Песчинка

Дзюнко промолчала, отводя глаза. Она сильно задумалась над моими словами, я же простенькими чарами слегка подогрел шоколад в заварнике и снова наполнил свою чашку. Попивая мелкими глотками напиток, я наблюдал за задумавшейся матерью: ей явно мои размышления, их вектор, не приходили в голову, и вот теперь она начала прикидывать, что к чему. Пусть, ей это полезно, я же пусть так, но начал отдыхать от этой всей нервотрёпки и нагрузок. Честно говоря, беседа с матерью не вызывала большого количества эмоций: ни злости, ни возмущения. Дело в том, что Се-доно заботливо просветила меня насчёт того, о чём договаривалась Дзюнко с Лисой, о чём они все там говорили, как меня там делили, и всё такое. Не знаю, чего на самом деле добивалась енотиха, когда «просвещала», надумать можно всякого… но зачем? Если сейчас, без всяких доказательств, начать строить догадки, выводить схемы, то можно «двинуться по фазе» – добраться до такой жестокой паранойи, что потом и не выберешься. Поэтому я решил просто принять к сведению новую информацию, и держать в памяти тот факт, что рассказали мне обо всём этом явно неспроста. Вбить клин между мной и Дзюнко? Да она и сама с этой задачей прекрасно справляется. Нет, на самом деле мне было крайне неприятно слушать подробности о «торгах», в тот момент хотелось сделать какую-нибудь глупость, вроде отречения от этой женщины, разорвать отношения и так далее, но потом я вспомнил, что чувствую, находясь с ней рядом: это ощущение родства и близости – неописуемо, оно очень глубокое, оно способно согреть душу. К тому же, как говорят: «родителей не выбирают», тем более мать столько лет пробыла в безысходном положении, что это не могло не оставить какой-нибудь след. Проще относиться к Дзюнко как к простой женщине, пережившей… не мало.

- Ладно, допустим, ты прав, хоть я и не согласна. – на эти слова я вообще никак не отреагировал, как было в старом мультике: «а баба Яга – против!», то есть каждый имеет право на своё мнение. – Но ты не предпринимаешь никаких шагов для возвращения нашего алтаря, или я просто о них не знаю, ты как и всегда всё от меня скрыл?

- А нормально спросить – не судьба? – тяжелый вздох вырвался сам собой. – Вот ты мне выставляешь претензии, требуешь чего-то, а сама ты, что полезного сделала для возрождения клана, или хотя бы рода? – мать нахмурилась, в эмоциях появилось много обиды и непонимания. – Вместо того, чтобы помочь мне в делах, ты выбрала роль простого боевика… – заметив резкое возмущение, решил поправиться. – Ладно-ладно, не простого боевика, но это особой роли не играет. Кто, по-твоему, будет защищать наш дом? Одной Момо явно мало, нужны люди, обученные и верные люди, способные встать стеной перед опасностью. Но откуда их взять, хм? Верных, я имею ввиду.

- Ты сам говорил о тануки, а ещё есть Лан…

- Верно, – я согласно кивнул. – И союз с ними – моя работа, моё достижение, не твоё.

- Союз ещё не закреплён, они могут отказаться от него. – не совсем уверенно произнесла женщина.

- Могут, – я снова кивнул, хотя и не верю в это. Дело в том, что тануки действительно много, в смысле количества много, и ради комфорта, им бы в скором времени пришлось идти на конфликт с кем-то, чтобы добыть/купить/завоевать жизненное пространство. Нынешнее решение – наиболее приемлемое, ведь оно не только сохраняет старые контакты в Японии, уберегает от конфликта, но ещё и предоставляет аякаси новые возможности. О Лан, то есть Лепестке Пламени – одной из «боевых» ветвей клана Лан, главенствует в которой сейчас Юшенг, речь совсем иная. Наш союз – это возможность, для нас обоих, возродить Огненный Род таким, каким он был несколько тысяч лет назад, в этом заинтересованы и я, и Юшенг, и все её подчиненные. А всё потому, что это путь к силе, нет, к Силе, а силу что род Лан, что род Хошино уважали всегда, к ней стремились, вот только за тысячелетия Лан успели нахватать просто гору проклятий, которые прочно укоренились в центральном алтаре, и теперь отравляют всех членов клана, собственно, поэтому Лан Юшенг, и её люди и носят запирающие и блокирующие амулеты отсечения родовой магии. Снять которые просто так не получится, только через меня – как носителя наиболее чистой и близкой к оригиналу крови. Ну, и с помощью нескольких ритуалов, довольно специфических и сложных. – Но и на этот случай у меня есть план, который уже выполняется. – и это не ложь, даже не кривляние. Мои занятия с Кирико были не просто так, и уже как два дня в подземельях, более глубоких и защищенных, было заложено двенадцать коконов, в которых растут младшие братья и сёстры Кирико – девочка сама работала над металлическими заготовками, а вот к кристаллам я её пока что не допускаю, но аккуратно знакомлю с теорией. Магию в кристаллы-накопители собирают нанятые маги, так что даже с учётом недостаточно высокого магического фона на моих землях, в камере с коконами фон даже выше, чем тот, что я устанавливал при росте Кирико. Думаю, второе поколение этой новой расы, должно вырасти быстрее, но посмотрим. – И вот учитывая всё это: дом, в котором мы живём, мой бизнес, который растёт каждый час, ты требуешь, чтобы я передал тебе то, что построил сам, своими руками. У тебя совесть вообще есть? Всего, что ты видишь вокруг, я достиг сам, так что забудь даже думать о том, чтобы я кому-то что-то передавал, тебе ясно?!

- Не смей так со мной разговаривать! – чуть не прорычала Дзюнко. – Я – твоя мать! Одним фактом своего рождения ты обязан меня слушаться!

Я едва успел прикусить язык, чтобы не ответить первое же, что мне пришло на ум, ведь если я это скажу, то эти слова встанут между нами навсегда, на всю жизнь, и даже если мы сможем потом договориться, когда-нибудь сильно потом, но не забудем этого уж точно. Ну, я, может быть, и забыл бы, но женщины куда более мстительны, чем мужчины, да и с памятью, когда надо, у них всё в порядке. Нужно уметь промолчать, когда это нужно, просто промолчать, иначе наговорить можно всякого.

- У тебя другие аргументы остались, или это всё? – самоконтроль для мага – это очень важно.

- Согласно кодексу клана Хошино, я имею право…

- Не имеешь. – перебиваю пафосную речь и выпячивание груди. – Клана Хошино больше нет, как и рода, ведь наш алтарь, фактически, уничтожен, и пока мы его не восстановим, родом называться мы не имеем права. Так что ни о ритуальных вызовах, поединках чести и тому подобном можешь забыть – я просто откажусь, и никаких последствий не будет. – видя растерянное выражение лица матери, усмехаюсь. – Что, удивлена? Я – онмёдзи, в конце концов, я должен знать подобные нюансы, с другой же стороны, из рода Миядзаки меня никто не изгонял. – продолжаю усмехаться, ведь ситуация же, бредовее некуда. По факту, меня могли даже дистанционно проклясть (попытаться, ибо защитные амулеты со сбросом на живую плоть, с помощью которых можно перенаправить проклятие на любое животное/птицу/рыбу – это старая практика онмёдзи), а уж изгнать меня из клана и рода Миядзаки были просто обязаны, но почему-то до сих пор никто этого не сделал, и я продолжаю получать подпитку (очень небольшую, ибо «дышать помоями» очень неприятно, а после «фильтрации», там и остаётся «очень немного»), которую перенаправляю на наш с Баа-сан контракт, то есть ускоряю приобретение Дара. – Во мне соединились наследия родов Хошино и Миядзаки, их сила, так что я по умолчанию не обязан тебе что-то доказывать. Даже наоборот, это ты должна показать, что заслуживаешь войти в новый род и клан, но, пока что, прогресса в этом я не вижу совершенно. Вот скажи, чем ты можешь быть полезна не мне – роду и клану? Это если забыть о нашем кровном родстве.

- Я – Мастер Боя! – гордо вскинулась женщина.

- Юшенг – тоже, но она уже успела предложить проект по закладке своего додзё, которое воспитает новое поколение принятых под клятву магов, которые станут новой гвардией клана. – женщина выглядела потрясённой, совершенно сбитой с толку, и даже сильно разочарованной, больше всего в себе самой. Добивать её я даже не думал, не было у меня такой цели никогда, всё же мать. – Должен признать, в данной ситуации есть и моя вина. – снова тяжелый вздох, и, игнорируя удивленно-недоверчивый взгляд матери, снова наливаю себе шоколада (всего пол чашечки осталось). – Обязанность главы – найти работу подчиненным, «распределить роли», и я об этом как-то подзабыл – просто не привык ещё полностью полагаться на других. – всё это я говорил смотря в окно, ощущая на себе взгляд матери, и только сейчас повернулся к ней, взглянув в глаза. – С этого момента твоя задача – обучение бою членов клана, и тех, кто будет принят. Я хочу, чтобы каждый, я повторяю, каждый, умел постоять за себя, хотя бы на минимальном уровне. Чтобы знали, с какой стороны браться за меч или нагинату, чтобы умели совмещать магию и честную сталь в обороне и, возможно, если есть склонность, в нападении. Как ты этого добьешься – меня не особо волнует, разве что без перегибов. Это – твоя роль.