Песчинка

Миядзаки же тем временем задрал рукав своего одеяния, в другой руке блеснул танто, и одним резким движением молодой маг пустил себе кровь, без задержки протянув руку в огонь. Этот момент Кацураги отслеживал очень внимательно, и раз уж пламя не нанесло магу никакого вреда, а наоборот, даже залечило его рану, испив крови мага, то ритуальный костёр здесь не просто окно в мир духов, о нет, этот огонь – центральный атрибут, уничтожив который, можно остановить и текущий ритуал. А вот дальнейшее его сбило с мысли: вокруг огня проявилось восемь полупрозрачных фигур, определить которые не представлялось возможным потому, что они походили на детский рисунок человека «палка, палка, огуречек – получился человечек». Фигуры, взявшись за руки, кружили и пританцовывали вокруг извивающегося пламени, а ещё появился звук голосов, создававших особой пение.

В руках Кацураги появились талисманы, проведя по ним ладонью, мужчина вложил порцию магии, наблюдая, как листочки бумаги превращаются в белую птицу, покрытую причудливыми черными узорами. Через несколько секунд у него в руках была бумажная птица, размером с голубя. Поднеся её к губам, мужчина принялся нашептывать сообщение, закончив, он высоко подбросил её вверх, но не успел шикигами взмахнуть крыльями даже раз, как вспышка пламени разметала клочки бумаги в стороны, а через миг и от них ничего не осталось.

- Не волнуйтесь, Маг-сан, – вдруг прозвучал голос Миядзаки, и Кацураги тут же посмотрел на него. – Очень скоро ваши люди будут здесь, я уже слышу, как они идут… – Кацураги нахмурился, и сам попытался прислушаться, но ничего, естественно не уловил. – И ещё, может, вы её остановите? – молодой маг кивнул на демоницу, продолжавшую безрезультатно долбиться в барьер. – Мне её даже жаль, ведь барьер этот ей не пробить, как бы она не старалась…

- Надэшико, отмена последнего приказа! – скомандовал Кацураги, решив, что раз уж злоумышленник пошел на диалог, нужно получить столько пользы от этого, сколько получится. – Зачем вам всё это, Миядзаки-сан? – без доли агрессии, лишь выражая один интерес, спросил мужчина, привычно улыбнувшись лисьей улыбкой.

- Не думаю, что вы имеете право знать, Маг-сан, – задумчиво ответил собеседник, слегка нахмурив брови. – Боюсь, если я открою свои мотивы, у вас будут проблемы со своим же руководством, а потому, из моего искреннего уважения к вам, ставить вас под угрозу я не могу. Можете спросить что-то ещё, у меня есть немного времени… – маг посмотрел на кружащие фигуры, оценил явно усилившееся пламя, и снова повернулся к Кацураги, который и сам проделал всё то же самое.

- Хорошо, – изображая покорность и понимание, согласился мужчина. –Тогда я спрошу другое: зачем вы, Миядзаки-сан, посещали Исэ?

- Какие, однако, у вас вопросы, Маг-сан, – усмехнулся молодой маг, и покачал головой. – Хорошо, только из моего искреннего уважения к вам, я отвечу на этот вопрос. – Кацураги, почему-то, совершенно не верил в это уважение, но и чего-то оскорбительного не находил. – Дело в том, что у меня имеется долг, и в уплату оного я должен выполнить поручение одной неповторимой женщины…

- И эта женщина должна что-то получить от вас?

- Отчасти, вы правы, – молодой маг задумался, бросил взгляд на кружащие фигуры, чье пение стало значительно громче, и снова посмотрел на Кацураги. – Но лишь отчасти. Однако, вам нет причин волноваться по этому поводу, ибо это не затрагивает ни Японию, ни кого-либо из населения её островов.

- Рад это слышать, – кивнул мужчина, только теперь ощутив возмущение пространства, предвещающее перемещение порталами, или личную телепортацию. – Но, думаю, мы с вами ещё поговорим об этом, позже, в нашем офисе, – покивал Кацураги, не снимая привычной улыбки.

- К сожалению, Маг-сан, в моих планах нет пункта посещения любых государственных структур, тем более вашей, – молодой маг, будто искренне извиняясь, пожал плечами, и даже развел руками.

- Это в ваших же интересах, Миядзаки-сан, если вы будете противиться нашему приглашению, нам придётся проявить настойчивость, – в свою очередь развел руками Кацураги, ощущая, что буквально через секунду появятся те, кого он так ждал, и вот раздались характерные хлопки, неподалёку от него и его напарницы начали появляться маги. –Вы должны понимать, что против такого числа опытных профессионалов у вас нет шансов, а потому лучше покоритесь. Обещаю, с вами будут обращаться достойно, и с уважением, кое вы проявили в отношении меня с напарницей, – в этот раз слова звучали более настойчиво, и улыбка пропала с лица мага. Парень в ответ лишь коротко поклонился, и развернулся к пламени, которое начало натурально реветь, а фигуры вокруг него превратились в размытую стену постоянного движения. – Жаль, что вы не научились правильно рассчитывать свои силы, Миядзаки-сан,

- Миядзаки Арата! – выкрикнул мужчина лет пятидесяти, с хмурым лицом, которое говорило о неспособности этого человека идти на компромиссы. – Немедленно прекратите магию, иначе к списку ваших преступлений добавится пункт о попытке терроризма, или ещё что похуже! – буквально рявкнул Матобэ Рю, заместитель начальника Первого Отдела.

Молодой маг на него даже не посмотрел, он встал точно на то же место, где был до этого, широко развел руки, словно хотел обнять весь мир, запрокинул голову, и из его рта вырвался нечеловеческий рёв, от которого вздрогнул не только не ожидавший подобного Кацураги, но и ещё несколько магов. Тут же была отдана команда на пробой барьера. В ход пошло всё, начиная столь привычными талисманами, и заканчивая элементами Западной магии с помощью волшебных палочек с прямыми заклинаниями-выключателями. Тут же раздались первые хлопки-взрывы, шипение, треск стихий, различные световые эффекты. А люди, простецы что? А ничего, когда надо, они ничего не заметят, даже если им ухо откусит натуральный дракон. Всего несколько простых заклинаний, и бездомные, и не только ни на что «необычное» не обратят внимания, не смотря ни на что.

К общему удивлению, первый мощный напор не принёс результатов, вообще никаких, даже мага не отвлек от его работы. Это не могло не вызвать вопросов, но только у Кацураги, а вот сотрудники Первого Отдела, похоже, быстро догадались что к чему, и вот один из прибывших магов тут же разложил все необходимое для ритуала, и принялся с помощью перстня-концентратора оформлять картину ритуала, и уже через минуту под магом вспыхнули символы, потом перед пожилым мужчиной с козлиной бородкой проявилась перламутровая сфера, которая вскоре лопнула, пустив по округе дрожащую волну. Кацураги смотрел во все глаза, отмечая, как возле одной из женщин, длинноволосой красавицы в наряде мико, в воздухе проявилось две полупрозрачные гибкие фигуры лисиц в шляпах из соломы, с платками на шеях, и бусах на лапах. Заклинательница явно общалась со своими духами – это было заметно по их поведению. Одним махом проявились все, доселе невидимые, духи-контрактники, у кого они были, естественно. За одной невысокой, худенькой женщиной обнаружился натуральный громила под три метра ростом, с огромной дубиной в руке, и в белой рогатой маске с одной глазницей. Вот у рослого, широкоплечего мага на плечах проявилась целая группа совсем мелких духов, прячущихся под листьями кувшинок. А ещё одного мужчину, с серьезным взглядом и в очках, оплетала огромная зеленая змея, положившая голову ему на плечо. На всех без исключения проявились наложенные чары, заклинания, обереги, и прочие «эффекты». В нескольких шагах от молодого Миядзаки проявилась высокая фигура немного сгорбленной старухи с противно-насмешливым выражением лица. Она насмешливо кривила тонкие губы, и поблескивала яркими зелеными глазами, пока вокруг её руки дрожали целые диски и кольца контрольных заклинаний, которые та по мере необходимости и противопоставляла атакующим силам.