Страница 97 из 226
Нет ничего скучнее и печальнее, чем дворцовый парк ранней весной: раскисшая земля, влажные аллеи, голые деревья, мокрые скамейки. Единственным украшением были скульптуры и фонтаны. Но в скупых лучах сонного солнца они выглядели тоскливо и одиноко.
Адэр и Толан шли неторопливым шагом по хрустящему гравию. За ними на почтительном расстоянии следовала Лалида. За ней шагала молчаливая толпа придворных. Эйра брела позади всех.
— До меня дошли слухи, что отец Вилара собрался подавать в отставку, — тихо сказал принц.
— Впервые слышу, — солгал Адэр.
— Теперь будете знать, откуда ждать предательства.
— О каком предательстве вы говорите?
— Вилар замечательный человек, но, на мой взгляд, слишком влюбчивый. Сколько раз он собирался жениться?
— Не помню.
— Три или четыре?
— Не помню.
— Вилар падок на простолюдинок. И если бы не вы, дорогой Адэр, славной фамилии Бархат давным-давно пришёл бы конец. Тезар — не Росьяр, титул не купишь. И раз Суан Бархат готовится уйти в отставку, значит, вкусы Вилара ничуть не изменились.
— Я бы не делал поспешных выводов, Толан. Суан старше моего отца на двенадцать лет. В его возрасте тяжело успевать за молодыми.
— А если я прав? Вы одобрите брак Вилара с плебейкой?
— Нет, — ответил Адэр и стиснул зубы, досадуя на излишнюю поспешность. За истекшие сутки он совершил слишком много ошибок. Раньше с ним такого не случалось.
Толан улыбнулся:
— Значит, вы не собираетесь проводить политику Зервана и одаривать простолюдинов титулами?
— Нет.
— Даже если это красивая плебейка?
— Толан, к чему вы клоните?
— Скажите мне правду, мой друг, — проговорил принц проникновенным тоном. — Зачем вы её привезли? Хотели показать, чем обладаете? Показали, мы увидели. А дальше? Завтра вы увезёте её и спрячете, как алмаз, о котором говорит весь мир, и который вы почему-то до сих пор не отправляете на экспертизу. Но она не бриллиант, Адэр. Она сорная трава. Пусть очаровательный, но сорняк. Она заглушит все ваши посевы. Друг мой, успокойте меня. Скажите, что она — ваше мимолётное увлечение.
— Между нами ничего нет и быть не может, — сказал Адэр.
— Вы это уже говорили, и эта фраза меня настораживает. — Толан повернулся к придворным. — Поиграем?
Только сейчас Адэр увидел, что они дошли до той части парка, где окружение принца обычно играло в «Орлов и цесарок». На скамейках стояли большие сундуки.
Толан поднял крышки на двух сундуках:
— Здесь плащи и сапоги для дам. — Указал ещё на два сундука. — Там для кавалеров. Правила те же: цесарки убегают, орлы догоняют, целуют и выходят из игры. Теперь новшества. Где-то в парке находится шалаш-курятник. Если цесарка добегает до него первой, орлы её не трогают. И ещё. Я тоже участвую в игре.
Придворные загалдели, захлопали в ладоши. Больше всех радовалась Лалида.
Адэр подошёл к Эйре.
— Я не хочу быть курицей, — прошептала она.
— Мы не можем отказаться, — тихо сказал Адэр, наблюдая, как дворяне достают из ящиков длинные чёрные плащ-накидки с белыми капюшонами. — Обычно мы играем в эту игру летом. А бегать по грязи… И ты совсем не знаешь парка. Здесь много ловушек. Есть аллеи, которые заканчиваются тупиками. Кусты высокие — не перепрыгнешь. В переходы под холмами не суйся. Некоторые как лабиринты. Чёрт! — Адэр потёр лоб. — Поддайся мне, и мы выйдем из игры.
— Не хочу, чтобы меня считали вашей фавориткой.
— Уже считают.
— Тем более. Покажите, что это не так.
— Эйра! За тобой будут гнаться по-настоящему.
— А я буду убегать по-настоящему.
— И по-настоящему будут целовать.
— Раз уж вы втянули меня в это представление, что может быть лучше?
— Эйра! Я не хочу, чтобы кто-то зажимал моего тайного советника.
— А вы не думали, что мне это может понравиться?
— Как могут понравиться поцелуи Фандези?
Эйра покосилась на пунцового виконта. Посмотрела на дам, примеряющих сапоги и крапчатые плащи.
— Я найду шалаш.
Бросила норковую накидку на скамью, заправила подол длинной юбки за пояс, приоткрыв до колена стройные ноги в капроновых чулках. Следуя её примеру, дворянки принялись «укорачивать» платья. Эйра выбрала сапоги: на два размера больше, зато на шнуровке. Надела плащ и накинула на голову капюшон.
Дамы выстроились в линию. После сигнала Толана с визгом и смехом побежали в глубь парка и через минуту скрылись в зарослях кустарника.
Пришёл черёд кавалеров. Они скучились, как стая белоголовых орлов. Поглядывая на принца, в нетерпении елозили сапогами по грязи и тихо переговаривались.
— Шалаша нет, — признался Толан. — Удачной охоты!