Песчинка

Комментарий к Глава 89 Оборванные нити Дозо)

Я, в некоторой степени, извиняюсь за такую задержку проды и даже почти совсем ни в чём и никак не виню моего друга, решившего подсунуть мне игруху по Вахе. Я почти и не заметил как пролетели две недели за игрой…

По фику: не надо агриться за эту “воду”, она нужна, многие даже поймут зачем и почему.

Ещё большое Спасибо спонсорам!

====== Глава 90 Тени прошлого ======

Глава 90 Тени прошлого

Англия – старая страна с древней историей, которой некоторые современники так любят хвалиться или даже гордиться, не то, чтобы они имели хоть какое-то отношение к великой славе или поражениям людей, заложивших силу и культуру островного государства. Множество народов в своё время жили на этих землях, и каждый из них сумел вплести что-то своё в канву прошлого, из которого полотно жизни плавно перетекало в настоящее и будущее, неизменно приобретая что-то новое в свой замысловатый узор. Руны древних народов, их таинственные узоры, запахи костров и очагов въелись в полотно истории навсегда, там же можно обнаружить и запах цветущего вереска, и аромат легендарного верескового мёда, и грязные отпечатки сапог множества воинов – участников бесчисленных войн, и жирную копоть костров инквизиции, и смог угля и нефти. Сколько было крови пролито, сколько боли и смерти, сколько искалеченных судеб и жизней не только вплелось в полотно английской культуры, но и разнеслось им по миру, рассыпая щедрой рукой новую кровь и смерть везде, куда причаливали корабли и ступал сапог «честных джентльменов». Бесчисленные жизни существ были уничтожены, множество судеб оборвались либо немыслимым образом исказились по прихоти тех, кто решил продолжить «славную» историю своих предков и вновь отправился с берегов Англии за чужими сокровищами. Правда, не стоит забывать, что будучи жестокими к чужим, англичане никогда не жалели и своих людей, сколько жизней оборвалось не потому, что пришёл их срок, а потому, что горстке относительно-разумных захотелось так. Слава «джентльменов» и «честных негоциантов» всегда строилась на чужих богатствах, которые «сэры» умели выманивать или просто отбирать силой. То, что не они одни умеют быть сильными, хитрыми и жадными – никогда не было секретом и в первую очередь для самих же англичан. История знает множество примеров, когда «честные джентльмены» убегали, теряя портки от других «честных джентльменов», чтобы в следующий раз наподдать ещё кому-нибудь. Даже в конце девятнадцатого – начале двадцатого веков эти, да и не только «люди» творили такие вещи, от которых нынешние «кровавые тираны» держатся подальше, а уж что проиходило в глубине веков – вообще лучше не знать разнеженному современнику, иначе никаких денег на лечение психики не хватит. Снова же повторюсь: англичане не были лучше или хуже кого-либо другого в мире тех времен и каждый более-менее знающий историю своего государства, только настоящую, не «нагламуренную» под диктовку опытнейших пиар-менеджеров, согласится, что «Тёмные времена» длились куда дольше официальных дат. Однако, речь об Англии ведётся потому, что в данный момент я и несколько боевых групп сейчас находимся именно на Оловянных островах.

Когда-то, лет около шестиста с лишним назад конкретно на склоне этой горы был замок, обычный для тех времен предмет непритязательной архитектуры и достатка. Построен он был, должно быть, в приступе… даже не знаю, как это назвать, но в данной местности военные действия не велись, так как земля была как сейчас, так и в те времена никому не интересной из-за бедности почвы, на которой даже простая трава крайне плохо растёт. Нет, была пара деревенек, но люди там больше выживали, чем жили, да и оставались на своих местах только потому, что местный барон не хотел позориться перед дружками, вот и сохранял «никакое» состояние, пока очередным мором эти захудалые деревеньки не выкосило. Несколько раз замок переходил из рук в руки, его продавали, проигрывали в карты, просто дарили, но неизменно избавлялись от, с одной стороны престижного имущества, но с другой абсолютно убыточного груза на шее, ведь дохода не было вообще никакого. Одно время, лет шестьдесят, или около того, замком владела церковь, чем тут занимались – доподлинно неизвестно, но факт того, что сюда свозили подозреваемых в колдовстве – факт, подтвержденный документально. А после церкви – там какие-то тёмные непонятки были, – замок отошёл нищей короне, но то, что попало в руки условно-самодержца, должно приносить тому прибыль, поэтому, недолго думая, замок превратили в удалённую тюрьму для всех неугодных, а также тех, от кого хотелось избавиться, но не убивать, что-то вроде насильной отправки в монастырь, только в более жёстком варианте. Что такое тюрьма прошлых веков, даже двухсот лет назад? Это антисанитария, мириады паразитов и грызунов, болезни, голод, звериная жестокость и быстрая, но довольно мучительная смерть в грязи и собственных отходах. Когда и почему замок из тюрьмы превратился в развалины – в мире простецов узнать не удавалось – историки просто разводили руками, мол хорошо уже то, что сам факт существования этого неудачного места окончательно не стёрся. В магическом мире Британии, возможно, что-то и найдётся, но официальные книги по истории сильно сконцентрированы на извечной борьбе «светлых» и «тёмных», на восстаниях гоблов и всё в таком духе, всё же остальное, «неинтересное» и неугодное, либо просто уничтожили, либо тщательно запрятали в самые дальние и тёмные углы, чтобы никто их случайно или не очень не обнаружил. К моему глубочайшему удивлению, об этом замке быстро вспомнила Флёр, когда вернулась домой и застала разговор об этом странном месте. Оказывается, во Франции в магическом мире существует множество историй о прошлом, превратившихся в народный фольклор на самые разные темы, но преобладает, естественно, любовная тема. То, что маги и простецы всегда были связаны – ни для кого не секрет, а потому совсем не удивителен тот факт, что представители волшебной элиты и мира простецов иногда пересекались на различных мероприятиях, вроде высоких приёмов, балов и всего в таком духе. Со слов своей супруги я узнал, что был такой английский граф, Патрик Сильверстоун, которому уж сильно захотелось одну красотку из миссии французского посла, и ладно бы на пару ночей или на неделю, так нет же, ему захотелось эту молодую ведьму себе навсегда, и плевать «сэр» хотел на свою жену и «облико морале». В общем, когда после нескольких жарких ночей девушка отказала на весьма щедрое предложение стать его личной ведьмой, ссылаясь на жениха во Франции, граф ещё какое-то время пытался уговаривать, потом попытался настаивать, под конец – угрожать, но ведьма лишь посмеялась над угрозами бывшего любовника. Тогда граф нашёл подходящих исполнителей, которые довольно быстро и ловко доставили ему желаемое хорошо упакованное в браслеты-блокаторы, да ещё и в ошейнике «покорности». И вроде бы всё сделали красиво, никаких зацепок и следов, и почти никто даже не сомневался в нападении разбойников (которых, естественно, уже уничтожили, и их головы украшают то-то и то-то), да и найденные объеденные зверями людские кости как бы подтвердили версию (среди разбросанных клочков одежды нашли обрывок камзола барона-посла). Но «почти все» – это не все. Оказывается, семья ведьмы и её жених знали одну деталь, которую не раскрывали широкой публике, оттого и граф узнать об этом не мог. Дело в том, что ведьма происходила из пусть и обедневшего, но старого рода и у них сохранился аналог английского «родового гобелена», на котором ведьма указывалась живой. Пустяк какой, верно? Да кто в такое поверит?!

Как ни странно, а маг действительно любил свою невесту, хоть и знал о её «слегка ветренном» нраве, да и деньги у него водились, вот и нанял он профессионалов сыскного дела, которые быстренько раскопали нужные сведения обо всей французской миссии, обо всех интрижках ведьмы, в том числе и о нескольких свиданиях с одним конкретным графом. Жаль, что профессионалы были не настолько высокого уровня, как они о себе думали и их пусть не сразу, но обнаружили местные представители криминалитета, с главой которых, совершенно случайно, водил близкую дружбу граф Сильверстоун. Когда французский маг собрал друзей и нанял наёмников для освобождения любимой, когда посреди ночи захватил замок графа и не обнаружил свою ведьму, то задал несколько вполне логичных вопросов искалеченному к тому времени Сильверстоуну, но тот всё ещё оставался живым, и даже мог говорить, пусть и абсолютно беззубым ртом. Ответов француз, естественно, правдивых не дождался, но мастер-зельевар, да ещё и с неподтверждённым мастерством в магии разума сумел узнать всё, что требовалось. Собственно, в ту ночь был разрушен и родовой замок Сильверстоунов, а род пресечен, да что там, даже последнюю лошадь умертвило каким-то едким розовым туманом, а близкий друг мастера двух наук тоже совершенно случайно был мастером ритуалов, и раз уж под рукой имелось достаточно «добровольцев», силу ритуал разрушения приобрел достаточную, чтобы даже развалин не осталось – всё ушло в земной разлом. Саму же ведьму «хитрый» граф решил убрать, как улику, но она ему так полюбилась, что просто убить её он не смог, а вот отправить гнить в жуткую тюрьму – это запросто. Как бы ни торопился француз, от его ведьмы буквально за неделю «веселья» стражников осталась совершенно пустая оболочка, пусть и живая, но с уничтоженным разумом и без души (ведьма на эмоциях и желании сумела себя так проклясть, чтобы спастись). В общем, второй замок тоже был разрушен, но более показательно, чтобы все помнили и знали, кто и почему это сделал. Естественно, что в народе история звучит куда красивее и драматичнее, чтобы за душу брало, но меня интересовала не театральная драма, а настоящая история, потому уточнить детали не составило проблем.