Атомный чародей

Комментарий к Новое Время III

Gloria Mundi - лат. слава мирская

========== Новое Время IV ==========

Максим вышел на террасу, вдохнул свежий соленый воздух, разбавленный морским бризом. Крики чаек, шум прибоя, теплое июльское солнце навевали приятные мысли. Если бы ветер не гнал тучи со стороны моря, предвещая шторм, то погоду можно было бы назвать чудесной. Остров Танедд никаким, собственно, островом и не был — он представлял собой достаточно крупную скалу, можно сказать, небольшую гору, отдельно стоящую в море и соединенную мостом с материком. Она напоминала формой Медведь-гору в Крыму, правда, повернутую «мордой» к берегу. У ее подножия стоял дворец Локсия, выше — Аретуза, где и находился Макс, а на самом верху — старый, заложенный еще эльфами дворец Гарштанг. Именно там и происходили заседания Капитула и Совета Чародеев, балы и приемы, интриги и интрижки, скандалы и сплетни, а временами и важные исторические события. Словом, важный центр общественного бытия чародейского сообщества. Вся скала была испещрена тоннелями, многими ярусами террас, мостиков, садов и зданий, утопленных прямо в скальную породу. Чем-то это напоминало небезызвестный остров Санторини.

Макс облокотился на мраморный бортик. Он раздумывал о вчерашнем разговоре с Трисс. Ему казалось, что он все-таки смог убедить ее в правдивости своих слов, в чем не испытывал окончательной уверенности. Сама ситуация, в которой он оказался, выглядела как какой-то бред в низкопробной литературе про попаданцев.

Но все же он здесь.

«А вдруг я тоже персонаж какого-то похабного рассказа? Это многое бы объяснило», — мысленно сказал сам себе Максим и улыбнулся еще большей абсурдности такой гипотетической ситуации.

После того, как он открылся чародейке, парень чувствовал себя превосходно. По крайней мере, теперь есть хотя бы один человек, с которым можно поговорить откровенно. В прошлой жизни ему не нужно было никем манипулировать, врать, дурить мозги, но ситуация сложилась так, что делать это, безусловно, придется, и чуяло его сердце, что в будущем его ждет еще бо́льшая паутина из интриг, лжи и заговоров. В глубине души он опасался войти во вкус, почувствовать азарт, увлечься. В противном случае, ему будет уготована судьба Ягами Лайта из бессмертного аниме Death Note.

Макс еще раз взглянул на белеющие мрамором стены и террасы Аретузы. Мысли унеслись от насущных дел в прошлое. Ему вспомнилась его поездка в Грецию. Бывшая девушка сделала кучу фоток для Инстаграма на фоне белоснежных домиков Санторини. Как давно это было, словно в другой жизни. Вспомнил он и о родителях.

«Наверное, они считают меня погибшим», — он вздохнул, почувствовав угрызения совести из-за страданий любимых людей, потерявших сына.

«Зато этому дураку Куперу сейчас наверняка светит серьезный срок. За то, что не придерживался техники безопасности», — позлорадствовал Макс.

Отогнав от себя приступ ностальгии, он начал обдумывать грядущий день. Сегодня его ожидали два больших события — встреча с главой Капитула Тиссаей де Вриэ и ежегодный бал.

От встречи он ожидал скепсиса, длинных и нудных расспросов, сарказма, недоверия и настороженности. Задачей стояло расположить к себе Тиссаю, а возможно, и других членов Капитула. Впрочем, был один козырь. Как бы абсурдно это ни звучало, но козырем предполагался его iPhone. К счастью, Максим знал физику и сумел придумать, как, используя магнитную индукцию, зарядить его батарею по принципу беспроводной зарядки. Он надеялся, что Тиссая поверит ему после демонстрации техники из другого мира. Как минимум, учитывая то, что слова — это просто слова, а вот «артефакт» — совсем другое дело.

Вечерний бал был событием более важным. Макс собирался произвести впечатление на искушенную публику. По словам Трисс, ему суждено было стать диковинкой и своего рода сенсацией. Она не раз говорила, что ему следует вести себя сдержанно, а иначе его просто заклюют. Молодому человеку нужно было привлечь к себе внимание, прощупать почву на предмет потенциальных сторонников. Другим приятным дополнением было обилие красивых раскрепощенных чародеек. К сожалению, от Трисс не поступало каких-то однозначных сигналов, несмотря на все намеки и слова. «Видимо, она зациклилась на ведьмаке», — решил Макс. Ну и пусть. Дружба и общие с ней дела вполне его устраивали.

К слову, среди потенциальных сторонников числились Йеннифер из Венгерберга, Радклифф из Оксенфурта, Шеала де Танкарвилль, Истредд из Аэдд Гинваэль, Доррегарай из Воле и Хен Гедымгейт.

«Почему именно они?» — задавался вопросом Макс.

С Йеннифер было все понятно: она близкая подруга Трисс, к тому же имеющая с ними общие цели относительно Цири. Сейчас, конечно, рано было о чем-то с ней говорить, так как она еще не побывала в Элландере и не встретила девочку. Но почву прощупать можно.

Найти выход на Шеалу де Танкарвилль, талантливую, влиятельную, уравновешенную чародейку из Ковира, будет сложнее, на банкетах она не завсегдатай. Но на почве обмена знаниями контакт установить возможно, а прагматичность чародейки дает шанс наладить с ней выгодное сотрудничество. Главное — не допустить, чтобы Шеала стала частью ложи. Именно попав под плохое влияние Филиппы, она пошла, а вернее может пойти на убийство королей, включая своего суверена.

Радклифф из Оксенфурта — один из самых влиятельных и уважаемых волшебников, де-факто глава Совета Чародеев, советник короля Аэдирна. Привлечь его на свою сторону значит привлечь множество других чародеев. К сожалению, в книгах он погиб во время танеддского бунта. Впрочем, о его характере и мотивациях было мало чего известно.

Истредд — бывший любовник Йеннифер, тоже признанный и уважаемый маг. Пусть они и расстались, Йеннифер с ним осталась в неплохих отношениях. И если привлечь ее на свою сторону, то с ним также можно будет наладить сотрудничество.

Доррегарай из Воле — чародей-гринписовец. Честный, способный, презирает лицемерие, царящее в братстве чародеев. Явно недоволен сложившимися порядками, на чем можно будет очень осторожно сыграть и, возможно, привлечь его на свою сторону.

И, наконец, Хен Гедымгейт. Самый старый из ныне живущих чародеев, архимагистр, ректор мужской школы волшебства — Бан Ард, ребенок первых поселенцев, исток. Проблема в том, что в книгах он был показан уставшим от жизни и весьма политически инертным. Как найти к нему подход, Максим не знал. Можно попробовать разговорить его и помочь пролить свет на тайну появления людей в этом мире. Привлечь его на свою сторону, уговорить вступить в тайную организацию, задуманную Максом, было нереально, тем более что жить старому чародею осталось не так долго. Из-за злоупотребления фисштехом, местным кокаином, его сердце просто не выдержит. Но вот завоевать его симпатию, получить доступ к его знаниям — это было целиком возможно.

Его размышления прервал стук в дверь. Это была Трисс.

Чародейка надела темно-голубое платье с высоким воротником, вышитое серебром и украшенное вкраплениями жемчужин.

— Потрясно выглядишь, Трисс, — сказал он.

Она аккуратно оглядела его с головы до пят.

— Ты тоже, — загадочно улыбнулась она. — Какая у тебя необычная одежда… но выглядит элегантно. Если твоей целью было привлечь к себе внимание, то знай, ты ее достигнешь. А знаешь что? Ты выглядишь как внебрачный сын Йеннифер, весь в черном и белом, — пошутила Меригольд.

Парень давно уже смекнул, что здесь, как и в историческом средневековье, одежда имеет громадное значение. По одежке тут не только встречают, но и провожают. Словно она играет роль «цветовой дифференциации штанов». Достаточно одного взгляда на то, как человек одет, и можно понять, к какому сословию он принадлежит. На Максиме был смокинг, пошитый на заказ по его экскизу краснолюдскими мастерами — черный двубортный пиджак и брюки, с белой рубашкой и остроносыми туфлями из телячьей кожи в английском стиле, а на шее красовался черный галстук-бабочка. В этом мире такой одежды не знали, поэтому на фоне чародейской братии, в массе своей подражающей в костюме местной аристократии, он будет выглядеть как белая ворона. На это и был расчет. Поверить в то, что человек — пришелец из другого мира будет легче, если и выглядеть человек будет иначе, чем остальные. Поэтому внешний вид должен был подчеркнуть его инаковость. Одеждой дело не ограничилось. На днях Максим постригся: коротко выбрил виски, но оставил челку и уложил ее назад с помощью специальной пудры. Такая прическа называлась «андеркат». Для местных она тоже выглядела необычно. Чародеи или брились налысо, или носили длинные волосы, а знать предпочитала короткие прически, тем самым подчеркивая, что они, в первую очередь, воины.