Атомный чародей

— Я воспринимаю это как комплимент, — сказал он.

— Да уж, а говорят, что только женщины хотят щегольнуть платьем и фигурой, — захихикала она. — Ну что, ты готов?

— Готов, — кивнул ей Макс

— Надеюсь на это. Разговор тебе предстоит не из легких, — чародейка вздохнула.

— А тебя рядом со мной не будет?

— На аудиенцию пригласили только тебя. Глава Капитула — особа чрезвычайно занятая. Но будь осторожен, Тиссая очень опытная, сильная чародейка, которая и без магии прекрасно видит намерения и без труда распознает ложь или недоговоренные детали. Постарайся не сболтнуть лишнего.

***

В кабинете формальной главы Капитула Тиссаи де Вриэ царил идеальный порядок. Документы на столе были упорядочены в файлы, разложенные в определенной очередности. Книги на полках были отсортированы в алфавитном порядке. А вся мебель блестела после того, как ее тщательнейшим образом натерли воском и отполировали. Легендарная чародейка славилась своей педантичностью и обсессивным вниманием к деталям.

За дубовым, богато украшенным резьбой Т-образным столом сидели Тиссая и Хен Гедымгейт. Она была одета в строгое бирюзовое платье, на шее красовался золотой медальон с выгравированным всевидящим оком, обрамленным в треугольник. Волосы были аккуратно уложены, макияж казался почти незаметным, но со вкусом подчеркивал достоинства холеного лица. Выражение ее лица было серьезным. Внешний вид ее коллеги казался куда скромнее. На вид ему было около шестидесяти лет. Чародей задумчиво пощипывал короткую аккуратную бородку, на его лице читалась скука. Пренебрежение к роскоши и нарочитый аскетизм говорили только о том, что ему не нужны были внешние атрибуты, чтобы показать статус.

С Трисс условились встретиться позже, так как на встречу она не была приглашена. Она, впрочем, была этому даже рада. Пусть даже амулеты, блокирующие чтение мыслей, украшали ее в изобилии, мало ли что чародеи с таким многовековым опытом могли из нее вытянуть, причем сделать это совершенно незаметно.

Максим, войдя в помещение, поклонился согласно этикету. Он слегка нервничал. Пусть, по словам Трисс, его мысли прочитать очень сложно, но ради перестраховки он думал на английском.

— Присаживайся, — велела Тиссая, указав на стул взглядом. Он сел на мягкий, обитый кожей стул с подлокотниками в виде сов.

— Сегодня чудесная погода. Не правда ли? — чародейка и ее коллега внимательно его рассматривали.

— Великолепная. Однако, судя по тучам на горизонте, к вечеру можно ожидать шторм, — ответил Максим, но тут же опомнился: — Полагаю, мне следует представиться. Меня зовут Макс Шрёдингер, магистр естественных наук, — так полагалось по этикету, а его собеседница была в этих вопросах очень щепетильна. Макс, как и полагалось в здешних чародейских кругах, решил использовать псевдоним. Почему именно Макс Шрёдингер? Во-первых, ему захотелось почтить память двух великих физиков — Макса Планка и Эрвина Шредингера, а во-вторых, псевдоним играет важную роль. Только близкие люди достойны знать настоящее имя, а остальные пусть знают его по псевдониму, это позволяет сохранять «маску» в опасном, полном интриг обществе.

— Тиссая де Вриэ. Гроссмейстер ордена, архимагистр, глава Капитула чародеев, — царственно ответила она.

— Хен Гедымгейт, — сухо бросил ее коллега. — Это и есть тот самый пришелец, о котором ты говорила, Тиссая?

— Тот самый, по крайней мере, так его преподносила в своем отчете Трисс Меригольд, — учтиво ответила она.

— Вы не верите мне? Если так, то я могу открыть свой разум, чтобы убедить вас в обратном, — сказал Макс.

Тиссая промолчала, а вот Хен засмеялся так, что даже поперхнулся. Максим почувствовал себя как кролик перед двумя динозаврами, но постарался взять себя в руки.

— Кто ж на Танедде правду думает? — усмехнулся он.

— Как случилось, что для тебя имеет такую важность наше доверие? — спросила Тиссая покровительственным тоном.

— Потому что это правда, — сохраняя видимость спокойствия, ответил Макс. — Насколько я понимаю местные реалии, Капитул — это аналог гильдии, цеха для чародеев, своеобразный коллективный феодал. А вы, соответственно, его руководители, — он сделал паузу. — Так вот, я, оказавшись здесь, открыл в себе способность к магии и хотел бы попросить разрешения вступить в братство.

— Странная формулировка. Но чтобы не утруждать себя подробными разъяснениями, скажем, что ты в какой-то степени прав. Сперва, будь так любезен, продемонстрируй нам свои способности, — приказала она.

Максим кивнул и силой мысли заставил чистый лист бумаги взлететь, сложил его в самолетик, покружил в воздухе, затем сжег. А пепел скомкал в небольшой шарик и отлевитировал в окно.

— Телекинез и пирокинез. Ничего необычного. Впрочем, неплохой контроль, если учесть, что, по донесениям, ты начал практиковаться не более чем полгода тому назад, — заключила Тиссая. — Что еще?

— Что вы хотите увидеть? — спросил Макс. Экзамен с порога не входил в его ожидания.

— Покажи, чему обучен. И постарайся нас впечатлить. Можешь считать, что это экзамен, — проворчал Хен.

Максим встал, поклонился. Сложив ладони, сделал глубокий вдох и выдул клубы густого серого дыма. Дым собрался в облако, затем заиграл разноцветными переливами, формируя различные фигуры. В дыму появился голубой шар, представлявший планету Земля. Вокруг него вращался серый шарик Луны.

— Это мой родной мир. Земля, — пояснил Макс.

Затем шар уменьшился, и из дыма появились еще восемь планет, вращающихся вокруг Солнца. Также Максим показал им галактику.

— Согласно нашим знаниям, планеты вращаются вокруг звезд, а они в свою очередь объединены в галактики, вращаясь вокруг сверхмассивного центра. В одной галактике миллиарды звезд и неисчислимое количество планет.

Картинка уменьшилась еще раз. Максим показал, что галактик тоже великое множество, и они образуют скопления, а те — сверхскопления.

— Миллиарды галактик с миллиардами звезд и планет, туманностей и пустого пространства неподвластных человеческому восприятию масштабов — все вместе это образует вселенную, — пояснил Максим.

Картинка в дыму продемонстрировала сферу с галактиками внутри. Затем таких сфер стало больше.

— Наша наука допускает, что вселенных великое множество. Не знаю как, но я попал к вам не просто из другого мира, а, скорее всего, из другой вселенной. Как, вероятно, и миллионы других существ во времена сопряжения сфер.

Дым рассеялся.

Хен Гедымгейт остался доволен «шоу», которое только что увидел. Тиссая сохраняла спокойствие.

— Материальные иллюзии — относительно несложные чары, однако отдаю тебе должное, это было как минимум эстетично, — изрекла Тиссая. — Что ты еще умеешь, помимо телекинеза и иллюзий? Можешь просто рассказать.

Максим рассказал, что умеет управлять светом, электричеством, магнетизмом. Для него это было проявлением одного и того же электромагнитного взаимодействия, о чем он упоминать не стал. Заявил, что знает основные защитные чары, поведал, что ему хорошо дается гипноз, и что он неплохо разбирается в основах медицинской помощи. Указал на знание теории порталов, но уточнил, что на практике их не применял. Затем Макс похвастался тем, что работал над созданием заклинания управляемой левитации — полета на больших скоростях — и даже проверил его в тестовом режиме на практике. Тиссая прокомментировала, что ему нужно будет непременно продемонстрировать свою технику, а также записать результаты своих исследований, согласно какому-то пункту какого-то статута. Чародейка очень любила бюрократию.

Хен и Тиссая какое-то время молчали, переглядываясь. Максим почувствовал магию. «Телепатия», — догадался он.