думал, что ты способен на такой бессовестный шантаж.
- Шантаж? Это не шантаж, друг мой, это правда. И ты поймешь это, когда остынешь и немного подумаешь.
- А ты когда поймешь, что это невозможно? Что же мне, прощать каждого наглеца, только для того, чтобы не огорчать Катиш?
- Не передергивай, Бахмет. Не каждого. Но моя сестра вполне способна сложить два и два и понять, что именно она причина вашей дуэли. А зная тебя, я заранее уверен, что первой кровью ты не удовлетворишься, и что поединок будет продолжаться до тех пор, пока один из вас не отправится на тот свет.
Все в комнате молчали, прислушиваясь к тихому разговору, когда снова раздался голос Щербатова:
- Не понимаю, почему вы все уверены, что это буду я?
Никто не отозвался на его слова, точно не слыша. Александр и Михаил по-прежнему смотрели друг на друга.
- Ты ее любишь? – совсем тихо, так что услышал лишь Бахмет, спросил Александр.
Михаил отвернулся.
- Ты не вправе задавать мне такие вопросы.
- Не вправе, да. Но я никому не позволю сделать мою сестру несчастной. Такое право у меня есть. Ты знаешь, что произошло с ней по дороге в Москву?
Михаил помолчал, потом нахмурил длинные брови, припоминая:
- Кажется, Катиш говорила о том, что ее люди погибли. Ты это имеешь в виду?
- Именно. Двое слуг, гувернантка, потом один сельский священник, который пытался помочь ей. А на следующий день после того, как она приехала сюда, ты убил Леднева.
Михаил изумленно взглянул на него и медленно покачал головой:
- Я ничего об этом не знал. Катиш никогда не рассказывала. Отчего погибли все эти люди? Ты мне расскажешь?
- Расскажу в свое время, - терпеливо сказал Александр. – Сейчас скажу только одно: в гибели всех этих людей Катя винит себя. И не без оснований. И в смерти Леднева она тоже себя считает виноватой. Теперь ты понимаешь, что произойдет с ней, если ты убьешь Щербатова?
Михаил долго молчал. Молчали и все остальные, не представляя, к какому решению он придет. Наконец он поднялся, отодвинул с дороги Александра, и взял лежавшую на столе шпагу. Гвардейцы недоуменно наблюдали за тем, как приблизившись к Щербатову, он бросил тяжелый клинок ему на колени, а потом отпер и распахнул дверь. Щербатов взял шпагу и растерянно поднялся.
- Можешь быть свободен, - холодно сообщил ему Михаил.
Щербатов оторопело посмотрел ему в лицо, неловко вложил шпагу в ножны и шагнул к порогу. Обернулся, постоял немного, словно не решаясь уйти, но поймал хмурый взгляд Александра и все-таки вышел в переднюю.
Когда денщик Михаила захлопнул дверь квартиры за ушедшим гостем, все вздохнули, словно исчезло сковывающее их напряжение.